11852
Интересные детали, городские легенды и самые большие тайны любимой Москвы. Предложить материал, реклама: @irm628 РКН https://www.gosuslugi.ru/snet/67adf2ec3c3e6d7843ae87c4
Сербский уголок на московской Солянке
В 1874 году в центре Москвы, на Солянке, открылось Сербское подворье — первое постоянное представительство Сербской православной церкви в России.
Сербия тогда ещё не была независимым государством и оставалась вассалом Османской империи. Собственного представительства в России у неё не было, зато в Москве давно помогали православным народам Балкан: деньгами, книгами, церковной утварью, обучением студентов и поддержкой монахов.
Идея открыть сербский духовный центр появилась ещё в конце 1850-х, но всё упиралось в бюрократию: статус Сербской церкви, согласование с Синодом, деньги и помещение. Подходящее место нашли на Солянке — бывшую церковь святых Кира и Иоанна.
У храма уже была своя биография. Его построили по воле Екатерины II в память о её принятии православия и восшествии на престол. В 1812 году церковь разграбили французы, потом восстановили, а к 1860-м богослужения там почти прекратились. Сербское подворье дало старому храму вторую жизнь.
Главными двигателями дела были Московский славянский благотворительный комитет, профессор Николай Попов, церковный деятель Николай Дурново и сербский митрополит Михаил. Последний был убеждённым русофилом и считал связь с Россией условием выживания Сербии среди чужих империй и конфессий.
В 1873 году Александр II утвердил решение об открытии. Начался ремонт: восстанавливали храм, расписывали стены, ставили новый иконостас, собирали утварь. Деньги давали московские благотворители. Особенно отличился купец Василий Сысоев: он жертвовал книги, подсвечники, паникадила и крупную сумму на иконостас.
Внутри храм превратили в сербский остров. В иконостасе появились сербские святые: Савва, Арсений, Стефан Неманя, Стефан Первовенчанный, князь Лазарь. Рядом с ними — Кирилл и Мефодий, Александр Невский и Екатерина. Получалась церковная карта славянского братства в золоте и красках.
Открыли подворье 30 ноября 1874 года, в день Андрея Первозванного. Для Сербии дата была символической: именно 30 ноября 1830 года была провозглашена её автономия. На освящение пришла московская интеллектуальная и славянофильская элита: Погодин, Соловьёв, Аксаков, Самарины, Попов, Дурново.
Был там и почти невероятный свидетель эпохи — 103-летний Пётр Хавский, правовед и тайный советник, начавший службу ещё при Екатерине II. Он выстоял службу и после неё пошёл на торжественную трапезу.
После открытия через Сербское подворье собирали пожертвования для Сербии, Черногории, Боснии и Герцеговины. В годы русско-турецкой войны здесь служили молебны о победе сербского и черногорского войска, отправляли помощь, лазареты, сестёр милосердия и добровольцев.
После революции история оборвалась. В 1918 году подворье закрыли, храм сделали приходским, а в 1933 году церковь и часовню разрушили.
Сегодня представительство Сербской православной церкви в Москве снова существует — уже у Яузских ворот, в храме Петра и Павла. Первое подворье осталось в истории Солянки как память о времени, когда международные связи строились через храмы, купеческие пожертвования и московскую привычку вмешиваться в судьбу всего православного мира.
➖Подписаться на Тайны Москвы
Как Поклонная гора стала местом памяти о Победе
Поклонная гора стала военным мемориалом не сразу. До этого место жило в московской истории отдельно: отсюда путники видели город и, по преданию, кланялись ему перед въездом. Отсюда же в 1812 году Наполеон ждал, что ему принесут ключи от Москвы. Не принесли.
Идея создать здесь памятник Победе появилась еще в 1940-е, но реальное строительство растянулось на десятилетия. В 1958 году на Поклонной горе установили закладной камень с надписью о будущем памятнике. Сам мемориальный комплекс открыли только 9 мая 1995 года — к 50-летию Победы.
Главная часть комплекса — Монумент Победы. Его высота 141,8 метра, и это не случайная цифра: Великая Отечественная война длилась 1418 дней. Получилось по десять сантиметров на каждый день войны.
На вершине стелы — Ника, богиня победы. У основания — Георгий Победоносец, поражающий змея. Так в одном памятнике соединили античный символ победы, московский образ святого воина и советскую память о войне.
Вокруг монумента постепенно сложился целый ансамбль: Музей Победы, храм Георгия Победоносца, мемориальная мечеть, синагога, выставка военной техники, фонтаны. Поклонная гора стала не просто площадью с памятником, а большим городским пространством памяти.
В День Победы это особенно заметно. Сюда приходят не только на официальные мероприятия, но и просто по семейной привычке: с цветами, детьми, фотографиями родственников. Для кого-то это праздник, для кого-то — день личной памяти, а для Москвы — одно из главных мест, где история войны стала частью городского ландшафта.
➖Подписаться на Тайны Москвы
Как Москва придумала своих почетных граждан
В 1866 году Московская городская дума впервые решила: городу нужен особый способ благодарить людей, которые сделали для него больше обычного.
Первым почетным гражданином Москвы стал князь Александр Щербатов — московский городской голова. Формулировка была сухая, чиновничья, но смысл понятен: за деятельность, полезную для столицы. Так у Москвы появилось звание, которое не давало власти, состояния или сословных привилегий, но заносило имя человека в городскую память.
Само слово «почетный гражданин» пришло из имперской сословной системы. Еще при Екатерине II в городах выделили «именитых граждан» — богатых купцов, людей науки и искусства. Им разрешалось то, что было недоступно обычным горожанам: освобождение от телесных наказаний, рекрутчины, право иметь загородные дворы и даже ездить по городу в экипаже с парой или четверкой лошадей.
Но со временем государству понадобился новый промежуточный статус — не дворянин, но и не простой мещанин. В 1832 году Николай I ввел сословие почетных граждан: личных и потомственных. В него вошли купеческие, промышленнические и образованные семьи, среди них Морозовы, Рябушинские, Гучковы, Прохоровы, Солодовниковы.
А потом звание стало городским. Уже не про сословие, не про права и не про освобождение от повинностей, а про признание заслуг перед Москвой. Им отмечали тех, кто строил городскую жизнь: управленцев, врачей, меценатов, ученых, артистов.
В списке дореволюционных почетных граждан Москвы — Николай Пирогов, Павел Третьяков, Александр и Василий Бахрушины. Третьяков получил звание за то, что сделал Москву центром художественного просвещения России, передав городу свое собрание русского искусства. Бахрушины — за благотворительные учреждения и помощь беднейшим москвичам.
После революции 1917 года сословия, чины и старые звания отменили. Почетное гражданство исчезло вместе с имперским порядком. В советское время похожие звания начали возвращать в разных городах, но Москва восстановила свое только в 1995 году.
С тех пор звание снова стало редким знаком городской памяти. Среди новых почетных граждан — Галина Уланова, Георгий Свиридов, Алексий II, Александра Пахмутова, Виктор Садовничий. В статье отмечается, что за почти 150 лет это звание получили всего 25 человек — поэтому его ценность во многом держится именно на редкости.
История почетного гражданства в Москве — это история о том, как город выбирает тех, кого хочет помнить официально. Не всегда самых популярных, не всегда самых громких, но тех, чьи дела Москва решила записать в свою собственную книгу заслуг.
➖Подписаться на Тайны Москвы
В Серпухове открылась выставка к 100-летию Майи Плисецкой
В галерее «Каретный сарай» Серпуховского историко-художественного музея открылась выставка «Май для Майи», посвященная Майе Плисецкой — приме Большого театра и одной из главных балерин XX века.
Экспозиция рассказывает о Плисецкой через живопись, фарфор, декоративно-прикладное искусство, костюм и сценографию. Отдельное место заняли работы Московского художественно-промышленного института, а также арт-объект, вдохновленный пластикой и драматизмом балета «Кармен».
Среди центральных экспонатов — восстановленный оригинальный костюм Майи Плисецкой и макет сцены Большого театра к «Кармен-сюите». Эта постановка 1967 года стала одной из важнейших в творческой биографии балерины.
➖Подписаться на Тайны Москвы
В московском метро открыли мастерскую керамики для реставрации станций
На базе Центра реставрации Московского метрополитена в вагоноремонтном комплексе «Выхино» открыли мастерскую керамики. В ней будут изготавливать облицовочную плитку и декоративные элементы для исторических станций метро по оригинальным образцам.
Такая работа нужна, чтобы при ремонте сохранять первоначальный архитектурный замысел станций. Ранее специалисты Центра реставрации уже восстановили историческую плитку на «Кропоткинской», «Лубянке», «Красносельской» и других станциях.
В мастерской используют несколько техник реставрации керамики и четыре печи российского производства. За день здесь могут выпускать до 3 кв. м плитки, за месяц — более 60 кв. м.
➖Подписаться на Тайны Москвы
Московский небоскрёб «Оне» получил международные награды
Проект небоскрёба «Оне», который планируют построить в Москве, получил две платиновые награды на премии International Architecture & Design Awards 2026, обойдя более 500 конкурентов.
Авторами проекта выступили Сергей Кузнецов, Дмитрий Сухов и бюро «Горпроект». По словам Кузнецова, архитектурная концепция в стиле «эмо-тек» — яркой и выразительной архитектуры — набирает популярность в мире.
➖Подписаться на Тайны Москвы
Божественный модерн
Марфо-Мариинская обитель — несправедливо скрытая от глаз жемчужина Москвы. Это целый комплекс зданий, напоминающий средневековую крепость. Доминанта цитадели — изящный белоснежный храм. Однако предание не так старо, как может показаться неискушённому зрителю.
История возникновения прибежища печальна, поводом для её основания послужило жестокое убийство Великого князя Сергея Александровича. Вдова, Елизавета Фёдоровна, так и не оправилась после смерти мужа и к мирской жизни уже не вернулась, полностью посвятив себя помощи больным телом и духом.
Отправной точкой для богадельни стало приобретение усадьбы с садом на Ордынке на деньги, вырученные с продажи драгоценностей. В двухэтажном доме с выходом на улицу организовали больницу, при нём же устроили домовую церковь. Тут помогали страждущим: юродивым с Хитровки, а также оказывали медицинскую и лёгкую психологическую помощь беспризорным детям и обитателям ночлежек.
Строительство второго храма во имя Покрова Пресвятой Богородицы, ставшего достопримечательностью Москвы, началось в 1908 году, а закончилось 8 (21) апреля 1912 года. Проектировать собор вызвался архитектор Щусев. По легенде, он сам пришёл с предложением и эскизом к безутешной княгине.
И получился уникальный пример церковного зодчества и храмовых интерьеров. Детали внешнего убранства отсылают к Московской, Владимиро-Суздальской и Псковской школам. Для росписи внутренних поверхностей Щусев пригласил друга и талантливого живописца Михаила Нестерова. Авторы синхронно переосмыслили и деликатно передали всё культурное наследие и архитектурные каноны.
Но здесь не про новый Рим, скорее — про искренность.
На фасадах архитектор имитировал «случайности», свойственные средневековью: несимметричные орнаменты и хаотичный декор. Интерьеры, напротив, симметричны, но так же далеки от привычных трафаретных.
Заведение, созданное как церковное благотворительное учреждение, по праву считается уникальным, не имеющим аналогов. Марфо-Мариинская обитель просуществовала до 1926 г. Вплоть до возрождения в 1992 году, здесь располагались кинотеатр, поликлиника, реставрационные мастерские и лаборатории.
Примечательно: Щусев продолжил карьеру и после революции. Искусный дипломат не брезговал камлать не только новой власти, но и новым богам: он — автор мавзолея для мумии на Красной площади. Вот уж «талантливый человек талантлив во всём!» (с)
Прогуливаясь по Ордынке, заверните к храму. В барельефах у скамейки притаился единорог!
➖Подписаться на Тайны Москвы
В течение Светлой седмицы (недели после Пасхи) колокола могут звонить в любое время вне зависимости от того, совершается ли богослужение. На праздничной неделе у любого желающего есть возможность подняться на колокольню, полюбоваться видами и самому позвонить в церковные колокола, даже если вы этого никогда раньше не делали. Ниже список колоколен, где это можно сделать, соблюдая традицию «народного» звона (последние 2-3 года на них можно было подняться). Удалось ли вам уже где-то позвонить ?
1️⃣ Колокольня церкви Иоанна Предтечи под Бором (Пятницкая, 4/2). Подъём со звонарем, запись у свечного ящика.
2️⃣ Колокольня Заиконоспасского монастыря, улица Никольская, 7-9 (подъём после службы).
3️⃣ Церковь Антипы на Колымажном дворе, Колымажный, 8/4 (подъём со звонарём с 11:00 до 14:00).
4️⃣ Храм Большое Вознесение, Большая Никитская, 36 (подъём со звонарем после службы в 12:00-14:00). Заодно можно заглянуть в Церковь Феодора Студита, Большая Никитская, 29 (подъем на колокольню со звонарем, до 16:00).
5️⃣ Марфо-Мариинская обитель, Большая Ордынка, 34 (подъём со звонарем с 11:00 до 13:00 и с 16:00 до 17:00).
6️⃣ Церковь Воскресения Словущего на Успенском вражке (Елисеевский, 2/15), подъём со звонарем после службы, до 14:00.
7️⃣ Храм Николая Мирликийского в Заяицком, 2-й Раушский пер., 1-3/26с23.
8️⃣ Церковь Николы в Пыжах, Большая Ордынка, 27А/8. Подъём на колокольню вместе со звонарем, который ещё и учит звонить.
9️⃣ Николо-Угрешский монастырь (г. Дзержинский). На колокольне - расписание, обычно поднимают каждый час после 12:00.
Исторический лот: Дачу Строгановых на Яузе выставят на торги
Знаменитая усадьба XVIII века на Волочаевской улице ищет нового владельца. Аукцион запланирован на третий квартал 2026 года.
Что входит в лот:
— Главный дом площадью 2,2 тыс. кв. м.
— Прилегающий парк на 1,8 гектара.
— Вид на набережную Яузы и уникальная архитектура с коринфскими и ионическими портиками.
Объект имеет статус памятника федерального значения. Это значит, что будущему собственнику придется взять на себя жесткие обязательства по реставрации. Любые изменения и даже «приспособление под современное использование» нужно будет детально согласовывать с госорганами.
Это редчайший для Москвы пример «летней резиденции» без лишних хозпостроек — только чистая архитектура и парк. Главный вопрос: превратится ли усадьба в закрытый клуб, элитный офис или сохранит общественный статус?
Следим за судьбой памятника.
➖Подписаться на Тайны Москвы
Горизонтальные небоскрёбы и летающие города: самые смелые и безумные проекты Москвы
Был такой век — двадцатый. Архитекторы просыпались и думали: а не перестроить ли нам всё заново? И знаете что — некоторые почти успевали.
Калмыков, выпускник ВХУТЕМАСа, нарисовал кольцо вокруг Земли. «Сатурний». Целый город-обруч в космосе — жильё, площадки, общественные пространства. Парень смотрел на небо и думал не о боге, а о том, как туда переехать. Не построили, конечно. Слишком утопично. Это слово придумали люди, у которых не хватало смелости или денег.
Крутиков в двадцать восьмом году пошёл тем же маршрутом, только скромнее — не кольцо вокруг Земли, а просто жилые модули в воздухе. «Летающий город». Внизу — промышленность и суета, вверху — жизнь. Люди спускаются работать и поднимаются обратно. Как птицы, только с документами. Дипломная работа. Комиссия смотрела, кивала и молчала. Такое молчание всегда означает одно и то же.
Иозефович хотел дирижабль. Не маленький — огромный, на десять тысяч человек. Летающий Дом съездов СССР. Он должен был швартоваться к башням в столицах республик, как усталый путник к постоялому двору. Внутри — залы, библиотеки, выставки. Красиво на бумаге. На бумаге всё красиво.
Татлин думал монументально. Башня Третьего Интернационала — спираль высотой четыреста метров, выше Эйфелевой. Внутри вращались бы геометрические объёмы с разной скоростью: один раз в год, раз в месяц, раз в день. Здание как механизм. Как манифест из железа и стекла. Не построили — не было ни денег, ни металла, ни, честно говоря, понимания, зачем это нужно. Но проект до сих пор смотрит на тебя с музейных стендов и чего-то молча требует.
Лисицкий был трезвее. Его небоскрёбы лежали горизонтально — вытянутые туши на пятидесятиметровых опорах. Восемь штук над Москвой. Лифты прямо к метро. Это почти архитектура. Но проект признали слишком сложным, как и все прочие.
Смешно вот что — потом весь мир начал строить дома на опорах и называть это модернизмом. Японцы в шестидесятых придумали «метаболизм» и рисовали города в воздухе. Никто не вспомнил ребят из Москвы двадцатых.
А Москва тогда была настоящим полигоном. Дома-коммуны, трансформируемое жильё, транспорт встроенный прямо в стены. Люди думали на десятилетия вперёд. Это редкость. Обычно люди думают до пятницы.
➖Подписаться на Тайны Москвы
Шкатулка, полная сюрпризов
Дом Московского купеческого сообщества не перестаёт удивлять, раз за разом, обнажая новые артефакты. История дома началась началась в конце XVI века, когда стены Ивановского женского монастыря подпёрли крепким экономическим форпостом — Соляным рыбным двором.
Место складирования драгоценного товара действительно напоминало крепость: неприступные, глухие стены, высокие башни, мощные ворота. Целый квартал под землёй был изрезан ходами с камерами для хранения. А потом соль подешевела... И от былого величия осталось только название улицы Солянка.
В начале ХХ века Москва переживала очередной строительный хаос и по своему обыкновению хорошела. Перестраивал соляной квартал тандем архитекторов под руководством Шервуда. Во время работ был обнаружен не только клад с монетками, но и тот самый склад в подвале с арочными сводами.
Новый дом сразу планировали как доходный комбинат: первые нежилые этажи оборудовали под конторы, торговые площади и кафе, поэтому просторные подземелья как нельзя лучше вписывались в эту концепцию. Шервуду оставалось лишь укрепить подземные ходы, увеличить их вглубь и вширь, провести туда вентиляцию и оборудовать освещение.
В 2022 году в ходе замены дорожного покрытия в одном из дворов из-под асфальта появились подснежники две ржавые металлические решётки с разбитыми стеклянными вставками.
Это люксферы, — некогда передовые и востребованные изобретения, — конструкции из стеклянных призм. Они эффективно собирали солнечный свет и передавали его в подвалы, благодаря чему там было светло и не требовалось дорогое искусственное освещение.
В начале XX века подобные световые крышки устанавливались в Москве по лицензии американской фирмы Luxfer Prism Company. Однако на бережную эксплуатацию передовые люди наплевали уже в 1917 году, элементы царапались, бились и постепенно были погребены в асфальте.
Со всей Москвы таких люксфер собрано около 20 штук. Говорят, надежда на нежную реставрацию и возвращение по прежним адресам есть!
Итак, склады-катакомбы частично доступны к просмотру: их давным-давно освободили от соли, а маргиналов из 90-х сменила публика с лавандовым апломбом. Наиболее насмотренная аудитория — завсегдатаи всех секретных баров с парадным входом из «Чёрного лебедя».
Пробравшись во внутренний двор-колодец, люксфер вы, скорее всего, не увидите, но их присутствие легко вычисляется по характерным проталинам в ледовой корке (пока она была).
➖Подписаться на Тайны Москвы
Во время подготовки поста про культурный центр«Башня», был встречен этот снимок — и не поделиться им нет сил, хотя архивные снимки и не формат «Москвы. Детали».
На фото — шедевральное отображение границы районов Тушино и Строгино; парашютист — зависает над территорией бывшего аэродрома в Тушино. Сейчас эти земли — они в нижней части снимка — застроены новыми ЖК + храм и «Башня». На другом берегу — дома деревни Строгино; это снимок 1956 года из архива «Госкаталога», город Тушино и деревня Строгино через несколько лет войдут в состав Москвы.
Подписаться на «Москва. Детали».
Клад на Берсеневской: находка XV века пополнила коллекцию музея
Помните, мы рассказывали про клад, обнаруженный в феврале 2026 года во время реставрации на Берсеневской набережной? В кувшине находились сотни серебряных «чешуек», самые ранние из которых относятся к XV веку. Это второй по величине денежный клад, найденный в Москве.
25 марта в Музее Москвы показали этот клад на выставке «История Москвы».
Место проведения: Музей Москвы, Зубовский бульвар, дом 2, корпус 3
➖Подписаться на Тайны Москвы
Власти столицы планируют провести в 2026 году масштабную реставрацию объектов культурного наследия
Крупнейшим проектом станет обновление Центрального московского ипподрома: восстановят исторический облик главного корпуса, отреставрируют входные пилоны со скульптурами и увеличат вместимость трибуны до двух тысяч мест.
Работы также продолжаются на ряде знаковых объектов, включая Политехнический музей, Центральный телеграф, усадьбу Останкино и дом архитектора Константина Мельникова. Реставрация идет и в исторических усадьбах, а также на территории ВДНХ, в Кузьминках, Коломенском и Виноградове.
➖Подписаться на Тайны Москвы
Историческую прачечную дома Наркомфина выставили на продажу за 600 млн рублей
На Новинском бульваре продают здание прачечной комплекса дома Наркомфина — памятник конструктивизма, построенный в 1928–1930 годах по проекту Моисея Гинзбурга. Объект оценили в 600 млн рублей.
После реставрации 2021 года здание площадью около 500 квадратных метров сохранило исторический облик, но получило современные инженерные системы и свободную планировку. В лот входят подвальные и наземные помещения, а также эксплуатируемая кровля.
Помещение предлагают использовать под офис, ресторан, клуб или медицинский центр. До конца 2024 года здесь работал ресторан «Коллектив Наркомфин».
Подписчики, берем?
➖Подписаться на Тайны Москвы
Над шаболовской башней сгущается, теперь уже всерьез. Ее собираются построить в новом металле -- копию в натуральную величину. Сейчас, вероятно, мы находимся в последней точке невозврата.
Айрат Багаутдинов, основатель проекта «Москва глазами инженера», собрал впечатляющую хронику новейшей истории башни: попытки реконструкции, изменения предмета охраны и общественный резонанс. Публикуем. Сопровождаем фотографиями современного состояния.
👁👁
https://archi.ru/russia/102218/hronika-shukhovskoi-bashni
К этой хронике будем теперь обращаться, думая об истории башни и делая попытки защитить здравые, то есть реставрационные, попытки ее сохранения. Муляжей и так хватает, не правда ли?
#наследие #Шухов #вандализм #охрана #мыЕеТеряем #хроника #Шаболовка
Культурно торговать — почётный труд: из Франции с любовью. К. Ф. Депре
Испокон веков и климатически, чай употреблялся москвичами самоварами, и не уступали ему объёмом продаж только увеселительные напитки. Традиционно 40% крепышами горожан снабжали Смирновы и Шустовы, а вот иностранные вина и ликёры импортировали из Европ.
Пустующую нишу в Москве занял капитан наполеоновской армии Камилл Филипп Депре. В России он оказался в ходе военного вторжения и был ранен при Бородино. А остался — по любви. Не к берёзкам, а к сестре милосердия, выходившей солдата, Анне Рисс, — потомственной московской француженке, так что разницы в менталитете удачно не произошло.
Подлечился и женился. А что за француз без вина?
Вскоре Депре организовал виноторговую фирму, и дела быстро пошли в гору. Продукция нашла популярность среди ценителей и благородных выпивох. У горожан особенным статусом пользовался портвейн «Депре №113», столичные дегустаторы не находили ему равных. Как нет равных в гедонизме Чехову: он в «Драме на охоте» упоминал «Бенедиктин» Депре.
Более того: бизнесу помог случай. С мая по декабрь Великий князь Александр Николаевич совершал «Венчание с Россией». Во время «ознакомительного» тура цесаревич, посетил 29 губерний, многие богадельни и заводы, познакомился с народом и продукцией Депре в Москве.
По итогу — с 3 декабря 1837 года вывеска виноторговца имела государственный герб, а предприятие именовалось Поставщиком вин к Высочайшему двору.
На рубеже XIX-XX веков подросшее «Товарищество К. Ф. Депре» требует новых площадей и переезжает на Петровский бульвар 17/1, в доходный дом с большими подвалами и винными складами в соседнем здании. Авторство комплекса принадлежит Роману Клейну.
Талант архитектора особенно раскрылся после «пенсионерской поездки», за особые успехи оплаченной Академией художеств», и стажировки у Шарля Гарнье, автора парижской оперы и казино в Монте-Карло. От мэтра Клейн перенял симпатию к эклектике, в основе были элементы итальянского Ренессанса и французского барокко.
После революции всё имущество семьи Депре национализировали. Дом надстроили двумя этажами. При советах в здании склада в 3-м Колобовском переулке ещё долго функционировал завод «Самтрест» по розливу кавказских вин и коньяков.
Продукцию по адресу доставляли автоцистерны с шильдиком «Молоко» на боку, но старожилы района отчётливо помнят на улицах амбре не парнóго из-под коровы, а «Марочного», «Алиготе» и прочих «Дербентов».
Сегодня склад реконструирован в жк, огромные подвалы зонированы на паркинг для жильцов и места, для желающих арендовать элитный закут для колесницы
➖Подписаться на Тайны Москвы
Дом, который вырос из личной беды
В конце XIX века на Щипке появился дом, который строили не как больницу, а как место последнего приюта для тех, кому больше некуда было идти.
Его основательницей стала московская купчиха Татьяна Гурьевна Гурьева. Судя по сохранившимся сведениям, её собственная жизнь была не только купеческой историей успеха: в зрелые годы она пережила долговую тюрьму и тяжелые болезни. Возможно, именно поэтому она решила вложить крупное состояние в дом для бедных, стариков, неизлечимо больных и слепых женщин.
Гурьева пожертвовала Московскому купеческому обществу 325 тысяч рублей — огромную по тем временам сумму. На эти деньги должен был появиться Дом призрения бедных имени Т.Г. Гурьевой на 100 человек: 70 престарелых, 20 неизлечимо больных и 10 слепых женщин. Принимать их хотели «без различия звания».
Здание строили рядом с другими благотворительными учреждениями — Солодовниковской богадельней и Александровской больницей. Так на улицах Щипок и Большая Серпуховская постепенно складывался целый городок московской купеческой благотворительности.
Внутри Гурьевской богадельни были палаты, столовая, рабочая комната, кухня, бельевая, помещения для служащих, часовня и две церкви. При доме устроили сад для прогулок — Гурьева специально заботилась, чтобы у призреваемых было не только койко-место, но и пространство для жизни.
Дом открылся в январе 1896 года. Здесь следили за питанием, санитарными условиями, приглашали врачей, устраивали ежедневные прогулки и церковные службы. По сути, это было одно из ранних московских учреждений для пожилых людей — то, что сегодня назвали бы социально-медицинским комплексом геронтологического профиля.
После революции судьба здания изменилась. Богадельню закрыли, призреваемых перевели в дома социальной защиты, а бывшие купеческие благотворительные корпуса стали частью больницы имени Семашко. Позже в них разместились клиники Всесоюзного института экспериментальной медицины.
Бывший Дом призрения Гурьевой заняла терапевтическая клиника профессора М.П. Кончаловского. А уже в XXI веке здание прошло капитальный ремонт и стало одним из клинических корпусов Института хирургии имени А.В. Вишневского.
Так богадельня, построенная на частное пожертвование московской купчихи, не исчезла из городской жизни. Она просто несколько раз меняла свое назначение: от приюта для бедных и стариков — к больничному корпусу и современной медицине.
➖Подписаться на Тайны Москвы
Скобкарь
Ладьевидный сосуд известен истории с XII века. Этот предмет быта мастера изготовляли в долблёно-резной технике, а для производства выбирали комлевое утолщение или развилку сучьев берёзы, сосны, ели или осины.
Иногда форма напоминала водоплавающую птицу и не зря, — пичуга «оплывала» стол по кругу во время празднований, в том числе религиозных. Гостей обносили увеселительными напитками вроде браги, пива и кваса. С этим связана утилитарная функция оформления изящных ручек в виде клюва, хвоста или конька.
Сосуды отличались географически: от принадлежности к губернии менялась фауна, выбранная для формы и флора — для росписи. Размеры тоже варьировались. Большие — до 20 литров — для фестивалей, средние — на двоих — для интимных торжеств и малые — на одного — индивидуально залить печаль или радость.
Внешне сквозь века сосуд особо не трансформировался, но с промышленным прогрессом применялись новые материалы и техники.
На превью: майоликовый округлый ковш. Императорское Строгановское художественно-промышленное училище. Конец XIX — начало XX вв.
В Москве отреставрировали дом поэта Аполлона Майкова
В столице завершили ремонт фасадов жилого дома Аполлона Майкова на Большой Спасской улице. Здание конца XVIII века в стиле классицизма сохранилось почти без изменений и является объектом культурного наследия федерального значения.
В ходе работ специалисты восстановили фасады, расчистили и укрепили белокаменные элементы, обновили лепнину и вернули историческую цветовую гамму. Особое внимание уделили декоративным деталям — маскаронам, фронтону и оформлению окон.
Реставрация проходила под контролем Мосгорнаследия и направлена на сохранение одного из редких образцов городской архитектуры того периода.
Интересна история дома?
➖Подписаться на Тайны Москвы
Над пропастью: вид, сервис, еда
Теперь почти центр, а в прошлом недалёкий пригород — Воробьёвы горы — испокон веков были излюбленным местом гуляний москвичей. Сюда сбегали семьями, компаниями или парочками. Досуг варьировался от достатка: пикник с самоваром и баранками на лужайке или аренда палисада у предприимчивых крестьян в одноимённой деревне.
Ну а самые уважаемые люди отдыхали у Крынкина. Степан Васильевич открыл ресторан в небольшой избе, и заведение моментально стало популярным и востребованным.
Отделённость от центра никого не пугала, но и хозяин нахрапом развивал инфраструктуру. По началу единственную подъездную летнюю дорогу к услугам едоков, что невиданно, начали чистить зимой. Для состоятельных господ при ресторане организовали трансфер — таксомотор за бешеные тыщи.
Была и лодочная переправа: пароходик и моторки для выездных банкетов, гостей доставляли с Болотной площади и от Бородинского моста: речная прогулка стала частью отдыха в заведении.
Жизнь на окраине закипела круглогодично, когда современную Калужскую площадь на деревню Воробьёво соединили узкококолейкой и запустили паровичок. Светлица Крынкина к таким потокам была не приспособлена, и в 1904 году ресторатор заказал больший дом у архитектора Иллариона Иванова-Шица.
Новый террасированный комплекс элегантно вписался в ландшафт. С площадок и открытой галереи на кронштейнах открывался величественный вид на столицу и реку. Галерею оборудовали подзорными трубами, говорят, от Швабе, с Кузнецкого моста.
Ресторан был зонирован на общие залы и приватные кабинеты, в тёплое время года гостей размещали прямо в парке, под натянутыми тентами, но самым большой приманкой была галерея над обрывом.
Вот что Иван Шмелёв в «Лете господнем» писал о ресторане: «мы смотрим на Москву и в распахнутые окна галдарейки, и через разноцветные стёкла — голубые, пунцовые, золотые…»
Вечерами аллеи и террасы над обрывом освещались мириадами лампочек, запитанных собственной электростанцией.
Привилегированных особ Крынкин встречал самолично, неизбежно в черкеске с газырями, остальных уваживали молодчики-половые в кипенно-белых поддёвках. В ресторане играл эстрадный оркестр, выступали хоры и иллюзионисты, от случая к случаю гремели фейерверки.
Кормили обильно, вкусно и дорого. Балыки, тройная уха, паровые цыплята, рябчики и эталонные раки. Родословная членистоногих не задокументирована, но едоки в мемуарах повально восхищаются размерами — с локоть!
Гордостью ресторана справедливо считались исключительного качества фрукты и овощи. Идеально свежие дыни, арбузы, артишоки, сельдерей, клубника и зелень поставлялись на кухню прямиком со знаменитых Пышкинских огородов в Лужниках.
Получается, Крынкин-визионер исповедовал локаворство и сезонность продуктов до того, как это стало мейнстримом.
Большой популярностью пользовались фирменные солёные огурчики: корнишоны плотно утрамбовывали в бочку, соли добавляли мало, а вот пряностей не жалели. Тару закупоривали и бросали в Москва-реку: засолка происходила под водой при стабильных +4С. Кроме ресторана этот посол можно было попробовать только в Елисеевских.
Революцию бизнес не пережил. Сам ресторатор конфискацию и превращение заведения в избу-читальню не застал, почив ранее. В начале 1920-х здание сгорело. Неосторожное обращение с огнём приписывают сыновьям Крынкина.
Так не доставайся же ты никому (с)
➖Подписаться на Тайны Москвы
Особняк Грачёвых в Малом Кисловском
Пока весь мир спорит о том, что первично — архитектура или интерьер, Москва тихо прячет в своих переулках ответы на вопросы, которые никто не догадался задать.
В 1820 году, когда Наполеон уже успел стать историей, а Москва заново отстраивалась после пожара 1812 года, в Малом Кисловском переулке вырос особняк в классическом стиле — сдержанный, пропорциональный, с претензией на вечность. Эпоха требовала именно такого языка: колонны, симметрия, ампирная строгость как манифест победившей державы. Дом сменил нескольких владельцев — купцов, дворян, людей с деньгами и амбициями — и каждый оставил в его анфиладах что-то своё: перестройку, каприз, новый слой штукатурки поверх чужой памяти.
Семейство Грачёвых, давших особняку имя, принадлежало к московскому купечеству — той категории людей, что умели одновременно торговать и коллекционировать, наживаться и меценатствовать, строить доходные дома и заказывать помпезные интерьеры. Неудивительно, что зеркало в холле — в обрамлении лепнины с нимфами и сатирами — смотрится здесь не как украшение, а как программный манифест хозяев: мы люди серьёзные, но с фантазией.
Главный сюрприз особняк приберёг для тех, кто не поленится подняться на второй этаж и трижды свернуть налево. Там, в неприметном помещении, куда случайный посетитель вряд ли забредёт, стоит чугунная винтовая лестница — тёмная, изящная, немного театральная. Чугунное литьё середины XIX века было настоящим высокотехнологичным шиком своего времени: дорого, непрактично, совершенно прекрасно. Такие лестницы заказывали на уральских заводах или везли с европейских выставок — они были символом того, что хозяин понимает толк в вещах.
Сегодня особняк занят под коммерческие помещения — офисы, переговорные, чьи-то корпоративные будни. Охранник на входе уже давно не удивляется людям с телефоном наготове, которые приходят явно не на деловую встречу. Нимфы в холле взирают на всё это с олимпийским спокойствием — они повидали и не такое.
Мода на «аутентичность», которую сегодня ищут в примерочных блошиных рынков и дворах с облупившейся штукатуркой, в общем-то, не нова. Просто каждое поколение заново открывает для себя, что самое интересное в этом городе — за неприметной дверью, после третьего поворота налево.
➖Подписаться на Тайны Москвы
Модный дом Диор в Москве. Гастроли
В 1959 году произошло по истине знаковое событие на стыке моды, политики и культурной дипломатии. Относительно свежий генсек Хрущёв в разгар холодной войны неожиданно проявил интерес к дамским туалетам! К консенсусу пришли путём долгих переговоров между МИДами и МинКультами.
Французской делегации выкатили презабавные ЦУ: взять с собой папиросы и косметику, детективные романы в подарок посольским служащим, не оставлять чаевые и не пытаться искать виски.
Но самым жёстким требованием стало не облачать моделей в брюки! Свобода передвижения, в прямом смысле, шла в разрез с коммунистической доктриной.
Какие цели преследовали стороны? Это — поле для фантазии. Советы ничего покупать у буржуа не собирались, разве что вдохновиться. Эксцентричный Сен-Лоран, вероятно, рассматривал поездку как отличный PR новых коллекций и себя в качестве нового креативного директора.
Приоткрытый железный занавес на время подвязали ленточкой из органзы: строго регламентированный показ организовали в ДК «Крылья Советов».
В зале, где проходил показ мод, изумительно пахло французскими духами — их вылили для «антуража» аж 12 литров! Остальные 488 литров разошлись на подарки представителям соцлагеря. За пять дней состоялось 15 показов, которые посмотрели 11 тысяч зрителей. Каждая, из 12 приехавших манекенщиц, вышла на подиум 140 раз, всего показали 120 комплектов.
На шоу по спецпропускам попала только аппаратная верхушка. Однако дефиле продолжилось прямо на улицах столицы. Элегантные француженки в нарядах Haute Couture неспешно прогуливались по Москве, одаривая прохожих свежими цветами.
Туфли-лодочки, чулки со строчкой и шляпки, безусловно, вызывали искренний интерес у горожан, как межгалактический контакт у уфологов.
Пресса отреагировала более категорично. “Платья коротковаты. Полных и низкорослых это вряд ли украсит.” — так особо сердобольный журнал «Огонёк» искренне переживал за соотечественниц.
Капиталистический шик в советский массмаркет, разумеется, не просочился. Модницы, которым товар от фарцовщиков был не по карману, обращались к швеям. Искусницы творили чудеса индивидуального пошива с помощью самоучителей и готовых выкроек, а особо привилегированные, обшивая высшие эшелоны, вдохновлялись зарубежными журналами.
Мода циклична? Абсолютно! Те, кто с содроганием вспоминают свои первые фэшн проходки по обледенелой картонке на вещевом рынке и наблюдали открытие-закрытие в Москве магазинов и бутиков одежды всех сегментов, сейчас с лёгким недоумением слушают восторги юных ценителей из примерочных «Садовода», "потому что там вайб!"
«Je reviens te chercher» французского кутюрье относительно славянского культурного кода отразилось позже в коллекции 1976 года «Русские балеты / Ballets Russes», — одной из самых знаменитых в карьере Сен-Лорана
➖Подписаться на Тайны Москвы
На ВДНХ реставрируют павильон «Оптика»
Кто-то вспомнил, что он существует.
Снаружи вернут двадцать четыре скульптуры. Сняли их в восьмидесятых, как обычно, без особых объяснений. Учёный, тракторист, женщины-колхозницы. Воссоздадут по архивным фотографиям. Люди умерли, фотографии остались — и теперь по ним лепят заново.
Внутри приведут в порядок панно и лепнину. Но главное, что за фальшстеной нашли горельеф. «Праздничный Ленинград». Шествие, толпа, памятник Ленину у Финляндского вокзала. Кто-то в своё время взял и просто замуровал это за листом гипсокартона.
Теперь достанут. Отреставрируют. Покажут людям.
Город иногда возвращает то, что сам же и спрятал.
➖Подписаться на Тайны Москвы
🕴️ Матрица — это система, система — наш враг
После этого точно ни одной пылинки не останется.
🗣 Нейромосквич
Факт I
Если бы Большой театр следовал общей мировой традиции, его история была бы почти на сотню лет короче, чем принято считать: здание работы Альберта Кавоса было открыто на Театральной площади в Москве 20 августа 1856 года.
До середины прошлого века возраст Большого театра отсчитывали с 1825-го — года, когда на Театральной площади было торжественно открыто первое здание с восемью колоннами и квадригой Аполлона. Его спроектировал Осип Бове.
Лишь позже было принято решение вести летоисчисление Большого от 28 марта 1776 года. В тот день императрица Екатерина II подписала позволение князю Петру Урусову «быть содержателем всех театральных в Москве представлений» сроком на десять лет. Это решение обосновано тем, что во всех исторических перипетиях труппа не распадалась, а переходила из одного театрального здания в другое, переезжала со Знаменки на Петровскую улицу (современную Петровку), с Петровской на Арбатскую площадь, бежала от Наполеона в Плес и Кострому, пока не воцарилась навсегда на Театральной площади.
Впрочем, благодаря исследованиям доктора искусствоведения, главного научного сотрудника сектора театра Государственного института искусствознания Людмилы Стариковой в последние годы в научный оборот вошла даже более ранняя дата основания первого московского публичного регулярного театра. Его дебютный спектакль состоялся 21 февраля 1766 года в Оперном доме на Яузе «при Головинском дворце». Он находился под опекой императорского двора, но существовал на «вольные», а не казенные средства, возглавлял его страстный театрал, полковник в отставке Николай Титов.
Какая Москва на вкус?
Среди специалистов столица давно слыла не только многолюдной, но и по истине многоводной: и речь даже не о реках-артериях.
"На глубине 70-250 метров под Москвой находятся запасы вкусной и качественной пресной воды", — геологи. Сандуны до революции, например, полностью снабжались водой из подобной скважины.
А вот открытие московского подземного «моря» совершил академик Губкин! Вообще, по заданию усатой партии, он искал чёрное золото в пластах девонского периода (410-350 млн лет тому назад). В итоге — аккурат между домами 6 и 9 по Иерусалимской улице — образовалась глубочайшая скважина сильно минерализованной воды. Она и сейчас наполняет 25-метровый бассейн на ул. Талалихина и по составу схожа с водой Чёрного и Средиземного морей. Если хотите море без переплат.
В отличие от предыдущих любителей нефти, Брежнев предпочитал поправлять здоровье минералкой. Такую скважину, глубиной 420 метров, пробурили на территории «Останкинского Завода Напитков» в середине прошлого века, там же очищали и бутилировали. Ничем не подтверждённый факт гласит, что вода по своему составу и вкусу не уступала лучшим минеральным водам мира, типа «Ессентуков».
Это не дебютный заводик минералки: первый источник был обнаружен в конце 1930-х на Пресне у Горбатого моста. Но война и реконструкция столицы не позволили производству широко развернуться.
Останкинский завод в 1960-х показывал впечатляющие мощности: 3 млн бутылок в год! Тут нужна ремарка. Москвичи не очень доверяли водичке «из-под собственных ног», предпочитая кавказскую и любую другую. Невысокая стоимость лишь добавляла скепсиса и снисходительно-пренебрежительного отношения.
Свободный рынок с приходом на прилавки всяких Перье и Сан Пеллегрино окончательно добил неконкурентную столичную водоподготовку.
🌊 Губит людей не пиво, губит людей вода (с)
➖Подписаться на Тайны Москвы
Пока ещё снег не сошел полностью, хочу показать вам мои зимние фото церкви Рождества Пресвятой Богородицы в Марфино. Она была построена в 1707 году предположительно архитектором В. Белозёровым в нарышкинском стиле.
Росписи в интерьере храма, к сожалению, не сохранились, но внутри все равно здорово. В центре храма по кругу установлены четыре пилона, поддерживающие своды и световой барабан, так, что получилась необычная ротонда.
Рядом с храмом находится церковь Петра и Павла, построенная в 1777 году. В 1830-х годах церковь была перестроена по проекту московского архитектора Михаила Быковского по заказу тогдашней владелицы усадьбы графини Софьи Паниной. Тогда она занималась реконструкцией всей усадьбы.
«Высокие горы» на Яузе
В начале XIX века чай уже уверенно набирал популярность в России. Почуяв золотую жилу, купцы-чаеторговцы Усачёвы построили на этом головокружительную карьеру и стремительно ворвались в ряды столичного бомонда! Братья выкупили шикарный участок на холме у реки под строительство усадьбы.
Амбиции скромняг были настолько велики, что в качестве зодчего они решили пригласить модного московского швейцарца Доменико Жилярди! Маэстро лучших московских строек поначалу опешил: заказчики-купцы не казались ему достаточно статусными. Однако обоюдная филантропия и эмпатия растопили лёд.
Так почти 200 лет назад появилась великолепная усадьба с садом. В оранжереях Пётр Усачёв выводил редкие сорта растений. Для отдыха в парке соорудили музыкальный и чайный домики.
Следующий хозяин меценат Герасим Хлудов только преумножил величие гнезда. В сад провели воду из мытищинского водопровода, а в главном доме появилось отопление. Парк поражал редкими туями, кедрами и карельскими берёзами. Оранжерея пополнилась мандаринами, пальмами и розовыми кустами, Хлудов завёз туда зверей и птиц. Хозяйство вели на широкую ногу, а балы гремели на всю Москву!
Последняя дореволюционная хозяйка, дочь Хлудова (по мужу Найдёнова) буйным нравом не отличалась, усадьбу у сестёр выкупила скорее в инвестиционных целях и бывала в ней редко.
С 20-х годов XX века усадьба побывала санаторием, тубдиспансером, а теперь это отделение спортивной и реабилитационной медицины. Внутри главного корпуса сохранились расписные потолки по эскизам Жилярди; чугунные львы, лепнина, широкий въездной пандус и вазоны — снаружи.
В 2024 году завершили масштабную реставрацию: восстановили парковый грот, две беседки-ротонды, ограду с воротами и четыре чугунные скульптуры.
Случайно вряд ли набредёте, отправляйтесь гулять целенаправленно: вход на территорию со стороны Малого Полуярославского переулка.
➖Подписаться на Тайны Москвы