-
CULTURE IS EVERYTHING (@nidelfina)
Документальное кино как укрытие от реальности
Диплом Национального конкурса и приз критики “Послания к человеку” получило “Укрытие” Никиты Карцева
Хотя это не док. кино, скорее, затянувшееся видеоэссе.
Фильм состоит из двух не очень разграниченных частей. Кто сможет продраться через сорокаминутный монтаж длинных статичных городских видов - в основном, строек, затянутых сетками, и горожан, в основном, рабочих, и все это перемежается строчками из инструкции “что делать при атаке бпла” - тот узнает, что на самом деле это эссе о приближающемся отцовстве.
Метафорика и так очевидна, но автор все подписал, чтобы не перепутали: “Дома, подготовленные к сносу - это образ всех разрушенных домов. А каждый человек на видео - это человек, который движется из одного укрытия к другому”. Слава Богу, объяснили, а то как разобраться. “Или находится в укрытии сейчас” - на ребенка на узи нельзя посмотреть открытыми глазами, как на факт реальности, без того, чтобы придать этому дополнительный метафорический вес.
Проблема языка - тут одна из основных. Языком психологических подкастов (и очень многословно) автор рассказывает, что запутался в ролях мужчины и женщины. Забавно, что в итоге все сводится к тому, что родилась бы девочка, я бы завязывал ей бантики, а раз парень - надо объяснить ему за жизнь, а я сам не знаю за жизнь.
Об укрытии как состоянии - языком студенческих видеоэссе: слегка небрежный монтаж, кадры приглажены разномастной цветокоррекцией, нарочитая метафорика и длинные-длинные статики, которые должны настраивать на философический лад.
Язык - это тоже укрытие.
Самое интересное место фильма - момент, когда автор осознает, что не смотрит ни на реальных мужчин, ни на реальных женщин, а существует в мире сформированных социальными медиа стереотипов: как сегодня положено думать о мужском и женском человеку средних лет, воспитанному мейнстримной какбыпрогрессивной культурой. Точка этого понимания - момент возможности свободы. Но автору тут же нужно упаковать эту растерянность в понятную форму, отразить через “метавзгляд”: если я описываю, что не смотрю на реальность, я тем самым смотрю на реальность? И дать слово “мудрой женщине” (ведь она женщина), которая как в зеркале отразит его смятение и успокоит: “ты сам себе это сочинил, но ты хороший”.
“Ты прячешься, убегаешь и не говоришь об этом” (о своих страхах). В общем, да, он так ничего и не сказал. Зато в конце очень модные титры.
(И какие же всегда дурацкие формулировки дипломов: “За умение читать тайный язык реальности”. Вот и жюри обожают эти самообманчивые красивости).
Теперь могу говорить, что снял свой дипломный фильм.
Читать полностью…
«Послание к человеку» продолжается, готов еще один гид. Его мы писали с Ромой Волынским, тут 13 советов.
От меня 7 фильмов:
➕ «Бог застенчив», реж. Жослен Шарль (Международный конкурс);
➕«Тело Христово», реж. Беа Лема (Международный конкурс);
➕«Укрытие», реж. Никита Карцев (Национальный конкурс);
➕«Просто побудьте со мной», реж. Стася Хомерики-Гранковская (Национальный конкурс);
➕«Тайная комната в ТЦ», реж. Джереми Уоркмен (программа «Панорама.doc»);
➕«Воскресенья», реж. Алауда Руис де Асуа (программа «Новые голоса»);
➕«Неверно понятые», реж. Джеймс Н. Киниц Уилкинс (программа «Новые голоса»);
https://okko.tv/media/selections/chto-smotret-na-festivale-poslanie-k-cheloveku-2026
«Послание» идет полным ходом. Позади первые два сеанса нацконкурса, впереди еще семь. Хотя в самом начале отбора этого года нам казалось, что счастьем будет собрать хотя бы пять фильмов. В итоге их 18.
Очень всем советую дойти сегодня в 20:50 до малого зала «Авроры», где будет нереальный тройной киносеанс, с «Материнскими снами» Анны Швейгольц (чуткий и на редкость образный анимадок про страхи и радости материнства), «Похитителями» Алексея Суховея (про поиски «баранобыка» и похищение младенцев — неописуемое кино) и «Укрытием» Никиты Карцева (фильм-эссе о тревогах сего дня — иммерсивный эффект гарантирован). Последний мне вовсе кажется одним из формообразующих фильмов нацконкурса этого года — идея семьи как убежища и вместе с тем источника тревог стала объединяющей для очень многих работ. Билеты еще в продаже:
https://message2man.com/seances/18-10-2026-v-20-50-nacionalnyj-konkurs-4-materinskie-sny-pohititeli-ukrytie-avrora-malyj-zal/
В национальном конкурсе фестиваля «Послание к человеку» пройдет премьера «Укрытия» Никиты Карцева — единовременно киноэссе, структурного фильма и попытки задокументировать «бесконечную стройку», в которую превращается окружающая действительность. Публикуем первый трейлер картины и прямую речь ее автора.
Читать полностью…
Наконец-то можно сказать, что премьера «Укрытия» состоится в национальном конкурсе «Послания к человеку».
Поверить в то, что мой маленький фильм, снятый на айфон, в принципе попадет в конкурс международного кинофестиваля, было довольно трудно.
Но то, что он там будет соревноваться с Машей Годованной, Алексеем Федорченко, Машей Черной и Евгенией Арбугаевой, — отдельный шок.
Пару дней назад получил неожиданный и очень теплый фидбек на свой фильм «Укрытие» от коллеги, которая некоторое время назад осела в Тайланде
В частности, она сообщила, что мой фильм начинается с «очевидной цитаты из «Родины» Расторгуева». Ничего такого я не имел в виду, но ассоциация для меня показалась жутко ценной и важной — и потому, что Расторгуев, и потому, что мыслей о родине в моем фильме и правда хватает
А вчера сходил-таки на нового Цай Минляна, «Возвращение домой», и это тоже в каком-то смысле оказалось и лаосской (по месту съемок) версией «Укрытия», и еще одним размышлением о родине — как о череде оставленных, то ли недостроенных, то ли полуразрушенных домов
Фильм из разряда, как я называю, профессионального искусства. Когда опытный мастер пользуется собственным хорошо знакомым приемом, чтобы окультурить окружающее пространство. Такое кино отлично можно представить не только в зале Венецианского фестиваля, где состоялась его премьера в прошлом году, но и в одном из павильонов на Джардини или Арсенале во время Биеннале
И все же попался и в этой, с холодным носом, зарисовке один кадр, который стал для меня своего рода пунктумом, как сказал бы Ролан Барт (статус режиссера обязывает к культурным отсылкам)
Это кадр с каруселью, внутри которой жмется к земле и мечется по всему внутреннему диаметру бродячая собака
«Бродячие псы» — так назывался один из последних больших фильмов самого Цая, а также первый у него, который я посмотрел непосредственно на премьере, в момент его рождения — все там же, в Венеции
В этом кадре с собакой из «Возвращения…» есть эскапизм и жестокость мира, взявшего бедное животное в кольцо и радостно гогочущего от удовольствия на аттракционе, оставаясь глухим к стрессу собаки
И отстраненность художника, который выхватил эту сцену из общего летаргического сна дряхлой цивилизации (может показаться, что жители всех этих пустых домов собрались ровно для этой сцены, чтобы вдоволь покататься по кругу)
И безвыходность, замкнутость, удушье этого мира — кадр начинается, когда собака уже попала в эту импровизированную ловушку, длится долго, но заканчивается до того, как она оттуда выберется
По сути запечатывая ее там навсегда
В моем фильме собак нет — разве что собачий лай за кадром (был такой замечательный документальный фильм — «Лай собак вдалеке» — поищите и посмотрите, если вдруг нет)
Зато есть карусель, Венеция, да и много чего еще
А также снимал я его ровно с тем же ощущением, что этот бродячий пес у Цая, то прижатый, то мечущийся по земле, пока вокруг крутится чертово колесо
Все фильмы на земле — это один и тот же фильм
По работе для нового сценария пересматривал «Сломанные цветы». Возможно, (после «Кофе и сигарет») самый популярный фильм Джармуша. И боже, как же он хорош
С одной стороны, он снова и опять опережает время и оказывается предтечей современного телевидения (благо, что по форме похож на обычную мелодраму), где в центре сюжета — мужчина, его возраст, прошлое, тонкие настройки, вообще всеобщая уязвимость и растерянность перед жизью. В диапазоне от Теда Лассо до броманса в сериале DTF St. Louis — короче, все, что сейчас стало мейнстримом, у Джармуша было минимум двадцать лет назад
С другой, как же виртуозно все сделано. Как экономно, сжато, компактно, наполненно, насышено деталями до концентрации предельного соляного раствора — при том, что в некоторых сценах Билл Мюррей просто молча сидит на общем плане в центре композиции
Это работает как универсальное высказывание, как авторское высказывание, как фильм на расслабленный вечер и как повод сжаться всем сердцем в финале
Джармуш в принципе художник блуждающего катарсиса. Он не ведет к нему специально, скорее в сторону от него. Может показаться, что он вообще не знает, что это такое. Его фирменная ироничная манера, да что там — просто гениальное чувство юмора, строящееся на многосоставных рифмах, глубоко укоренных в культурный контекст, — как будто настраивает на несерьезный лад. Все здесь выглядит так, чтобы ублажать взгляд интеллигентного человека. Будто перед нами еще один умник и эстет (что так), книжный червь, киноман, что ваш Тарантино, который пользуется окультуренным кодом и зеркальным коридором вымышленных миров, чтобы ни за что не выходить в настоящий
Но за этой благостью и вечной усмешкой раз за разом упускается то, насколько Джармуш в каждом своем проявлении радикален и бескомпомиссен
Просто радикальность эта не внешняя, маркая — через пот, кровь и сперму — а внутреняя, глубокая
Она — про систему взглядов, про координаты, этику, то есть те ограничения, которые он берет на себя и передает по наследству своим героям
Как сосед главного героя ему в путь — диск с эфиопским джазом
Так же сам Джармуш дает с первых минут женщине беспрепятственно уйти от Мюррея, потому что она чувствует себя при нем любовницей, «хотя у тебя даже нет жены». Как разрешает самому Мюррею оставаться секс-символом, будучи растерянным, помятым и в мягком спортивном костюме на скрипящем кожаном диване. Как он решает сцену с Лолитой — проигрывая классический сюжет американской (мировой) литературы в обратную сторону, оставляя своей Лолите субъектность и свободу исследования собственной сексуальности, но приводя пример здорового поведения в подобной ситуации своего Гумберта Гумберта в лице главного героя. Заодно возвращая эту же субъектность матери Лолиты в исполнении Шарон Стоун, оставив за ней не угасающий огонек желания, но избавив ее саму от лобовой сексуализации. Или как оставляет остальным женщинам на пути героя право на их растерянность, а еще злобу, равнодушие, молчание
Как всех нас до последнего кадра не оставляет надежда — что сын будет найден, а жизнь — очнется от оцепенения на том самом диване
А потому катарсис в фильмах Джармуша всегда настигает рано или поздно, когда ты уже совсем забыл, что это такое
Просто сперва проваливаешься, как в мягкий диван, с первых кадров (звуков) в окутывающее тебя со всех сторон пространство тепла, принятия, безопасности и красоты, а потом раз — и ты уже сорвался с цепи, несешься, что есть мочи за бегущим в испуге от тебя пацаном (а точно ли это мифический сын сейчас от тебя убегает, а не сам ты — из параллельной вселенной?), который скрывается во дворах
И вот уже ты стоишь один посреди улицы, с одышкой и таким же растерянным лицом, как в самом начале
Но уже совсем другой
Purity
Был вчера в «ГЭС-2» на открытии фестиваля коллективных фильмов
В первую очередь ради московского показа нового фильма Цзя Джанкэ «Туринская тень» — крохотной безделушки, снятой по заказу музея кино собственно в Турине
Фильм — чудесный, замечательный, прозрачный, сущностный
Главная героиня — владелица небольшого ресторана из китайской провинции. Ее муж последние пять лет управляет таким же, но в Турине. В семи часовых поясах от дома
В миниатюрный бытовой сюжет: муж и жена на расстоянии пытаются выжить и не потерять по пути понимание, зачем они вообще в это ввязались на фоне растущей дочери — зашита параллельно вся история кино
Дочь героини в Китае посещает канонический театр теней. Мать следует за ней, потому что она мать. Вместе перед сном они разглядывают блокнот с рисунками, которые превращаются в движущиеся изображения, если быстро перелистывать страницы. В разлуке общаются по видеосвязи. Но даже когда они не говорят персонально, видеокамера в ресторане в Китае все равно всегда фиксирует и передает, что происходит внутри: например, как дочь залипает на вертикальные видео в интернете. Каждый из этих медиумов имеет отношение к профессии режиссера Цзя Джанкэ — и одновременно остается частью повседневной жизни его героев, которые кино как раз вообще не интересуются
Так каждый из них, независимо от специальных знаний или контекста, оказывается полноправным соавтором художественного произведения. Частью единой истории искусств — в глазах одного из самых чутких и нежных современных художников своей страны
Метафора общности, единства пространства культуры углубляется, когда героиня попадает в Турин, куда она привозит лишь несколько бутылок китайского вина — для личного пользования, не для гостей ресторана
В Турине она начинает видеть вокруг рифмы родного города. Улицы, ширина проезжей части, высота домов — все совпадает
Мопед в фильме Нанни Моретти из экспозиции музея кино — и мопед главной героини у нее дома
Пожарные, которые проводят учения на родине — и пожарные, которые буднично идут ей навстречу в Италии
Наконец, театр теней, который она встречает в экспозиции музея кино, спрятанном внутри самого высокого здания города, его доминанты. И тут же звонит дочери по видеосвязи: ты представляешь, что бывает! Тут такой же театр теней, как у нас! (На самом деле сюжеты и исполнение отличаются, никуда не деть национальные особенности, но и общность никуда не спрячешь)
Все здесь говорит о едином (энергетическом? культурном?) поле, в котором обитают герои фильма — и его зрители
Эта довольно простая, но все же нетривиальная мысль, как мне кажется, нуждается в отдельном сопровождении, формулировании, фокусе, в конце концов
Как сам факт показа фильма режиссера уровня Джанкэ в Москве-2026 должен быть событием — не дежурным, светским, мимолетным. Не визитом вежливости или работой с предлагаемыми обстоятельствами
Дочь в фильме постоянно говорит сначала отцу, потом матери: идите и гуляйте по городу! Смотрите Турин!
Они кряхтят, сопротивляются, уже не очень помнят, что их держит вместе и держит ли
Но все же выходят в город
Он — срывается на мутный звонок и скрывается за кадром прямо посреди программы
Она — доходит до конца, до самого музея, где на титрах звучат цитаты из совсем других фильмов
Сходите и вы на фестиваль, посмотрите если не «Туринскую тень» (больше показов, как я понял, не предусмотрено), так другие наименования — например, можно наяву, а не во сне застать одну из самых последних работ Цай Минляна
Так что, пожалуйста, совершите ошибку и выйдите уже наконец из комнаты
Ведь на самом деле каждый фильм — коллективный
Даже если у него есть только один автор и один зритель
Почему бы именно вам не стать им
каждый день я хочу написать письмо, подобно Лене Костюченко, но не в адрес Земфиры, а в адрес российского кино, а также так называемой индустрии
пока держусь, но один только бог знает, насколько мне трудно
Закончил смотреть «Безумцев».
Какие-то серии очень хорошие целиком. Какие-то эпизоды — выше всяких похвал. Было полезно все это посмотреть, испытать, обдумать и сверить с собой.
Но в целом и сам финал, и сериал целиком, спустя годы, — скорее экспонат музея восковых фигур, чем пис оф арт. Не аналог великого американского романа, а самый длинный в истории рекламный ролик.
Титры и правда модные! Кому надо, могу в личке дать контакты чудесной дизайнерки (зачеркнуто) художницы.
Читать полностью…
Ввожу рублику: Приключения слова "Укрытие"
1. Бетонная коробка.
Укрытие в Белгороде появились не сразу. А потом как появились! Настоящая веха наших отношений с городом: их боялись, их ругали и, наоборот, злились, что их так мало. Увидев первое укрытие (дело было снежной зимой, наверное 2023 г.), я естественно на него зале и сфоткался. Оно было новеньким и пахло стройкой. Жена боялась, что нельзя фоткаться на укрытии и, наверняка есть статья за это. Наверняка есть. И не отмашешься, что проводил народную экспертизу сооружения. Потом их стало, как маршруток. Многажды я, с товарищами по несчастью, куковал там. Многим они спасли жизнь. Главное, чтобы попалась хорошая компания. А то, бывает, тётка какая-нибудь от страха: бу-бу-бу, бу-бу-бу из темноты.
2. Моя книжка рассказов "Укрытие".
Естественно, я не мог не соблазнится что-то написать на эту тему и после предложить иллюстратору поместить укрытие на обложку. Вариантов было много и все хорошие, выбирать было сложно. Потом удивительно было встречать воспалённый облик книги с красным корешком в городах, где никто ни про какое укрытие не знает. Я всегда быстро отыскивал её на книжных полках и переставлял повыше, распихивая литературных дедов.
3. Появилось пиво "Укрытие". Естественно, стукачи сразу "оскорбились" и пожаловались. Не знаю, как там производитель отбивался, удивительно, что его не закрыли, но пиво и сейчас продаётся. Стоит дороговато и, не очень вкусное. Не моё. Но, если не ошибаюсь, я, по причинам, решение которых не требовало отлагательств, пил его тёплым. Может, в этом все дело.
4. Сериал "Укрытие" США. Это бюджетная (по-американским маркам) антиутопия про жителей подземелья, которые не могут выбраться на поверхность потому, что там какая-то техногенная катастрофа. Мне не понравилось, думаю, Лопушанский всё сказал на заявленную тему в "Письмах мёртвого человека".
5. Документалка "Укрытие" от критика Никиты Карцева. Я не смотрел, но, как будто-то представляю о чём кино столичного режиссёра. Карцев мне симпатичен, я читал его тексты, но заранее хочется сказать "подержи моё пиво". Вот цитата из заметки о фильме: "Открывающим эпизодом фильма стало наблюдение за героями (самим Карцевым и его семьей) через камеру видеонаблюдения и памяткой о действиях при атаке БПЛА"
Памятка.
Вчера легли спать. Начал строчить пулемёт по беспилотникам. "Не уснем", — говорит жена. Ничего, уснули.
И проснулись, опять.
В Петербурге осталось только два типа зданий. В первых расположены кафе «Хлебник». Остальные подписаны как «Бизнес-центр «Сенатор».
Читать полностью…
Завтра в белом зале «Дома кино» в 20.50 будет повторный показ «Укрытия»
Читать полностью…
Ну ничего себе беседа.
https://kinoart.ru/interviews/chto-to-proishodit
Показы фильма «Укрытие» в рамках национального конкурса «Послания к человеку»:
18 октября 20.50 в малом зале кинотеатра «Аврора»
20 октября 20.50 белый зал «Дома кино»
Буду очень рад всех видеть.
Национальный конкурс «Послания к человеку» включает в себя полные и короткие метры, которые соревнуются друг с другом в условиях полного паритета.
Слово — кураторам конкурса Алене Солнцевой и Павлу Пугачеву:
«Документальное кино сегодня переживает очередной кризис. Запас доверия, когда-то отпущенный ему в кредит, сегодня приходится возвращать, и пока неизвестно каким образом: генерация изображений, необъятные видеоархивы в соцсетях и самые разные способы видеофиксации бесконечно расширяют границы того, что можно считать «документальным». Это мы наблюдали и отсматривая материалы, поданные на конкурс. Поэтому мы старались отобрать в программу фильмы, режиссеры которых пытаются найти новые отношения между документальным изображением и авторским усилием, сохранить честные отношения с разнообразными вариациями медиа, обновить или уточнить предмет документального искусства. Пока нет новых правил, поиск может вырастать из самых неожиданных задач. Отношения камеры и человека, режиссера и его „объекта“ съемки, и шире — ответственности, это то, что объединяет весь отбор этого года, выходя за пределы вопросов киноискусства. Этика сегодня неотделима от поэтики».Читать полностью…
каждый раз, когда меняю подгузник сыну и сталкиваюсь глазами с надписью на передней части «животик», автоматически читаю ее как «невротик»
нет, этот твит не про Степана, это про меня
Написал пост, а потом оказалось, что сегодня у Мюррея день рождения — 76 лет чуваку. То есть по лору фильма «Сломанные цветы» в 2005 ему было 55. А его экранный сын родился, когда ему было 35. То есть плюс-минус как мне!
Получается, в еще одной параллельной вселенной — это и есть я!
(Как будто я не знал об этом заранее)
А я как раз вчера после просмотра мысленно подсчитывал, сколько мне будет лет, когда Степе — столько-то и столько-то
Например, в мои 76 ему будет почти 30!
Жутко интересно, кем он вырастет и в фильме какого жанра начнет жить. Но это я уже плавно начинаю свой сценарий рассказывать, а еще не время
Так что пока!
В продолжение Цзя Джанкэ и нашей (персональной) ответственности за упущенные и настигнутые возможности и прочие выборы
Вчера утром бежал на встречу, опаздывал, вышел не из того вагона не той станции метро. На улице буквально сшиб с ног сильный, отнимающий волю запах еды. Оглянулся, оказалось, это банальный ростикс, который заманивает в свои сети ароматами уж не знаю каких специй и глутамата натрия
Было физически тяжело отвернуть голову и продолжать идти по своему маршруту
Этот масс фуд — как любой масс маркет — как любое массовое сознание, а также помешательство — наглядный пример того, насколько примитивны, действенны и губительны инструменты привлечения внимания
Таким же глутаматом натрия накачены информационные поводы, бизнес схемы, страны и континенты
Невозможно добраться до своей персональной встречи в своей персональной кофейне без персонального выбора и последовавшего за этим личного усилия
В таких разговорах, как этот, всегда есть тонкое место — с какого момента заканчивается твоя персональная ответственность — создать альтернативу, не только точку питания, но и систему информирования, почему оно полезно, а также как его найти — а где начинается ответственность другого?
Задуматься о себе, о том, что ты ешь, читаешь, смотришь? Что выбираешь?
У нас дома я называю это спором о газоотводных трубочках
Это такое инфернальное приспособление, которое доведенные до полупсихоза родители, не справляющиеся с первыми газиками у своих новорожденных детей, буквально вставляют им в анальное отверстие
Мало того, что это дикость сама по себе с огромным риском травм для ребенка, так еще и эта процедура никак не помогает
Кристина в такие моменты отдается гневу и перекладывает всю вину на родителей
Я, как правило, затираю телегу про отсутствие подходящей просветительской кампании, а также пытаюсь привлечь внимание к куда большей ответственности тех тысяч продавцов, которые как раз и оказывают эту услугу
Вчера уже после полуночи, в самом задавленном и накуренном креативным классом месте Москвы наблюдал сцену, от которой дурно до сих пор: молодые родители стоят на улице с совсем еще крохой, не в силах преодолеть фейс контроль. Вокруг ревут машины. Внутри грохочет музыка. Мимо ходит, разбивая бутылки об асфальт, упитая в хлам творческая интеллигенция. К родителям подходят и отходят все новые компании. Ребенок перемещается с шеи отца на руки матери и обратно к отцу. Девочка улыбается. Потом пытается плакать. Потом замирает и просто хлопает глазами по сторонам. У нее в этот момент точно нет выбора. Ни фальсифицированного, ни узурпированного. Никакого. Она сейчас — как и последние два часа, что у входа стоит коляска, — абсолютно беспомощна. И ей очевидно здесь не место
Каждый раз, когда я сталкиваюсь с чужой беспомощностью, как тогда, когда смотрел за собакой, охраняющей подступы к лежащему без признаков жизни хозяину — я тоже замираю. Чувствую себя этой маленькой девочкой в душном, токсичном, не пригодном для жизни месте
Но я — не она. У меня есть выбор и воля. Просто каждый раз так трудно взять их в свои руки
Еще из новостей культуры.
На днях музыкант Гриша Ургант выпустил пластинку «Гостелерадио», где можно найти 12 композиций, написанных специально для фильмов, которые вышли в 70-80-е годы прошлого века, но на самом деле никогда не существовали.
Таким образом Ургант Г. отдает дань уважения ключевым советским кинокомпозиторам за указанный период.
Мне же в связи с этим пришел в голову проект другого музыканта, Олега Нестерова. «Из жизни планет».
Тогда Олег провел определенное время в архивах, а также разговорах с родственниками и наследниками. Добыл четыре настоящих, а не мистифицированных не экранизированных сценария классиков оттепельного кино. Сопроводил каждый из них своего рода культурологическим комментарием. Выпустил сайт. И написал к этим неснятым фильмам музыку.
В результате вышла не только одноименная пластинка, но и целый импровизированный спектакль, где конферанс перед каждой композицией выступает как самостоятельное произведение.
Очень люблю образ мыслей Олега Нестерова, его чувство грустного, но этот проект — особенно.
Вспоминаю поход на один из таких спектаклей как сон.
Линчу бы понравилось.
За восемь лет, что я живу в своем доме, многое изменилось.
Например, выросли дети. Превратились в шумных подростков, которые под вечер 1 сентября вчера оккупировали лавочки, как в каком-нибудь американском фильме.
В магазине вчера слышал как девочка с вывернутым в другую сторону правым ухом (как у моего дяди из Харькова — кандидата в мастера спорта по борьбе) говорит отцу, кивая на Кекса: «Какой толстый пес!» И потом: «Мама! Где мама? Папа, отведи меня к маме!»
Я представил как ее доставала из матери акушерка и вот так вывернула ухо. Я никогда не был в этом родбоксе — но увидел это так же ясно, как свое отражение в зеркале в коридоре, где я укачиваю Степу на сон.
Вспомнил как недавно на утреней прогулке мы встретили совсем крохотного малыша на руках у мамы. И его маленькие ножки, замурованные в гипс.
Еще одна родовая травма.
Сосед по этажу с собакой поздравляет вчера с праздником. В шутку спрашивает, в какой класс пошел Кекс. Для него ребенок — это пес.
Другие соседки из квартиры чуть ближе ко мне тоже кокетничают со своим мопсом. Это сразу и мама, и бабушка одного из самых активных участников домового чата в телеграме. Сколько бы он ни ходил в качалку и не рассекал на мотоцикле, для этих миловидных женщин он тоже — вечный ребенок.
У меня нет ни качалки, ни мотоцикла (зато у него — ни жены, ни ребенка), но ситуация, в целом, похожая.
Третья семья соседей — у них тоже была собака, а также сразу трое детей — съехали. Вместо них в квартиру заселилась новая семейная пара, тоже с маленьким ребенком и — такой же, как у их предшественников — маленькой собакой.
Дом, квартиру в котором мы покупали еще на котловане, перестал быть новым. И дело не только в проблемах с отоплением или постоянно отрывающейся ручкой входной двери.
Стройка закончилась. Новые и старые корпуса отрезали дорогой. На дороге поставили автобусные остановки. Автобусы на них пока не приходят, но на стенах уже висят призывы к службе по контракту.
Район все еще развивается и разрастается. Вчера запустили новый детский сад — аккурат к 1 сентября. А мой телефон атакует менеджерка по продажам очередного жк, который здесь появится вскоре.
И все же дом и окрестности уже оставляют ощущение сформированного пространства. Оформленного, как замысел автора.
Теперь здесь везде живут такие же люди, как везде. И те люди, которые приехали им на смену. У них рождаются и растут дети.
А среди них — и мой ребенок.
Вот уже 11 месяцев и один день я пытаюсь это осознать.