mus_col | Unsorted

Telegram-канал mus_col - Музей Собрание I Museum Collection

2903

mus-col.com VK.com/sobraniemuseum

Subscribe to a channel

Музей Собрание I Museum Collection

Экспонаты выставки «Механическое сердце». Маркиза Помпадур

Перед нами миниатюрная придворная сцена: изящный музыкальный автоматон высотой всего 30 сантиметров изображает маркизу де Помпадур (1721-1764) – знаменитую фаворитку Людовика XV, покровительницу художников и одну из самых влиятельных женщин французского XVIII века.

Слегка склонив голову и отведя взгляд в сторону, маркиза прижимает к груди закрытый веер и под звуки музыки совершает церемонный поклон. В этом движении угадываются изысканные манеры королевского двора, где даже приветствие было частью сложного этикета. Её наряд напоминает о роскошной моде эпохи рококо. Пышная юбка, кружева и декоративная отделка служат отсылкой к знаменитому robe à la française - платью с облегающим лифом и широкой юбкой на каркасе – панье. Такие наряды требовали нескольких метров дорогих тканей, а широкие юбки порой затрудняли даже проход через дверные проёмы. Особенно любопытна связь фарфорового бюста автоматона с историей самой маркизы. Помпадур была страстной поклонницей фарфора и активно поддерживала мануфактуру в Севре (Франция). В 1757 году там даже был создан нежный розовый оттенок глазури, названный в её честь rose Pompadour. Еще одна интересная историческая деталь: когда отношения маркизы с Людовиком XV из любовных превратились в дружеские, она нашла необычный способ подчеркнуть своё новое положение при дворе. В 1755 году по её заказу скульптор Этьен Морис Фальконе создал фарфоровую аллегорию Дружбы, изображавшую саму маркизу Помпадур с сердцем в руке. В музыкальном автоматоне «Маркиза Помпадур» из коллекции Музея «Собрание» фарфор, текстиль и механическое искусство соединяются в небольшом представлении. Под звуки музыки маркиза оживает и исполняет церемонный поклон, словно приветствуя гостей королевского салона.

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Памяти талантливого журналиста и телеведущего Бориса Ноткина

11 ноября – день памяти Бориса Исаевича Ноткина, выдающегося советского и российского журналиста, блестящего интеллектуала и человека редкого обаяния. Борис Ноткин обладал высочайшей эрудицией, душевной щедростью, тонким чувством юмора, безупречным вкусом и феноменальным языковым чутьем. Он умел превратить любое интервью в доверительную, умную и увлекательную беседу, лишенную панибратства, но полную тепла.

Для музея «Собрание» эта дата наполнена особым, глубоко личным смыслом. Бориса Исаевича связывали многолетние узы теплой дружбы с основателем музея. Их общение всегда было наполнено взаимным доверием, созидательной энергией и удивительной глубиной взглядов на искусство и историю.

На протяжении десятилетий Борис Ноткин оставался для всех, кто был с ним знаком, образцом подлинной интеллигентности, такта, внутреннего благородства и искреннего интереса к людям. Его уход стал невосполнимой утратой для отечественной культуры.

Мы помним Бориса Исаевича как светлого, мудрого, сильного человека и верного друга нашего музея. Его уход оставил незаживающий след в сердцах всех, кто знал его лично.

Светлая память.

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Экспонаты выставки «Механическое сердце». Цирк в миниатюре

Представьте: звучит музыка, артисты готовятся к выступлению, а под раскидистыми деревьями разворачивается настоящее цирковое представление…

Перед нами удивительный музыкальный автоматон с часами «Инструментальная труппа» – миниатюрный механический театр, оживляющий волшебный мир старинных бродячих цирков.

Возможно, его герои – странствующие акробаты и канатоходцы, некогда поражавшие публику своими головокружительными трюками на ярмарках и городских площадях.

Но одна особенно любопытная деталь скрывается среди ветвей деревьев. Присмотритесь к флагам! Здесь можно узнать символы сразу нескольких стран. Не намёк ли это на интернациональный состав цирковой труппы?

Подобные механические картины известны среди произведений, созданных Фалибуа, однако этот экземпляр, несомненно, можно назвать одним из самых впечатляющих в своём роде.

Искусство, музыка, механика и немного циркового волшебства — все это соединилось в одном удивительном экспонате!

https://mus-col.com/events/51792/

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Аудиорассказ «Корица и пудра: супы эпохи Просвещения»

Коллекция декоративно-прикладного искусства музея «Собрание» хранит множество редких, изящных и необычных предметов посуды, в числе которых музыкальные стаканы, фигурные графины и заказные сервизы.

С историей одного из экспонатов, супницы времен Екатерины Второй, вы познакомитесь в новом выпуске нашей постоянной рубрики «Аудиорассказы».

XVIII век – эпоха господства французской кухни в Европе. Знаменитейшие итальянские повара – Винченцо Коррадо, Франческо Леонарди – приспосабливают кулинарные традиции своего северного соседа к итальянским реалиям. Российская империя также приобщается к европейской кулинарии с помощью приглашенных поваров и посредством переводных трактатов. Значительное место в трапезе «Галантного века» занимает суп. Однако понимание супа в XVIII веке совершенно отлично от нашего. Уверены, что многие из приведенных рецептов вас изумят, удивят и введут в недоумение. Из нашего нового аудиорассказа вы узнаете, чем отличается классический суп французской традиции от современных нам супов и, почему винный суп для дворянина Петровского времени не представляет противоречия; вспомним мы и как благодаря английскому физику Бенджамину Томпсону кардинально меняется восприятие супа: от легкой закуски до полноценного, полезного и сытного блюда.

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Памяти Галины Вишневской: К 100-летию со дня рождения

Есть имена, которые вызывают не просто уважение, а особенное, теплое чувство причастности к большой истории. 100 лет со дня рождения Галины Павловны Вишневской — именно такая дата.
Это день памяти о человеке удивительной судьбы, в которой переплелись большая музыка, личные испытания и невероятная внутренняя сила.

Галина Вишневская вошла в историю как выдающаяся певица, обладавшая уникальным сопрано и ярким драматическим талантом. Она покоряла крупнейшие оперные сцены мира не только безупречным вокальным мастерством, но и редким артистизмом, сильным характером и искренностью.

В этот день мы вспоминаем артистку, чей жизненный и творческий путь доказал: преданность своей профессии и подлинное искусство способны преодолеть любые исторические испытания.

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Обновления на сайте музея «Собрание» в разделе Авторы/Производители»

Мы продолжаем регулярно пополнять разделы сайта музея «Собрание».
Сегодня в фокусе нашего внимания одно из ключевых обновлений в разделе «Авторы/Производители» – подробный очерк об Анри Майярде (Henri Maillardet), выдающемся швейцарском часовом мастере, создателе уникальных механических аксессуаров, музыкальных инструментов и автоматонов.

Вопреки тончайшему мастерству исполнения и изысканному декору творений Майярде, в специализированных исследованиях он упоминается заметно реже, чем его прославленные современники – Джеймс Кокс, Анри-Луи Жаке-Дро и Жан-Фредерик Лешо. Тем не менее, хотя до наших дней дошли лишь единичные экземпляры его работ, конструктивные принципы автоматонов Майярде во многом определили развитие механики XIX-XX веков. Так, знаменитая серия музыкальных автоматов «Пишущий Пьеро» (включая экспонат 1880-х годов работы фирмы Густава Виши из нашей коллекции) была очевидно вдохновлена его легендарным «Современным писателем».

Изделия Анри Майярде по сей день поражают воображение невероятной пластикой движений, что выгодно отличает его наследие от работ многих коллег и конкурентов, превращая каждого сохранившегося механического зверя или пишущую куклу в подлинный шедевр инженерного искусства.

Наш новый биографический материал позволит вам ближе познакомиться с историей выдающегося мастера. Вы узнаете, как его изобретения вдохновили кинематограф XXI века и как устроен сложнейший пружинный механизм старинных автоматонов.

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Слово месяца: «Экритуар»

Французское слово écritoire известно с XII века. Первоначально оно означало монастырское помещение, где переписывали книги, а его корень восходит к латинскому scriptorium – «место для письма». Однако уже к XIII веку смысл слова изменился: экритуаром стали называть не пространство, а набор предметов, необходимых для работы писца. Чернильница, перо, песок, сургуч и свеча – всё это теперь объединялось одним понятием. Любопытно, что в русском языке история слова сложилась иначе: у нас «экритуаром» со временем начали именовать сам письменный стол, фактически вернув слову исходное значение места для письма. Во французском же языке écritoire до сих пор означает письменный прибор.

Чтобы понять, как этот утилитарный набор превратился в предмет декоративно-прикладного искусства, достаточно представить сам процесс письма до появления современных ручек. Свежие чернила сохли долго, поэтому написанную строку приходилось посыпать мелким кварцевым песком, который впитывал влагу. Рядом с чернильницей всегда находились и другие инструменты, каждый из которых отвечал за свой этап работы. Постепенно эти разрозненные принадлежности начали проектировать как единый, стилистически цельный ансамбль.

Особенно заметным переход от функции к чистому искусству стал в XVIII–XIX веках. В этот период переписка превращается в важнейшую часть повседневной культуры, а письменные приборы занимают центральное место в интерьере. Меняется и отношение к самой вещи: функциональность больше не исключает роскоши. Экритуары теперь изготавливают из дорогих материалов, усложняют их форму, добавляют потайные отделения, секреты и механизмы. Настольный прибор становится не просто инструментом, а статусным объектом, выражающим вкус и образ жизни владельца.

Кроме того, в эпоху Просвещения и промышленного переворота мастера всё активнее обращаются к окружающей действительности. Искусство интерьера отныне отражает не только мифологические сюжеты или растительные орнаменты, но и дух времени. Письменные приборы становятся носителями актуальной культуры: в их декоре находят отражение исторические события, научные открытия и появление новых видов транспорта – всё то, что меняло представление человека о мире.

Так постепенно стиралась граница между бытовым предметом и произведением искусства. Сложные формы, драгоценные материалы, неожиданные сочетания техник и скрытые механизмы превратили небольшую утилитарную вещь в самостоятельный художественный объект. История экритуара – это история о том, как на обычном письменном столе уместилась целая эпоха со всеми её представлениями о красоте, прогрессе и гармонии.

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Лео Айде: маэстро художественного свиста и звезда эстрады

Старинная стокгольмская афиша выступления Лео Айде (Leo Eide, 1927-1998) открывает окно в удивительный мир послевоенного европейского варьете. Этот плакат – не просто документ эпохи, а визуальный памятник артисту, который сочетал в себе, казалось бы, несочетаемое: балаганную эксцентрику и тонкое академическое мастерство.

Урожденный норвежец Нильс Леонард Эйдсхем переехал в Швецию сразу после Второй мировой войны, в 1946 году, и быстро стал одной из самых ярких звезд скандинавской сцены. Айде обладал невероятной энергетикой и феноменальной выносливостью: на заре карьеры он даже установил мировой рекорд, непрерывно исполняя эстрадные шлягеры и тирольский йодль на протяжении более 18 часов.

Однако главным делом его жизни, возведшим артиста в ранг уникальных феноменов, стал художественный свист. Лео Айде стер грань между уличной забавой и высокой культурой. Его техника была настолько филигранной, что по чистоте звука и точности трелей свист Айде часто сравнивали с флейтой-пикколо. Признанием его мастерства в академической среде стал сольный альбом 'Whistling Virtuoso' («Виртуоз свиста»), выпущенный авторитетным шведским лейблом BIS Records. На этой пластинке артист под аккомпанемент фортепиано виртуозно исполняет сложнейшую классику – произведения Моцарта, Бетховена, Паганини и Грига.

На сцене Айде оставался неугомонным шоуменом: он не просто свистел, а разыгрывал целые миниатюры с элементами танца и пантомимы. Позже этот эксцентричный дар привел его на цирковую арену. Айде завоевал огромную популярность как коверный клоун на высоких ходулях (clown på styltor), покорив и детскую, и взрослую аудиторию.

Артист ушел из жизни в 1998 году в пригороде Стокгольма, оставив после себя полувековую историю искренней радости. И когда мы смотрим на афишу его концерта, мы видим образ человека, который мог покорить любую аудиторию, имея в арсенале лишь пару ходулей, смелость и свист, звучавший как поэзия.

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Тематический альбом «Поющие птицы фирмы «Johann S. Kurz»

Автоматоны и музыкальные шкатулки конца XIX – середины XX века

В конце XIX – первой половине XX века немецкий город Ханау славился не только ювелирным искусством, но и созданием удивительных механических чудес. Одним из признанных лидеров в этом деле была фирма «J. Kurz & Co.», чьи мастера виртуозно сочетали сложнейшую механику с изящным декоративно-прикладным искусством.

Главный секрет этих предметов скрыт внутри. Стоит завести механизм или нажать на незаметный рычажок, как миниатюрная птичка с ярким оперением буквально оживает: она трепещет крыльями, поворачивает голову, открывает клюв и заливается удивительно чистым, подражающим живой природе пением.

Мастера «J. Kurz & Co.» прятали эти хрупкие музыкальные механизмы в самые неожиданные оправы. В нашем тематическом альбоме вы увидите как классические прямоугольные шкатулки, так и редкие анималистические автоматоны. Певчие птицы скрываются под панцирями диковинных механических черепах, прячутся в корпусе изящного настольного рояля и украшают фигуры экзотических слонов и страусов.

Приглашаем вас в путешествие по миру старинной механики, где технический гений прошлого превратился в чистое искусство.

https://mus-col.com/gallery/list.php?section=11396

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Мировой триумф «Вальса № 2» Дмитрия Шостаковича

В день рождения Дмитрия Дмитриевича Шостаковича – 25 сентября 1906, миллионы слушателей по всему миру вновь обращаются к его масштабному творческому наследию. В год 120-летнего юбилея великого мастера можно с уверенностью утверждать, что его сочинения продолжают жить вне времени.

Но если грандиозная Ленинградская симфония или трагическая Пятая требуют от публики глубокого сосредоточения, то Вальс № 2 прошёл совершенно иной, удивительный путь. Он стал самой узнаваемой и часто исполняемой мелодией композитора, превратившись в культурный феномен.

Судьба этого шедевра – подлинная мозаика курьёзов и архивных тайн.
Долгое время в концертных программках этот опус ошибочно именовали «Джаз-сюитой № 2» (Jazz Suite No. 2). Считалось, что Шостакович написал его в 1938 году для нового Госджаз-оркестра СССР – амбициозного проекта, призванного «окультурить» джаз для массовой аудитории. Однако в годы Великой Отечественной войны оригинальная партитура исчезла. Лишь на исходе века музыковеды обнаружили утерянные рукописи 1938 года и к своему изумлению не нашли там знаменитого вальса. Выяснилось, что знакомая нам музыка родилась гораздо позже: Шостакович включил её в «Сюиту для эстрадного оркестра», где объединил свои лучшие работы.

Началом новой жизни для вальса стал кинематограф. В 1955 году композитор использовал эту тему в киноповести Михаила Калатозова «Первый эшелон». История об освоении целинных земель требовала светлого, понятного звукового ряда, но Шостакович не ограничился простым сопровождением. Он полностью переосмыслил инструментовку, отдав главную тему альт-саксофону, поддержанному глубоким, мерным, почти карусельным аккомпанементом тубы и тромбонов. Именно этот специфический тембр – инструмента с джазовой природой, поющего со славянской, протяжной и щемящей тоской, – создал гипнотический эффект.

На большую западную сцену «Сюиту для эстрадного оркестра» в 1988 году впервые вывел близкий друг и ученик композитора, выдающийся виолончелист и дирижёр Мстислав Ростропович. Он исполнил её в лондонском Barbican Hall, открыв произведению дорогу к всемирному признанию.

Абсолютным мировым хитом Вальс № 2 сделал американский режиссёр Стэнли Кубрик, выбрав его главным музыкальным лейтмотивом своего шедевра «С широко закрытыми глазами» (Eyes Wide Shut). Мелодия Шостаковича, звучащая с первых секунд фильма в исполнении Королевского оркестра Консертгебау (Нидерланды) под управлением Риккардо Шайи, перевернула восприятие этого произведения на Западе, где за ним прочно закрепилось название The Russian Waltz.

Кубрик безошибочно уловил скрытый психологизм и «двойное дно», всегда присущие музыке Шостаковича. В контексте психологического триллера внешне простая, кружащаяся эстрадная тема внезапно превратилась в зловещий, гипнотический символ фальши и опасных тайн. Оказалось, что эта мелодия способна идеально передавать не только романтику советской юности, но и экзистенциальную тревогу, абсурд и фатум. Позже это качество открыли для себя и другие крупные режиссёры – Ларс фон Триер в «Нимфоманке» и Зак Снайдер в блокбастере «Бэтмен против Супермена».

Секрет Вальса № 2 кроется в его поразительной многогранности. Выдающийся мастер масштабных симфонических полотен, всю жизнь сталкивавшийся с жёсткими идеологическими рамками, сумел превратить прикладную эстрадную зарисовку в подлинный шедевр. Шостаковичу удалось найти безупречный баланс: его мелодия кажется предельно простой и доступной, но таит в себе глубокие, порой полярные смыслы. Спустя десятилетия это магнетическое кружение не останавливается, связывая строгую академическую традицию с динамичной современной культурой.

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Интересные факты о Джоаккино Россини

В этом году бессмертному шедевру Джоаккино Россини «Севильский цирюльник» исполняется 210 лет. К этой дате музей «Собрание» подготовил новую статью о великом итальянском композиторе.

С биографией Россини можно познакомиться в нашей предыдущей статье, а на этот раз мы предлагаем взглянуть на другую сторону личности маэстро: его характер, привычки, пристрастия и удивительные истории, которыми еще при жизни было окружено его имя.

Россини славился жизнерадостным нравом, остроумием и обаянием, любил хороший сон и изысканную кухню, а музыку порой сочинял с поразительной быстротой. Как появилась знаменитая «рисовая ария», почему имя Россини вошло в историю гастрономии и, что связывало композитора с Вагнером и Пушкиным – об этом и многом другом можно узнать в новой статье на сайте музея «Собрание».

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Новая рубрика «В исполнении автора»

Музей «Собрание» представляет новую рубрику «В исполнении автора», в рамках которой мы будем на регулярной основе публиковать наиболее редкие и необычные шедевры, представленные в музыкальной библиотеке музея.

Фонотека музея «Собрания» является одной из крупнейших в мире и не имеет аналогов с точки зрения богатства и разнообразия экспонатов. Например, помимо знакомых всем фонографических валиков и граммофонных пластинок, она объединяет широкий спектр перфорированных лент для механических пианино и резиденционных органов конца XIX – начала XX века. Как правило, они создавались при помощи особых устройств, «автоперфораторов», которые присоединялись к клавишам и во время выступления пианиста или органиста самостоятельно намечали перфорации на чистой бумаге. Таким образом, эта технология является первым способом авторской звукозаписи, передающей индивидуальные нюансы туше. Каждый ролл, изготовленный этим методом, представляет собой своеобразный кристалл прошлого, в котором заключено нечто принципиально хрупкое и эфемерное – стенограмма движений рук музыканта с его неповторимым стилем, темпераментом и талантом.

Библиотека звука включает более ста лент, записанных великими композиторами рубежа XIX – XX века: К. Дебюсси, К. Сен-Сансом, М. Равелем, Дж. Гершвином, А. Рубинштейном, В. Горовицем, И.Ф. Стравинским, С.В. Рахманиновым, С.С. Прокофьевым и многими другими. В ту далекую эпоху подобные носители звука, как и связанные с ними механические пианино и резиденционные органы, пользовались беспрецедентной популярностью. Тем не менее, вскоре после изобретения граммофонов и новейших технологий звукозаписи они канули в Лету и сегодня невероятно редки. Музей «Собрание» объединяет крупнейшую в мире коллекцию перфорированных лент и механических инструментов, способных их воспроизвести. Благодаря многолетней работе реставрационного центра, научных сотрудников и звукорежиссера музея эти уникальные свидетельства музыкальной истории вновь обрели звучание. Восстановив их, наши специалисты, в определенном смысле, вернули к жизни и великих музыкантов прошлого: их исполнение, в котором скрывается сама их душа, сохранено в лентах и долетает до нас спустя столетие, как свет далеких звезд, давно погасших в далекой галактике, только сейчас долетает до земли.

В рамках рубрики мы будем раз в месяц знакомить вас с наиболее яркими и интересными из этих уникальных лент. А открывает рубрику музыка Камиля Сен-Санса в исполнении автора. Услышать уникальную запись и увидеть в действии механическое пианино «Welte – Mignon» и «Steinway – Duo-Art, воспроизводящие сохраненное на ленте исполнение, можно на сайте музея «Собрание». Подробнее о жизни и творчестве Сен-Санса читайте в разделе «Авторы».

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Кино до поезда Люмьеров: аудиорассказ о легендарных мутоскопах

В коллекции музея «Собрание» особое место занимают аппараты, с которых начиналась история кинематографа. Новый выпуск нашего аудиорассказа посвящён мутоскопам – удивительным приборам, внутри которых оживали «кинотетради» с фотографиями. Став связующим звеном между кинетоскопом и витаскопом, это изобретение перевернуло индустрию развлечений.

Из нового выпуска вы узнаете: почему мутоскопы оставались популярными уличными аттракционами вплоть до 1971 года, как они приблизили появление первого кинопроектора и какую роль в этой истории сыграл Томас Эдисон. Включайте и погружайтесь в эпоху доэкранного кино!

Автор текста: Санитович Ульяна, искусствовед музея «Собрание».

https://mus-col.com/events/46750/

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Экспонат в деталях

Сегодня в нашей традиционной рубрике «Экспонат в деталях» – рассказ о вазе в форме кратера со съёмной крышкой, преподнесённой капитану шлюпа Rhodian эсквайру Джону Джорджу Боссу.

В истории ювелирного искусства есть памятники, в которых безупречное художественное исполнение соединяется с духом настоящих морских приключений. Один из них – наградная серебряная ваза-кратер со съёмной крышкой, созданная в Лондоне в 1812–1813 годах и представленная в коллекции музея «Собрание». Этот шедевр повествует об отваге, утерянном корабле, исторических событиях и величайшем мастере эпохи Регентства.

Летом 1812 года шла Англо-американская война, а в Европе гремели Наполеоновские войны. Капитан британского шлюпа Rhodian Джон Джордж Босс получил приказ провести торговый конвой от берегов Кубы. 28 июня наперерез торговцам вышли два французских каперских судна, рассчитывавших на лёгкую наживу. Капитан Босс принял бой: в ходе ожесточённой артиллерийской дуэли британский шлюп уничтожил оба корабля противника и спас ценный груз.

Меньше чем через год, в феврале 1813 года, шлюп Rhodian налетел на рифы недалеко от Ямайки и затонул. Капитан Босс вновь проявил хладнокровие: он спас экипаж и государственную казну с серебром. Благодарные судовладельцы и торговцы решили увековечить его подвиг и заказали наградной кубок у одного из самых знаменитых ювелиров империи – Пола Сторра (Paul Storr, 1770–1844).

Ваза выполнена в форме килик-кратера – древнегреческого сосуда, сочетающего глубокую чашу для смешивания вина и низко расположенные горизонтальные ручки килика. Лучший серебряных дел мастер эпохи Регентства и поставщик королевского двора Пол Сторр не просто скопировал античную форму, а виртуозно адаптировал её к пластичности драгоценного металла. Лаконичные ручки он превратил в роскошное скульптурное украшение: переплетённые виноградные лозы вырастают из нижней части чаши, окружаются рельефными листьями и гроздьями и плавно соединяются с гладким бортом вазы.

Античный килик-кратер был утилитарным сосудом средней высоты. Сторр же создавал торжественный кубок-монумент. Он сделал чашу более глубокой и массивной, чтобы разместить длинную наградную надпись, и установил её на мощную ступенчатую ножку. При этом мастер безупречно распределил визуальные акценты, не позволив серебряной форме выглядеть тяжеловесной.

Нижняя треть чаши украшена пышным чеканным рельефом из листьев аканта – классического античного символа триумфа. Центральный пояс оставлен гладким и отполирован до зеркального блеска. Благодаря этому каллиграфическая гравировка о подвиге капитана Босса сразу приковывает внимание.

Древние греки не закрывали кратеры крышками, однако Сторр дополнил сосуд массивной съёмной крышкой с ребристым узором и изящным литым навершием. Внутреннюю поверхность чаши мастер покрыл позолотой, тёплое мерцание которой контрастирует с холодным блеском серебра. На дне вазы и крышке выбито клеймо «P.S.», принадлежащее Полу Сторру – в те годы главному мастеру фирмы Rundell, Bridge & Rundell. Скульптурные элементы кубка отливались отдельно, а затем вручную доводились чеканом. Ваза сохранилась в оригинальном деревянном футляре, обитом изнутри тканью, что помогло защитить серебро от царапин и потёртостей.

Дальнейшая судьба Джона Джорджа Босса (1781–1837) сложилась не менее увлекательно. Спустя годы после получения памятной вазы отважный мореплаватель оставил активную службу в звании капитана и сменил палубу корабля на кресло в Палате общин Великобритании.

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Сегодня исполнилось бы 84 года со дня рождения Бориса Ноткина

Сегодня день рождения Бориса Ноткина ­– человека, чья улыбка и мягкий, узнаваемый голос долгие годы согревали миллионы телезрителей.
Борис Исаевич был личностью уникального масштаба и эталоном настоящей, глубокой тележурналистики. Мастер интервью и академик Российского телевидения, он сочетал в себе редчайшие качества: блестящий ум лингвиста, колоссальные знания и исключительную деликатность. Его программы становились для миллионов телезрителей учебником хорошего тона и честного диалога, а мягкий, узнаваемый голос и безграничное обаяние долгие годы согревали наши сердца.

Для близких людей и верных друзей он всегда оставался надежным ориентиром и самым чутким советчиком, чье веское слово помогало в любой ситуации. Борис Исаевич принадлежал к журналистам старой формации, для которых порядочность и доброжелательность в общении были естественным состоянием души.

Он прожил потрясающую, яркую и насыщенную жизнь, оставив после себя чистый, добрый след. Мы бесконечно скучаем по этому удивительному человеку, помним его светлую улыбку, точные советы и ту невероятную теплоту, которую он так щедро дарил окружающим.
Светлая память Мастеру.

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Шуршание винила: осенняя коллекция романсов и песен

Осень – время, когда музыка звучит по-особому тепло, а мягкий треск старой пластинки вторит шороху опадающих листьев. Мы подготовили для вас ретро-подборку, в которой оживают настроения прошлых лет.

Когда за окном хмурится ноябрь, самое время послушать старые пластинки. В нашей новой подборке – шесть атмосферных записей первой половины XX века.

В этой коллекции собраны редкие звуковые дорожки, охватывающие полвека нашей музыкальной истории. Вы услышите, как менялись интонации осени: от пронзительного дореволюционного вальса «Осенний сон» в исполнении Нины Дулькевич до проникновенных советских записей Изабеллы Юрьевой и Вадима Козина. Каждая пластинка в этом списке – не просто мелодия, а запечатленное в звуке настроение, согретое неповторимым, живым шуршанием винила.

Приглашаем вас этим осенним вечером согреться под звуки романсов, старинных вальсов и песен в исполнении легендарных мастеров прошлого. Налейте чашку горячего чая и позвольте музыке перенести вас в ушедшую, но такую живую эпоху.

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Лекция «Человек-машина»: между механикой и медициной

Эпоха Просвещения стала золотым веком автоматонов — зоо- и антропоморфных фигур, которые, благодаря заводным механизмам, имитировали движения , животных, птиц или людей, тем самым производя поразительную иллюзию жизни. Эти изделия не только украшали предметы повседневного обихода, но и претендовали на воспроизведение самых сложных функций организма. Часовые мастера разрабатывали механические протезы и речевые аппараты, участвовали в создании анатомических препаратов, а их андроиды умели писать письма, рисовать портреты и играть на музыкальных инструментах.

В эпоху, когда подобные изобретения поражали воображение европейской публики, французский врач Жюльен Офре де Ламетри опубликовал знаменитый трактат «Человек-машина». В нем он предложил рассматривать организм как сложный механизм, деятельность которого подчиняется законам природы. Эта идея оказалось удивительно долговечной. На протяжении последующих столетий она продолжала влиять на развитие анатомии, физиологии и хирургии, находя новые воплощения в медицинских инструментах, протезировании и технологиях замещения функций человеческого организма. Вместе с тем развитие медицинского знания вновь и вновь заставляло пересматривать границы этой аналогии.

Как механистические представления эпохи Просвещения повлияли на развитие хирургии и какие драматические истории стоят за важнейшими открытиями в этой сфере? Как менялось понимание организма по мере развития анатомии, физиологии и хирургических технологий? Можно ли сравнить человеческое тело с машиной и где заканчиваются возможности этой аналогии?

На лекции старшего научного сотрудника Центра хирургии Б.В. Петровского, доктора медицинских наук Павла Сергеевича Глушкова мы обратимся к истории медицинских представлений о человеческом теле и поговорим о том, как идеи XVIII столетия продолжают звучать в современных дискуссиях о природе человека.

Лекция пройдет в рамках выставки «Механическое сердце».
Записаться на лекцию можно на сайте музея в разделе "Лекторий".

Обращаем Ваше внимание, что посещение лекции с детьми младше 6 лет не рекомендовано. На каждого посетителя следует оформлять отдельную заявку. Оформляя заявку, вы соглашаетесь с Правилами посещения ЧУК «Музей Собрание».

Лекция проводится в лектории музея на минус первом этаже. Продолжительность 60 минут.

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Оркестрион создавался как своеобразная замена целому музыкальному ансамблю. Благодаря сложной системе мехов, труб, ударных механизмов и автоматических устройств один инструмент мог воспроизводить звучание десятков музыкальных голосов.

Флейты, кларнеты, трубы, скрипки, барабаны и тарелки сливались в единое звучание, создавая впечатление игры настоящего оркестра. Для современников это было не просто техническое достижение, а настоящее волшебство, позволявшее наслаждаться музыкой без участия исполнителей.

Подобные инструменты украшали концертные павильоны, рестораны, гостиницы, пассажи, курорты и общественные сады Европы и Америки. Они сопровождали народные гулянья, благотворительные вечера, танцевальные праздники и семейные прогулки.

Музыка становилась доступной каждому, а механические органы превращались в неотъемлемую часть городской культуры рубежа XIX–XX веков.

Сегодня механические музыкальные инструменты воспринимаются не только как выдающиеся инженерные изобретения, но и как важная часть культурного наследия. Они рассказывают о времени, когда искусство, наука и техника объединились, чтобы сделать музыку ближе к людям.

Их сложные механизмы продолжают восхищать точностью исполнения, а знакомые мелодии позволяют мысленно перенестись в эпоху неспешных прогулок, тенистых аллей и летних вечеров, наполненных звуками старинного парка.

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Шедевры микромеханики: автоматоны Анри Майярде

В истории часового искусства и механики имя швейцарского мастера Анри Майярде (1745–1830) занимает особое место. Несмотря на то, что в специализированных исследованиях он упоминается реже своих прославленных современников, его произведения поражают тончайшей детализацией, изящным декором и изобретательностью механизмов.

Майярде создавал удивительные автоматоны, которые сочетали в себе безупречную инженерную мысль и ювелирное искусство. Среди его известных творений – уникальный для своего времени пишущий автоматон, а также целая серия механических зверей и насекомых: мыши, ящерицы, лягушки, змеи и гусеницы. Корпуса этих миниатюрных механизмов декорировали золотом, эмалью, жемчугом и драгоценными камнями.

В коллекции музея «Собрание» это анималистическое направление работы мастера представлено двумя редчайшими экспонатами: «Гусеницей шелкопряда»  и «Сибирской мышкой». Также с именем Майярде связаны представленные в экспозиции изящные часы-клетки с поющими птицами и механическими водопадами.

Приглашаем вас подробнее познакомиться с биографией выдающегося мастера, узнать, как его изобретения вдохновили кинематограф XXI века и как устроен сложнейший пружинный механизм старинных автоматонов.

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

«Механическое сердце»: когда механизмы оживают

Где проходит граница между живым существом и механизмом? И как далеко может зайти человек в стремлении оживить неживое?

Представим себе XVIII век. Механические птицы поют, взмахивая крыльями, искусственные музыканты играют на инструментах, а удивительные андроиды пишут письма, рисуют портреты и даже играют в шахматы. И всё это - задолго до появления электричества!
Эти механические чудеса восхищали публику, становились предметом философских споров и вдохновляли писателей и композиторов - от Гофмана и Одоевского до Оффенбаха.

На выставке «Механическое сердце» в Музее «Собрание» можно познакомиться с удивительным миром часов и автоматонов XVIII–XIX веков, открыть для себя историю их создания и узнать, почему люди на протяжении столетий мечтали оживить механизмы.

Выставка «Механическое сердце» открыта для посещения с 16 октября 2026 года. С 20 октября проводятся экскурсии, которые познакомят вас ближе с её удивительными экспонатами.

Подробности и запись на экскурсии — на сайте музея: https://mus-col.com/

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Простыми словами о сложных понятиях. Историзм

Долгое время в европейской культуре доминировал классицизм, ориентированный на античные образцы. Однако развитие науки, археологии и смена общественных настроений постепенно расширили этот взгляд. Мастера стали обращаться не только к античности, но и к готике, барокко, Ренессансу и восточным мотивам. Архитекторы, художники и ювелиры не просто копировали прошлое, а адаптировали его эстетику к новым условиям индустриальной эпохи.

Именно тогда появились новые типы зданий: железнодорожные вокзалы, банки, доходные дома, универмаги, крытые рынки, театры и городские ратуши. Постройки из металла и бетона требовали художественного оформления, и одним из главных источников вдохновения стало наследие прошлых эпох. Для театров и оперных залов часто выбирали пышное необарокко, для университетов и административных зданий — неоклассицизм или неоготику. В интерьерах особняков разные комнаты могли оформляться в разных стилях: кабинет — в готическом, гостиная — в рококо, курительная комната — с восточными мотивами.

Историзм нередко критиковали за смешение различных направлений и называли эклектикой. Тем не менее именно этот подход позволил соединить новые инженерные технологии с привычным художественным языком прошлых веков.

Предметы эпохи историзма можно узнать по сочетанию старинного облика и технологий XIX века. Промышленная революция привнесла идеально ровные стыки, штампованный декор и следы машинной обработки. Ради снижения стоимости дорогие материалы нередко заменяли более доступными: бронзу — шпиатром с позолотой, дерево — тонированным папье-маше, натуральный камень — искусственным мрамором и ранними пластмассами.

В коллекции декоративно-прикладного и ювелирного искусства музея «Собрание» представлены предметы, ярко отражающие особенности историзма второй половины XIX века.

В России историзм особенно выразительно проявился в «русском» и «неорусском» стилях. Мастера обращались к допетровским орнаментам, формам старинных ковшей, чарок и солонок, возрождали традиционные техники эмали и чеканки.

Яркий пример — солонка в «русском стиле», созданная фирмой А. Любавина в Санкт-Петербурге в 1894 году. Она также могла использоваться как ваза для десерта и украшена монограммой под короной и памятными датами «1869» и «1894».

Еще один выразительный образец — ковш с эмалевой миниатюрой «Витязь в дозоре», созданный по мотивам картины Виктора Васнецова «Богатыри» на московской фабрике фирмы К. Фаберже в 1908–1917 годах.

К этой же эпохе относятся ваза для крюшона с разливательной ложкой, созданная в Петербурге в 1880–1890-х годах, и кувшин московского производства фирмы К. Фаберже, датируемый 1899–1908 годами.

Особенности национальной орнаментики можно увидеть в цилиндрической стопке на трех шариках-ножках, украшенной выемчатой эмалью с геометрической плетенкой, трилистниками и пальметтами. Она была создана в Санкт-Петербурге в последней четверти XIX века при участии мастерской А. Ф. Петрова, фирмы «Грачев» и фабрики братьев Грачевых.

В 1882 году мастером И. Ф. Ольсониусом на фабрике «Братьев Грачевых» была изготовлена шкатулка в виде почтовой бандероли. Это яркий пример популярного в эпоху историзма приема trompe-l'œil — «обманки», когда в серебре с большой точностью имитировались простые бытовые материалы.

Еще один интересный экспонат — дорожный столовый прибор в футляре, состоящий из складных ножа, вилки и ложки. Он был изготовлен в Санкт-Петербурге в 1899–1904 годах фабрикой братьев Грачевых совместно с фирмой «Кадыков и Мехов» и показывает, как эстетика историзма проникала даже в утилитарные предметы повседневного быта.

Экспонаты эпохи историзма из коллекции музея «Собрание» показывают, как художественные традиции прошлого соединялись с технологиями и возможностями нового времени.

Вы можете познакомиться с коллекцией на сайте музея «Собрание».

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

История фирмы «Johann Sigmund Kurz & Co.»

На сайте музея вышел новый выпуск нашей регулярной рубрики «Аудиорассказы». На этот раз он посвящён истории фирмы «Johann Sigmund Kurz & Co.» — известной немецкой ювелирной компании, оставившей заметный след в истории европейского серебряного дела.

Мануфактура была основана в 1848 году в Ханау Иоганном Зигмундом Курцем. Период её становления пришёлся на эпоху эклектики и неостилей. Одним из главных направлений фирмы стало создание высокохудожественных реплик и стилизаций в духе барокко, рококо и классицизма.

Компания сочетала традиционные ручные техники — чеканку, литьё и глубокую гравировку — с возможностями промышленного производства XIX века. В ассортимент входили серебряные табакерки, шкатулки с рельефными портретами, кабинетная скульптура и изысканные предметы для интерьера.

Особая система производства в Ханау предоставляла мастерам значительную творческую свободу. Фирма нередко использовала так называемые псевдоклейма, стилизованные под знаки мастеров XVII–XVIII веков. В 1888 году компания зарегистрировала официальное торговое клеймо — литеры «J» и «K» с изображением лебедя между ними.

На рубеже XIX–XX веков «J. Kurz & Co.» достигла расцвета и международного признания. Продукция компании активно экспортировалась в Великобританию и США.

В XX веке фирма обратилась к сложным микромеханическим устройствам. Особую известность получили механические автоматоны и музыкальные шкатулки с поющими птицами. В 1911 году под руководством Карла Курца произошло слияние «J. Kurz & Co.» с фабрикой «Gebrüder Dingeldein».

Во время Второй мировой войны предприятие понесло тяжёлые потери: 19 марта 1945 года в результате авианалёта производственные помещения и архивы компании в Ханау были практически полностью уничтожены. После войны производство постепенно восстановили, а фирма перешла к изготовлению изделий из стерлингового серебра 925-й пробы.

«J. Kurz & Co.» прекратила деятельность в 1961 году. Сегодня изделия фирмы высоко ценятся коллекционерами, появляются на крупных мировых аукционах и входят в музейные и частные собрания.

Послушать новый аудиорассказ можно на сайте музея в разделе «Аудиорассказы». А в наших социальных сетях ищите выпуски в формате подкастов.

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Экспонат в деталях: сюжеты Яна ван Калла в мейсенском фарфоре

В XVIII веке табакерка была не просто аксессуаром, а предметом придворного обихода: её доставали продуманным, почти театральным жестом. Жест раскрывал не только крышку, но и статус хозяина, его вкусы и порой даже настроение.

Перед нами табакерка, которая вышла из мастерских Мейсена около 1745–1750 годов. На ладони умещается целый живописный мир - сады, рейнские замки, оживлённые гавани. Автор росписи табакерки неизвестен, однако источник его вдохновения вполне определённо связан с голландским художником Яном ван Калле, умершим почти за полвека до появления этого предмета.

Ян ван Калле (Неймеген, около 1655 - Гаага, 1703) - художник, который выучился сам, копируя Брейгеля и Бриля. Позже он отправился изучать архитектуру и перспективу - сначала в Швейцарию, потом в Рим. Возвращаясь в родную страну, он побывал также в Германии и в итоге обосновался в Гааге, где стал одним из выдающихся рисовальщиков-топографов своего времени. Особенно публика ценила его виды Рейна и садов Оранских дворцов, поэтому эти рисунки продавались дороже, чем его живопись. Издатель Петрус Схенк решил объединить их в сборник гравюр, вышедший около 1700 года под названием «Admirandorum quadruplex Spectaculum». Издание включало семьдесят одну гравюру, объединённую в четыре серии: «Рейн», «Дворцы Оранских», «Гаага» и «Амстердам».

Вероятнее всего, именно в этом собрании гравюр анонимный мейсенский художник черпал мотивы для оформления табакерки, которая перед нами. Изображение бассейна со статуей и стриженными зелёными насаждениями на внутренней стороне крышки напоминает сады Оранских. Виды замков и каменных мостов на стенках табакерки перекликаются с рейнской серией, тогда как портовые сцены на крышке продолжают ту же тему дальних путешествий.

Кстати, само появление таких «гаваней» на фарфоре - заслуга не ван Калла, а мейсенского художника Иоганна Грегориуса Хёрольдта. Именно он в 1720-е годы придумал жанр Kauffahrtei - «купеческой гавани»: сцены с кораблями, тюками товаров и людьми в восточных одеждах в порту. Хёрольдт также развил особый стиль шинуазри, европейскую интерпретацию китайских мотивов, и создал около полутора десятков новых красок для росписи по фарфору. Без его новаторских идей наша табакерка, вероятно, выглядела бы совсем иначе.

Именно в таком художественном контексте и появился предмет, который перед нами. Мейсенская мануфактура была основана в 1710 году курфюрстом Августом Сильным как первая фарфоровая мануфактура Европы. К середине XVIII века табакерки стали одним из наиболее востребованных изделий: прейскурант 1765 года перечисляет одиннадцать их разновидностей - от простых цветочных до дорогих табакерок с сюжетной росписью. Такие вещицы дарили послам и придворным вместо денег: подарок был не просто знаком внимания, но и демонстрацией статуса и вкуса.

Золотая оправа сохранилась до наших дней - редкая удача для табакерки XVIII века. Оправу обвивает жгут из желобков, на котором время стёрло почти все клейма пробирного мастера. Каждая грань рассказывает новую сцену: дамы в платьях с фижмами, всадники, моряки. Написаны они в манере Kauffahrtei, с той лёгкой дымкой, что придаёт небу и воде легкое движение, несмотря на миниатюрный масштаб фигур.

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Обновление в разделе «Авторы/Производители»: Wurlitzer

История легендарной компании Wurlitzer началась в 1659 году в Саксонии, где Николаус Вурлитцер вручную создавал лютни, заложив основу великой музыкальной династии. В 1853 году его потомок, немецкий иммигрант Рудольф Вурлитцер, основал компанию в США. Пройдя путь от поставок инструментов для американской армии во время Гражданской войны до создания революционных автоматических пианино, компания вскоре стала локомотивом индустрии.
В XX веке компания совершила два культурных прорыва. Первым триумфом стал «Могучий Вурлитцер» (Mighty Wurlitzer) – легендарный гигантский орган, ставший синонимом эпохи немого кино и создававший неповторимую музыкальную атмосферу в кинозалах 1910-1920-х годов. Вторым культовым достижением бренда стали джукбоксы и в первую очередь знаменитая модель 1015 «Bubbler». В 1930-1950-х годах эти музыкальные автоматы буквально завоевали общественные пространства по всему миру: от уютных баров до гранд-отелей. Разойдясь тиражом более чем в 750 000 экземпляров, они превратились в главный символ американской поп-культуры и эталон золотого века промышленного дизайна.

При этом компания никогда не забывала о своих корнях, долгие годы оставаясь крупнейшим дилером редчайших скрипок Страдивари и производителем легендарных кларнетов. Благополучно пережив эпоху корпоративных слияний и перейдя под крыло знаменитой Gibson Guitar Corporation, бренд сохранил свое легендарное имя и идентичность. Сегодня оригинальные джукбоксы Wurlitzer всё так же собираются вручную, превращая культовую музыкальную историю в главный экспонат частных коллекций.

Познакомиться с историей компании и культовыми моделями Wurlitzer можно на сайте музея «Собрание».

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Музыкальная подборка из произведений Джоаккино Россини

В этом году бессмертному шедевру Джоаккино Россини «Севильский цирюльник» исполняется 210 лет. Недавно мы рассказывали о личности великого итальянского композитора, его характере, привычках и пристрастиях, а сегодня предлагаем обратиться к главному – его музыке.

Произведения Россини занимали особое место в европейской музыкальной культуре XIX–XX веков. Мелодии из его опер звучали не только в театрах и концертных залах, но и в музыкальных шкатулках, часах и автоматонах, а позднее записывались на фонографические валики и граммофонные пластинки.

В коллекции Музея «Собрание» представлены произведения маэстро в исполнении выдающихся певцов и оркестров Европы. К 210-летию «Севильского цирюльника» мы собрали музыкальную подборку, которая позволяет услышать, как звучало наследие Россини на разных музыкальных носителях из нашей коллекции. Слушайте подборку на сайте Музея «Собрание».

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Застывший танец в бронзе и кости: к 140-летнему юбилею Деметра Чипаруса

В сентябре 2026 года исполняется 140 лет со дня рождения Деметра Чипаруса – скульптора, который во многом сформировал облик стиля ар-деко. В «ревущие двадцатые» он не копировал тренды, а сам формировал моду своими работами. Сегодня его статуэтки считают эталоном эпохи, так как его новаторские приемы полностью изменили подход к созданию интерьерной пластики.

Главная заслуга Чипаруса – переосмысление старинной техники «хризоэлефантин». Известное еще с античности сочетание слоновой кости и золота скульптор адаптировал для индустриального века. Он соединил резную кость, из которой создавал открытые участки тела (лица и руки), с литой патинированной бронзой, шедшей на сложнейшие костюмы. Чипарус выступил новатором и в технологиях обработки металлов. Мастер сочетал химическое травление, холодная роспись и многоцветное патинирование бронзы, добиваясь эффекта перелива шелка, парчи и драгоценных камней на одежде своих героинь.

Деметр Чипарус одним из первых среди крупных мастеров начал работать со шпиатровым (цинковым) сплавом и ивуарином (искусственным заменителем кости). Это позволило тиражировать его идеи в более доступном сегменте, не теряя в качестве пластики. Также он полностью изменил подход к подставкам: скульптор отказался от простых решений и сделал массивное геометрическое основание из цветного мрамора и оникса важной частью композиции, удерживающей сложный баланс динамичной фигуры.

Чипарус изменил и сюжеты камерной скульптуры. До него малая пластика чаще тяготела к академическому реализму, бытовым зарисовкам или плавным природным линиям модерна. Чипарус же принес в нее синтез театра, кинематографа и авангардного танца. Главными источниками вдохновения для него стали «Русские сезоны» Сергея Дягилева, хореография Вацлава Нижинского, Иды Рубинштейн и Брониславы Нижинской, а также энергия джазовых кабаре Парижа. Фигуры застывали в экспрессивных па, передавая зрителю чистую динамику движения. Еще одним толчком стала «египетская лихорадка» после открытия гробницы Тутанхамона в 1922 году, подарившая миру графичную серию его восточных танцовщиц.

Фонды музея «Собрание» обладают редкой по полноте коллекцией работ мастера, которая позволяет наглядно проследить эволюцию его художественного языка. В экспозиции представлены все ключевые направления творчества Чипаруса. Такие произведения, как «Носильщица воды» и «Посланник любви» (около 1920 г.), демонстрируют истоки его мастерства. Это классические цельнолитые бронзовые статуэтки, в которых автор еще исследует пластику человеческого тела и фольклорные мотивы. Серия культовых женских образов – «Делийская танцовщица», «Венгерская танцовщица», «Танцовщица из Олинфа» и «Таис» – олицетворяет уже зрелый стиль мастера с тонкой графикой костюмов, напоминающих эскизы Бакста, и ювелирной проработкой деталей.

Знаменитая композиция «Пьеро и Коломбина. Бесконечная история» показывает, как Чипарус умел переосмыслять классические театральные архетипы: старинные образы бродячего театра в его руках приобрели острые, граненые формы ар-деко, став символом эстетики 1920-х годов. А работы «После чтения», «Выход из ванны» и «Женщина с зеркалом» открывают Чипаруса как тонкого лирика, фиксирующего повседневные ритуалы и идеалы красоты своей эпохи.

Чипарус доказал, что небольшая интерьерная статуэтка может быть настоящим большим искусством, отражающим дух времени. Его творчество продемонстрировало, что даже малая декоративная форма способна передать характер и эстетику целого поколения. Сочетая металл, слоновую кость и энергетику танца, мастер создал уникальный визуальный стиль, который стал главным символом эпохи ар-деко.

К юбилею Деметра Чипаруса мы обновили раздел «Западноевропейская скульптура» коллекции музея «Собрание», собрав там ключевые шедевры скульптора из нашей коллекции.

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Музыкальная подборка «Песнь улетающего лета: механические певчие птицы»

Сентябрь – время перемен. Перелётные птицы собираются в стаи и отправляются на юг, оставляя после себя пустующее небо и удаляющиеся птичьи голоса. Но есть птицы, которым смена сезонов не страшна: они не улетают, не замолкают с наступлением холодов и могут снова исполнять свою песню. Правда, для этого им не нужны крылья - достаточно завести пружину.

В коллекции музея «Собрание» хранится несколько замечательных механических птиц, созданных немецкой фирмой Карла Гризбаума (Karl Griesbaum). Среди них -  поющие птицы в клетках и небольших музыкальных шкатулках. Эти предметы объединяют декоративное искусство, музыку и механику. Но перед нами не просто украшение и не просто музыкальный инструмент, а настоящий спектакль в миниатюре, который оживает от одного движения рычажка.

Как он устроен? Внутри небольшой коробочки скрывается сложный часовой механизм с пружинным приводом. После его запуска крышка открывается, и изнутри появляется яркая птица. Она начинает крутится из стороны в сторону, размахивать крыльями, открывать и закрывать клюв, издавая механическое щебетание. Спустя несколько секунд представление завершается: птица вновь скрывается внутри, а крышка плавно опускается.

Иллюзия живого существа возникает благодаря точной работе нескольких деталей. Движениями птицы управляет кулачковый механизм - система профилированных деталей, которые последовательно приводят в действие отдельные элементы автоматона. За звук отвечает небольшая свистковая трубка: воздух, нагнетаемый при работе механизма, заставляет свисток звучать. Получается своеобразный механический «голос» птицы.

История таких автоматов значительно старше самих изделий Гризбаума.Традиция механических птиц берет сове начло в Швейцарии  XVIII века и продолжилась вплоть до XIX столетия. Мастера стремились воспроизвести не только внешний облик птицы, но и её голос, движения и поведение. Для этого совершенствовались системы пружинного привода, мехов, кулачков и свистковых механизмов. Так возник особый жанр механических автоматонов, создающих иллюзию живого существа.

Карл Гризбаум был связан с традицией производства механических певчих птиц в немецком Триберге, одном из важных центров часового и механического производства Шварцвальда. Его предприятие выпускало клетки с птицами, музыкальные шкатулки, свистки и другие механические предметы. В изделиях мастерской соединялись техническая точность, декоративность и зрелищность. В собрании музея представлены несколько предметов, созданных фирмой Гризбаума.

Сегодня эти маленькие автоматы особенно интересно рассматривать именно как особый вид музыкального искусства. У каждой птицы свой корпус, декор и характер движений, но принцип остаётся удивительно простым: энергия заведённой пружины превращается в движение, движение — в звук, а сочетание механики и миниатюрной скульптуры — в короткий спектакль. Главное здесь не устройство само по себе, а созданная им иллюзия.

И, пожалуй, в сентябре эта иллюзия особенно нужна зрителю: на пороге осени музейные птицы словно способны удержать уходящее лето.

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

«Мир в объективе: первые фотографы»

19 августа отмечается Всемирный день фотографии — праздник искусства, которое впервые позволило человечеству сохранить мгновение таким, каким его увидел объектив. Сегодня фотография стала частью повседневной жизни: достаточно одного прикосновения к экрану смартфона, чтобы запечатлеть событие. Однако еще полтора столетия назад создание каждого снимка было сложным, длительным и трудоемким процессом, требовавшим не только мастерства, но и огромной физической выносливости.

Во второй половине XIX века фотограф был одновременно художником, химиком, инженером и путешественником. Для работы ему приходилось перевозить громоздкие деревянные камеры, тяжелые штативы, стеклянные негативы, химические реактивы и переносную лабораторию. Подготовка одного снимка могла занимать десятки минут, а малейшая ошибка при проявлении сводила на нет многочасовой труд. Несмотря на все трудности, фотографы отправлялись в самые удаленные уголки Европы, Азии и Российской империи, стремясь запечатлеть города, памятники архитектуры, природу и людей.

Особое место в истории ранней фотографии занимает Кавказ — регион, который во второй половине XIX века вызывал огромный интерес у путешественников, ученых и художников. Его величественные горные пейзажи, древние крепости, монастыри, разнообразие народов и культур казались современникам почти неизведанным миром. Чтобы сделать фотографии горных перевалов, ущелий и исторических памятников, фотографам приходилось преодолевать сложные маршруты, в том числе по знаменитой Военно-Грузинской дороге, соединявшей Владикавказ и Тифлис. Путешествие занимало многие дни, а перевозка тяжелого оборудования по серпантинам и горным тропам требовала немалых усилий.

Именно благодаря самоотверженному труду первых мастеров фотографии до наших дней дошли бесценные визуальные свидетельства эпохи. Их работы позволяют увидеть не только природные ландшафты, но и повседневную жизнь людей, традиционную одежду, архитектуру, городскую среду и памятники, многие из которых со временем изменились или были утрачены. Сегодня эти снимки представляют собой не только произведения раннего фотоискусства, но и важнейшие исторические документы.

Представленные в коллекции музея «Собрание» фотографии последней трети XIX — начала XX века знакомят зрителей с богатым наследием ранней фотографии. Среди них — работы Дмитрия Ермакова, Владимира Барканова, Фёдора Гадаева и Льва Рогозинского, посвятивших значительную часть своего творчества Кавказу. Их снимки сохранили величественные горные панорамы, древние города, национальные костюмы, портреты жителей и сцены повседневной жизни, став своеобразной визуальной летописью региона.

Коллекцию дополняют дореволюционные фотооткрытки с видами российских городов, изображениями театральных артистов и балерин, а также редкие фотографии представителей императорской семьи. Эти произведения позволяют проследить развитие фотографии от документальной фиксации действительности до самостоятельного художественного искусства. Каждая фотография — это не просто изображение прошлого, а возможность увидеть историю глазами первых мастеров, сумевших остановить время и сохранить его для будущих поколений.

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Обновление в разделе «Авторы/Производители»

Раздел «Авторы/производители» пополнился историей американской компании J.P. Seeburg Piano Company. С 1909 по 1928 год это чикагское предприятие было одним из крупнейших производителей автоматических пианино и оркестрионов в США. Фирма выпускала надежные и сложные для своего времени механизмы (под слоганом «Reliable Seeburg»), которые заменяли музыкальные ансамбли в кинотеатрах, кафе и ресторанах.

Приглашаем вас подробнее ознакомиться с историей этого бренда и его вкладом в развитие механической музыки эпохи немого кино и раннего джаза.

● Оркестрион. Seeburg Piano Company. США, Чикаго. Около 1930 г.
● Автомат музыкальный (джук-бокс) «Seeburg Discotheque EPFEA 1». Seeburg Piano Company. США, Чикаго, штат Иллинойс. 1965 г
● Автомат музыкальный (джук-бокс) «Seeburg STD 4». Seeburg Piano Company. США, Чикаго, штат Иллинойс. 1977 г.

Читать полностью…

Музей Собрание I Museum Collection

Лекция «История картографии: от звездного неба к горным вершинам»

В четверг 13.08.2026 в 18:00 состоится лекция «История картографии: от звездного неба к горным вершинам». 

На лекции совершим путешествие в мир старинных карт. Начнём с карт звездного неба, первые из которых относятся ещё к Каменному веку. Продолжим исследованием земных карт Античности и Эпохи великих географических открытий, познакомимся с деталями карт из коллекции музея "Собрание". А завершим путешествие в 18 веке становлением картографии в России. В коллекции музея собраны карты разных мест, эпох и типов. На лекции обсудим, какие они бывают: политические, географические и прочие. Разберёмся, какой инструментарий требовался для создания карт разных эпох и типов, а также обсудим технологии прошлого, использовавшиеся для определения топологии пространства, составления карт высот и сложных горных массивов.

Обращаем Ваше внимание, что посещение лекции с детьми младше 6 лет не рекомендовано.
На каждого посетителя следует оформлять отдельную заявку.
Лекция проводится в лектории музея на минус 1 этаже. Продолжительность лекции – 60 минут.


Зарегистрироваться на лекцию можно на сайте музея, в разделе «Лекторий».

Читать полностью…
Subscribe to a channel