49806
Канал Галины Юзефович о книгах и чтении Регистрация в РКН: https://www.gosuslugi.ru/snet/67af16b86857085566c1dfb0
Господь всемогущий. Я только дослушала второго "Заступу" (и собираюсь с силами, чтобы о нём написать поподробнее), а тут вона что. Интересное место Беларусь, то вроде получше отчизны нашей, а то вдруг такое.
Читать полностью…
Просто захотелось поделиться постом журналиста Сергея Титова - Сергей в России, поэтому его слова стоят дороже слов тех, кто призывает к тому же (или к прямо противоположному) извне. Мне всегда за всех страшно и хочется, чтобы любимые коллеги, друзья и знакомые не нарывались (и тут я немного Зинаида Пронченко, конечно). Но вообще-то все так, как Сергей Титов говорит.
Читать полностью…
Вот бы мне самой где-то взять то чувство оптимизма, которое я, по слухам, пробуждаю в людях. Как мне кажется, нарассказывала всяких ужасов про актуальное состояние книгоиздания в России, а любезные ведущие "Живого гвоздя" говорят - полегче стало. Ну, не знаю, в общем, но, так или иначе, я там с 30-й примерно минуты. Эфир еще не закончился, там и до, и после меня всякие хорошие люди, так что подключайтесь.
Читать полностью…
Галина Юзефович, автор курса «Необязательное чтение:
что почитать летом, сегодня и всегда»:
Появление понятия «летнее» или, хуже того, «пляжное чтиво» не имеет отношения к литературе как таковой. В середине XIX века в Европе и Америке начинает формироваться средний класс, и одна из его новообретенных привилегий - оплачиваемый отпуск. Параллельно с этим идет быстрая урбанизация и индустриализация, делающие города куда менее комфортным местом для жизни, а вместе с этим стремительно развивается сеть железных дорог. Все это в сумме приводит к большей доступности и даже необходимости путешествий и отдыха – особого времени, предполагающего некий особый образ жизни.
Это изменение открывает волнующие возможности для бизнеса, и едва ли не быстрее всех реагирует литература. «Легкие» во всех смыслах слова романы (как раз в это время издатели осваивают массовый выпуск книг в мягкой обложке) наполняют теперь чемоданы и саквояжи респектабельных служащих, а главное их жен и дочерей. Простые и увлекательные одноразовые книги позиционируются как законная награда для людей, весь предшествующий год читавших (или делавших вид, что читают) «серьезную» литературу.
«Уверен, что в июле и августе представителями наших просвещенных сословий потребляется больше губительного книжного мусора, чем на протяжении остальных десяти месяцев», - уже в 1876 году пишет Т. де Витт Толмэдж, видный Бруклинский проповедник. И надо сказать, у преподобного есть некоторые основания беспокоиться. Лето с его вынужденным отступлением от привычного бытового уклада становится также временем волнующего отхода и от прочих норм – в том числе, норм общественной морали. Грехи соблазны, о которых добродетельная женщина дома не могла даже помыслить, на отдыхе оказываются легальны.
Всем мы знаем Луизу Мэй Олкотт как создательницу душеполезных романов «Маленькие женщины» и «Маленькие мужчины». Однако основу ее материального благополучия формировали книги совершенно иного толка, которые она писала тайком и публиковала под псевдонимом. В ее романе «Страсть и наказание Полины» страсти и в самом деле кипят нешуточные. Стремясь отомстить возлюбленному, вероломно покинувшему ее ради богатой наследницы, главная героиня отправляется вслед за неверным на фешенебельный курорт. Там она напропалую флиртует, десятками разбивая мужские сердца и пробуждая тем самым ревность в бывшем женихе. Но, когда тот, сраженный ее чарами, падает к ногам Полины, она… срывает чепец со своей горничной и припадает к ее устам в страстном поцелуе. О ужас, под женским нарядом все это время скрывался мужчина, новая любовь героини и ее сообщник в деле мщения!.. Надо ли говорить, что книга с такой скандальной развязкой просто не могла не стать главным бестселлером лета 1862 года.
За прошедшие с тех пор годы концепт летнего чтения трансформировался, но не растворился без остатка. Новые толмэджи обрушиваются с критикой на людей, читающих летом что-то не то. Издатели подгадывают с «летними» новинками к старту отпускного сезона. Самые авторитетные издания выкладывают списки «книг для пляжа» на любой вкус. А мы на курсе в «Страдариуме» поговорим о том, как, не сбрасывая полностью со счетов их совокупные усилия, все же выстроить собственную траекторию чтения на лето – нынешнее и все последующие.
Вдогонку к предыдущему хотелось бы отметить, что если вам вдруг интересно про сотрудничество Джозефа Конрада и Форда Мэдокса Форда, то вот тут на JSTOR выложена бесплатно неплохая книжка Джона Хоупа Мори на эту тему.
Читать полностью…
Ну, и немного саморекламы: "Гарри Поттер" и совершенно новый курс про летнее чтение в "Страдариуме" - со скидкой!
Читать полностью…
Перечитывала "Записки охотника", выписала оттуда множество невероятных в своей прекрасности словосочетаний. Любимое моё, пожалуй, "хлопотливое отчаяние", имманентно присущее отцу г-на Недопюскина из рассказа "Чертопханов и Недопюскин". Мне кажется, столь многие из нас знают нынче это душевное состояние на себе. Я/мы Недопюскин-père.
Читать полностью…
Ещё из мира книг. Второй штраф - уже не 80 000, а 800 000, плюс 100 000 лично Борису Куприянову. Тут должна быть эмоциональная фраза с использованием ненормативной лексики, возможно, возбуждающая ненависть по признаку принадлежности к профессиональному сообществу (нет, не по отношению к группе "книготорговцы"). Но вы эту фразу и без меня можете составить, а ругаться и возбуждать - грех.
Читать полностью…
Вспомнила, что со светлых довоенных времен у меня есть канал в "Дзене". Нашла свой канал в "Дзене". Заглянула в комментарии. Снесла канал в "Дзене" ко всем чертям. Если вы знаете кого-то, кто читал меня там, расскажите им, пожалуйста, чтобы шли сюда скорее.
Читать полностью…
Я писала о замечательном "Стеклянном дворце" Амитава Гоша совсем коротко, а вот индолог и переводчик Анна Карабанова написала для "Кинопоиска" подробно. Книга, как я понимаю, появилась на "Яндекс.Книгах", так что если вы ждали, то ваш час настал - мне "Стеклянный дворец" понравился даже больше "Ибисной трилогии", а это говорит о многом. Ну, и кстати, телеграм-канал у Анны интереснейший - уже упоминала о нём, и ещё упомяну.
Читать полностью…
Новости литературы. Три раза написала какой-то комментарий - и столько же раз стерла. Сказать абсолютно нечего - поэтому просто зафиксируем факт.
Читать полностью…
У меня есть своеобразная внутренняя очередь русской классики на пере- и дочитывание - вот очередь дошла до Тургенева. Начала с малой прозы, которую знаю/помню совсем плохо. И параллельно перечитала коротенькое эссе о Тургеневе Вирджинии Вулф, которое нахожу не только блистательно точным, но и безупречным стилистически:
"Он требует от романиста не только многого, но и, казалось бы, несовместимого. Автор должен беспристрастно наблюдать факты — и в то же время истолковывать их. Обычно писатели делают либо одно, либо другое — и получается, соответственно, либо фотография, либо стихи. А сочетают факты и толкования лишь немногие; и своеобразие Тургенева как раз состоит в этой двойственности: на тесном пространстве кратких глав он одновременно производит два противоположных действия. (...) Фактограф и интерпретатор работают в тесном соавторстве. И мы глядим на один предмет с двух разных точек зрения — вот почему краткие тургеневские главы вмещают так много: они полны контрастов. В пределах одной страницы мы встречаем иронию и страсть; поэзию и банальность; протекающий кран и трели соловья. Но сложенная из контрастов сцена производит единое впечатление, все, что нам дано увидеть, слито в общую картину".
Перевод И. Бернштейн
Кто хотел узнать, как дела у издательств "Индивидуум" и "Попкорн". И да, деньги тоже нужны.
Читать полностью…
Сегодня Константину Райкину исполняется 75 - и предлагаю по этому случаю пересмотреть наше с ним относительно недавнее интервью. О театре как об опыте совместного чувствования, о Сирано де Бержераке и рэп-баттлах, о том, как изменилась наша мимика с начала войны - а лично для меня в первую очередь об опыте достойного проживания темных времен.
С днем рождения, Константин Аркадьевич, люблю вас и бесконечно уважаю! Ура вам!
На "Кинопоиске" вышел текст о 16 лучших книгах полугодия. Там и мои пять копеек про роман Михаила Левантовского "Невидимый Саратов" (и внезапно про традиционные ценности).
Семейная, супружеская любовь, да еще и взаимная — вещь не слишком романогеничная: в ней маловато драмы, конфликта, которыми питается литература. Написать хорошую книгу о том, как два человека, много лет живущие вместе, любят друг друга и ребенка своего тоже любят, и вообще всё у них если не хорошо, то, во всяком случае, неплохо, — задача, как говорится, со звездочкой. Но Михаил Левантовский с ней справляется — и справляется блестяще.Читать полностью…
Известнейший антрополог, а по совместительству моя лучшая подруга вот уже тридцать лет и (увы) уже два с лишним года как иноагент Александра Архипова читает последний курс на онлайн-платформе "Страдариум". С 1 сентября, как вы знаете, размер желтой звезды, нашитой на иноагентов, еще увеличится - им будет нельзя не только выступать где бы то ни было в пределах нашей многострадальной отчизны, но даже "вести просветительскую деятельность" в интернете. Это значит, что пока есть время нужно просветиться по полной - напоследок, так сказать.
Нынешний курс посвящен захватывающей теме - антропологии еды: ритуальная еда и пищевые ритуалы, пиры, посты, табу, вот это все. Первая лекция уже сегодня, а всего их будет три (по числу блюд в детскосадовском меню), можно смотреть вживую, а можно в записи. Ну, а после первого сентября, когда все (в очередной раз) превратится в тыкву, лекции Саши останутся с вами, нетленные в вашем личном кабинете. Сможете смотреть и пересматривать.
Тем временем месяц промелькнул с какой-то почти непристойной быстротой, и вот уже новая "Закладка", так же известная как "Клуб знаменитых радионянь", в эфире. На этот раз поговорили о выбранном Екатериной Михайловной Александре Грине - в первую очередь о его длинных рассказах (коротких повестях) "Фанданго" и "Крысолов". Дорогие зрители и слушатели просили нас поменьше хихикать и перебивать друг друга, мы старались изо всех сил, поэтому - в качестве неожиданной побочки - проговорили, стройно и структурированно, почти на полчаса дольше обычного. С одной стороны, конечно, нехорошо, а с другой - лето в разгаре, вечера ещё долгие, а завтра вообще воскресенье.
Читать полностью…
Минутка персонального контента. Сегодня пришли результаты экзамена по греческому на уровень В1 - все четыре части на 'άριστα', то есть на отлично. Никогда, даже в самых смелых фантазиях не грезилось мне изучение новогреческого. До войны самолюбиво мечтала заняться турецким или, возможно, довести до разумного состояния испанский. Но человек предполагает, а Господь крутит барабан и такой - вам выпал Кипр.
Новогреческий мне даётся легче, чем многим, потому что в голове хранятся огромные пласты древнегреческого с очень близкой лексикой, морфологией и вообще каким-то схожим строем языка. С другой стороны, изменения, которые греческий язык претерпел за прошедшие две тысячи лет, требуют болезненной адаптации, другим не ведомой. Где мой дательный падеж, верните немедленно! А инфинитв пассивный у вас где? Что, даже активного нет? Серьёзно? А гласные у вас все почему одинаково произносятся? МЕЖЗУБНЫЕ согласные? Да ладно, вы шутите, наверное.
Но, так или иначе, некоторый путь пройден, отрицание, гнев и торги позади, сертификат получен. Двигаюсь дальше, ибо куда деваться.
Сегодня в 19.00 по Москве буду на канале "Гражданинъ TV" на стриме в поддержку Льва Шлосберга*. Поговорим о том, как живёт (или выживает) литература во времена цензурных запретов - присоединяйтесь.
*иноагент
Уже упоминала о "Наследниках", написанных в соавторстве Джозефом Конрадом и Фордом Мэдоксом Фордом, а сейчас переведенных Сергеем Карповым и выпущенных (тоже в соавторстве) "Подписными изданиями" и "Яндекс.Книгами". А теперь вот решила написать поподробнее.
К сожалению, в книге нет ничего, кроме собственно книги, а это тот случай, когда читать винтажную классику без комментария и пояснений смысла, в общем, нет. "Наследники" - это не пропущенный сияющий шедевр, а скорее интересное дополнение к корпусу текстов обоих (великих) авторов и занятная политическая и социальная сатира образца 1901 года. Если вы любите Конрада или Форда (а лучше и того, и другого сразу), и если вам хочется разобраться, что же происходило в Англии на рубеже веков, то, возможно, мой текст поможет вам чуть лучше понять, что же это за книжка и как ею пользоваться.
Ну, вот и сатанизм (что бы это ни значило) у нас стал экстремизмом. Привычно думаю о том, какие последствия это повлечет для книгоиздания, и, как обычно, грущу. Количество книг, в которых при желании можно сатанизм усмотреть, зашкаливает, и, как обычно, нечеткие формулировки рано или поздно спровоцируют право- с позволения сказать охранительную активность. Словом, издателям, а особенно продавцам Алистера Кроули стоит быть внимательнее. Впрочем, сейчас это можно сказать о ком угодно.
Читать полностью…
Ну, и как-то забыла сказать. Для книжного магазина 800к - это очень много. Ребята денег не собирали и не планируют, но им всегда можно помочь, купив у них книг. Если в Москве, идите в "Фаланстер" ногами. Если нет, закажите с доставкой. Ну, а всей команде и Борису Куприянову лично - поддержка, сочувствие и солидарность.
Читать полностью…
Парой постов выше демонстрировала бездны нравственного падения как ловко литературная премия имени Рубакина маркировала книгу Максима Жегалина, выпущенную издательством Individuum. А вот оно что - похоже, ребята работают на опережение. Ну, то есть, конечно, я тот еще читатель законов (да и в целом наши законы читать в отрыве от их правоприменения довольно бессмысленно), но есть гипотеза, что теперь дотронься до экстремиста - сам экстремистом станешь. И при работе с таким токсичным контентом, как книги, лучше сразу надевать резиновые перчатки.
Периодически на глаза попадаются образцы советской книжной иллюстрации - и каждый раз дыхание захватывает, до чего же это невероятно. Не просто красиво, изобретательно, оригинально - именно невероятно.Так не бывает - не было до, не будет после.
Мои любимцы - Геннадий Калиновский, Александр Кошкин и, конечно же, Май Митурич. О Митуриче вспоминает сегодня в своем канале Вадим Нестеров, а мне вдруг остро захотелось напомнить вам о его безупречных иллюстрациях к "Маугли" Киплинга, на которых я выросла и вырастила своих детей. С тех пор видеть не могу Диснеевского "Маугли", да даже и к нашему родному мультипликационному отношусь насторожено. Просто потому что ну это же очевидно, правильный "Маугли" - это Митурич и только Митурич.
А вот это экзотика даже по нашим причудливым временам. Смотрите, как в лонг-листе премии имени Рубакина обозначили книгу издательства Individuum. Ничего не знаю об этой премии, но, кажется, оно теперь и не обязательно.
Читать полностью…
С началом не войны даже, а прямо-таки ковида я стала непростительно для литературного критика старомодна и консервативна - чтение нового (даже отчетливо замечательного нового) вызывает куда меньше интереса и энтузиазма, чем прежде. Зато на передний план выходит то, что коллеги из "Арзамаса", помнится, любовно называли "пыльной вчерашкой".
Будь все по-старому, это неизбежно означало бы полную мою профессиоанльную дисквалификацию. Но теперь, с массовым уходом из России правообладателей, категории "нового" и "вчерашки" начали парадоксальным образом сближаться. Издатели все глубже закапываются в закрома подзабытой или просто вовремя не добравшейся до российского читателя мировой классики, на которую истек срок действия авторских прав, и которую, соответственно, можно легально переводить без оглядки на позицию (с позволения сказать) западных авторов, издателей и агентов. В результате сегодня "новыми" становятся книги объективно "старые" - и мне оно только на руку: можно, наконец, оставаясь критиком, невозбранно писать не о букеровском шорт-листе прошлого года, которого нам теперь не видать процентов на 80, но о романах начала ХХ века.
Вот и сейчас хочу показать вам две замечательные книжки, о которых расскажу подробнее в ближайшее время. Одну - "Наследников" Джозефа Конрада и Форда Мэдокса Форда - я читала раньше (в силу моей несколько обсессивной любви к обоим этим авторам). Вторая - "Песня жаворонка" Уиллы Кэсер - стала для меня совершеннейшим открытием: ни о книге этой не слышала, ни даже о ее создательнице. "Наследники" - диковатая сатирическая фантасмагория в духе, я бы сказала, "Человека, который был четвергом" Честертона, только без жизнеутверждающего христианского задора. Вторая - просторная и неспешная история взросления девочки, родившейся в многодетной шведской семье на Диком Западе, и ее превращения в великую певицу.
"Наследники" выйдут вот-вот, "Песня жаворонка" уже вовсю продается (и даже, кажется, заканчивается, а будет ли допечатка мне неведомо). Обе, заметьте, в великолепных переводах - Конрада и Мэдокса Форда перевел Сергей Карпов, Уиллу Кэсер - великая Татьяна Боровикова.
Пока просто обложки в виде анонса, чтобы вы взяли на заметку, отзывы - чуть позже.
В скобках замечу, что вся эта ситуация очень напоминает мне советскую, когда концепт новинки был отечественному читателю в принципе неизвестен. Любая западная книга, просочившаяся сквозь железный занавес, оказывалась "новинкой" - и неважно, когда она вышла на языке оригинала. Поэтому что Эрих Мария Ремарк, что Роберт Пенн Уоррен попадали в одну товарную категорию, формируя тем самым полностью обособленную и оторванную от общемировой художественную повестку - тот самый образ "воображаемого Запада", о котором столько сегодня говорят - одни с горечью, другие с ностальгией.
Раньше думала о тех временах с горечью - теперь же, наблюдая за их возвращением, чувствую не ностальгию, но какой-то своеобразный внутренний комфорт. Все мы родом из детства, и вот оно зачем-то к нам возвращается, без запроса и приглашения заново окутывая теплым коконом небесной серии "Классики и современники" (она же "трилистник"). В которой, спешу напомнить, выходили и Борхес, и Ясунари Кавабата, и вообще много всего прекрасного.
Написала для издания "The Flow" (что называется, а чего добился ты) о книге Александра Горбачева* "Он увидел солнце". Огромное спасибо коллегам, что согласились опубликовать текст.
Как-то к слову не пришлось сказать в рецензии, поэтому скажу здесь - одна из самых поразительных для меня вещей в том, как пишет Александр Горбачев, это подсушенная, убористая афористичность его текстов. Их безупречная интонационная выверенность и щедрость, ни в какой момент не переходящая в избыточность. Как говорила Вирджиния Вулф о Тургеневе, "Он знает о своих персонажах все, но при письме явственно отбирает лишь то, что необходимо" - вот и Горбачев знает все, но говорит лишь то, что должно, создавая внутри книги (вполне обоснованное) ощущение объема, пространства, уходящего за пределы собственно зафиксированного в слове.
В общем, мне очень, очень понравилась "Он увидел солнце" - хотя я (прошу заметить и занести в протокол) вполне равнодушна к творчеству Егора Летова, а к нему самому отношусь и вовсе сложно и, пожалуй, без тепла.
*иноагент
Генпрокуратура взялась за Лигу Плюща и признала нежелательным Йельский университет. В связи с этим думаю о чудном, захватывающем и изобретательном романе Ли Бардуго "Девятый дом", действие которого разворачивается как раз-таки в Йеле. С одной стороны, из романа совершенно ясно, почему этот университет нежелательный (там адская чертовщина из-под земли буквально прет), а с другой представляю, как комично будут выглядеть на бодрой книжке в жанре "тёмная академия" все эти драматичные пометки.
Читать полностью…
Ну, и еще один текст на "Кинопоиске" - про мои любимые "Свечи апокалипсиса" Татьяны Замировской.
Свечная лавка оказывается порталом, потайной дверью в Нью-Йорк, через которую автор сначала не без труда протискивается сама, а после втягивает и нас. Мир вокруг магазина расширяется, наполняется людьми, плоская поначалу картинка за окном оживает, наливается цветами и красками, обретает плотность и объем. Продав и упаковав сотни свечей, познакомившись и переругавшись со всеми местными бездомными, спасшись от потопа и пережив ковид, беларуская эмигрантка становится частью диковатого локального пейзажа — не своей, но так тут никто в полной мере не свой, здесь все чужаки, и это нормально.Читать полностью…
Одна из самых навязчивых и противных вещей - искусственный интеллект, встроенный в Microsoft Word. Он все время встревает со своими правками и предложениями, и отвязаться от него решительно невозможно. Зато можно задать ему вопрос, чем я и решила воспользоваться. Пишу: "Расскажи, как тебя отключить". Ответ: "К сожалению, тут я помочь не смогу". Пауза (мне хочется считать ее драматической). "Но я могу предложить вам кое что получше! (прямо слышу эту жизнерадостно-идиотическую интонацию) Я могу отредактировать или полностью переписать ваш текст! Попробуем?"
Читать полностью…