49806
Канал Галины Юзефович о книгах и чтении Регистрация в РКН: https://www.gosuslugi.ru/snet/67af16b86857085566c1dfb0
Этим оптимистичным на первый взгляд постом дорогая коллега Екатерина Петрова в действительности хочет вам сообщить, что с Екатеринбургского книжного фестиваля сняли, как теперь принято выражаться (в просторечии "вышвырнули без объяснения причин"), книги замечательного Санкт-Петербургского "Издательства Ивана Лимбаха". Но не все потеряно - инструкция, что делать, если вы в Екатеринбурге, по ссылке.
Читать полностью…
Теперь, когда мы все вдоволь нашутились по поводу политолога Маркова, промышлением государевым включенного сегодня в реестр иноагентов, хочется все же выступить с позиции капитана Очевидность. Если что это просвещенное решение Минюста и демонстрирует, так это полную абсурдность и пагубность закона об иноагентах. Ceterum, как говорится, censeo, что этот позорный и бессмысленный закон, пожирающий всех, независимо от их политических взглядов, delenda est. И поскорее.
Политологу Маркову, конечно, сострадаю, как любому человеку, несущему наказание не за настоящие преступления, а исключительно за слова, но все же не от всего сердца. Нет, не от всего.
В 10.00 буду на "Живом гвозде" - обсудим, что там за список патриотической литературы для школьников и что нам с ним делать (спойлер: ничего). Подключайтесь!
Читать полностью…
Милые друзья из "Страдариума", с которыми вместе мы выпестовали уже и мой любимый курс по "Гарри Поттеру", и два цикла "Медленного чтения", и много чего еще, придумали и вот-вот запустят проект, о котором сложно рассказывать, потому что такого еще не было. И в данном случае это не хвастливый рекламный выкрик, а скорее некоторая проблема, потому что сказать "тем, кому понравилось Х, понравится и Y" не получится - придется объяснять самостоятельно, без опоры на существующие образцы.
Начну поэтому издалека. В сети сейчас можно изучать буквально все - от институциональной экономики до дотракийского языка. Но, как говорится, есть нюанс: все эти курсы не собираются в единую системную картинку, то есть остаются набором разрозненных кусочков смальты, а не большой многофигурной мозаикой. Каждый кусочек способен заполнить лакуну в наших познаниях об институциональной экономике или дотракийском языке, но, в отличие от университетского образования, не дают ощущения широты и надежной связности знания.
Новый проект "Страдариума" называется "Проба", и в нем коллеги как раз хотят попытаться собрать фрагменты смальты в мозаичное панно, то есть предложить полноценный аналог настоящего большого (двух-, а то и трехсеместрового) университетского курса. И это будет прямо учеба - не всем привычный инфотейнмент, а скорее по-честному, лекции, семинары, домашка, списки литературы, учебные методики, вот это все.
В рамках "Пробы" у коллег уже готов курс по истории искусств (невероятно масштабный, аж дух захватывает). В разработке - литература (с моим участием) и - отдельно - современное искусство. День открытых дверей, то есть открытый лекторий тоже предусмотрен - чтобы присмотреться к формату и, простите за тавтологию, попробовать, надо ли оно вам (впрочем, горсть красивых стекляшек тоже никому еще в жизни не навредила).
Конечно, такого рода проекты - большое усилие со стороны учащегося и вообще немного приобретение бабой за собственные деньги того самого злокозненного порося. Но если вам хочется не просто поучиться чему-нибудь и как-нибудь, но собрать в голове большую всеохватную картину, одновременно дробную и целостную, а также восполнить недополученное в университете, то вот он, ваш шанс.
За триста лет до этого в силу некой катастрофы на землю обрушилась тьма, выпустившая на поверхность полчища разного рода нечисти - мавок, заложенных покойников, леших, вурдалаков, вервольфов и прочей дряни. Поэтому нынче что ни крупное село, то маленькая крепость, а у каждой крепости - свой Заступа, то есть защитник из нечисти доместицированной, прирученной. Беречь село Нелюдово подрядился вурдалак Рух Бучила - живой мертвец с белыми глазами без радужки, пропойца, бабник, мудрец, проклятая душа и вечный герой поневоле. Единственная преграда между живыми (глупыми, жадными, трусливыми) людьми и непроглядным жаждущим крови мраком, обступившим со всех сторон их утлые жилища.
Выше я уже мельком упомянула, что относительно принадлежности "Заступы" к жанру хоррора у меня есть некоторые сомнения. С одной стороны, в нем правда бесконечно льется кровища, матери душат младенцев, трещат кости, а маленьких девочек в клочья дерет разнообразная инфернальная хтонь (и это мы не говорим о тех случаях, когда маленькие девочки та самая хтонь и есть). С другой, отличительная черта хоррора - работа на достижение определенного аффекта, стремление высечь (и в дальнейшем планомерно высекать) из читателя искру страха. Возможно, я очерствела душой, но мне кажется, что задача Ивана Белова в другом - во всяком случае, мне страшно не было. Если Белову и хочется напугать меня читателя, то это явно не единственная - и точно не главная - его задача. В первую очередь Белову интересен созданный им мир, населяющие его люди (и нелюди) и происходящие с ними истории.
И этот интерес, эта неподдельная (и в принципе не подделываемая) радость от письма, эта горячая писательская одержимость - стремление именно писать, а не "написать, издать и продвинуть" (ТМ), строить свой мир дальше, наполнять его жизнью, раздувать и ворошить угли в очаге Руха Бучилы, ощущается в текстах Ивана Белова так ясно и выпукло, что противиться их обаянию трудно. На фоне множества анемичных и просчитанных жанровых книг "Заступа" выглядит сегодня той самой беззаконной кометой, залетевшей в наш теплохладный книжный мир из каких-то других - как теперь становится понятно, куда более счастливых - времен, прекрасной, помимо прочего, этой своей яростной анахронистичностью.
(Вот теперь все)
Помните, я писала про Бориса Соломоновича Кагановича - специалиста по российским историкам и филологам, медиевистам и классикам, конца XIX и первой половины ХХ века? У него, как выяснилось, вышла книга - буду в Москве, постараюсь ее купить. Не уверена, что вам она тоже нужна, но не могу не поделиться.
Читать полностью…
Совсем скоро, в 19.05 буду в "Особом мнении" на "Живом гвозде", подключайтесь!
Читать полностью…
Я стараюсь воздерживаться от перепостов и обсуждения политических новостей - кто за ними следит, те и без меня в курсе, а те, кто не следит, им-то оно все зачем в канале про книги. Но вот эта новость, мне кажется, чудовищной настолько, что совсем ничего не сказать по ее поводу невозможно.
Звонки через мессенджеры - едва ли не единственный доступный сегодня способ трансграничной коммуникации. Это моя возможность провести часок за разговором с папой. Мой шанс обсудить насущные планы с друзьями в России. Поболтать со старшей подругой. Экстренно выяснить, все ли в порядке у мамы. Конечно, мы как-нибудь выкрутимся - мы всегда выкручиваемся, мы уже почти привыкли. Да, будет очень неудобно, а пожилым людям придется с трудом адаптироваться к технологическим новшествам. А потом к каким-то еще более новым новшествам, когда прежние новшества опять заблокируют. И так до бесконечности.
Путин и Ко строят вокруг России не великий китайский фаерволл даже, а прямо-таки родной, с детства привычный железный занавес, отгораживающий страну от мира. Оставляющий ее граждан один на один с властью. Грубо разрывающий семейные и дружеские узы. Вопрос "есть ли у вас родственники или знакомые за границей" вновь обретает внезапную актуальность, и смотреть на это прямо невыносимо.
Ну и еще bitter-sweet новостей - на этот раз из магазина "Фаланстер". Да, еще можно купить книг иноагентов и даже со скидкой. Нет, после 1-го сентября будет нельзя. Вы знаете, что делать. И напомню, что "Фаланстер" все еще расплачивается по огромным штрафам, и лишние деньги для них вообще не лишние.
Читать полностью…
Ну, и позволю себе выложить здесь свою небольшую рецензию на роман Евгения Чижова "Перевод с подстрочника". Мне бы очень хотелось, чтобы сегодня его читали больше - тем более, что именно сегодня он внезапно обрел не только объясняющую, но и предсказательную силу. Рецензия была опубликована в запрещенном ныне медиа десять лет назад, в самом начале 2015-го года, сам же роман вышел почти годом раньше.
"Лучший и, безусловно, самый актуальный русский роман уходящего года, лишь по недоразумению не получивший ни одной заметной литературной премии. «Перевод с подстрочника» — эдакий парафраз оруэлловского «1984», только в более экзотическом (и, пожалуй, более правдоподобном) антураже. Главный герой, московский поэт Печигин, отправляется в Коштырбастан — вымышленную страну в Средней Азии, заимствовавшую ландшафт у Киргизии, а государственный строй — у Туркменистана. Едет он туда по приглашению бывшего соученика, а нынче — главного местного пропагандиста (такого Владислава Юрьевича Суркова), состоящего при Великом Вожатом — всесильном, загадочном, недосягаемом и, разумеется, бессмертном местном диктаторе. Вождь всех коштыров — не просто всенародно любимый друг и учитель, но еще и великий поэт, стихи которого Печигин должен перевести на русский. Чтобы лучше понять Народного Вожатого и увидеть за бездушными буквами подстрочника живого человека, Печигин, как в борхесовском «Приближении к Альмутасиму», принимается ловить слабые и неверные отблески личности диктатора в людях, лично с ним знакомых. И в результате сам попадает в ловушку.
Все дальнейшее — захватывающая история о том, как европеец, либерал и интеллигент понемногу поддается темному обаянию деспотии, превращаясь из стороннего ироничного наблюдателя и критика сначала в осторожно сочувствующего, а после — и в адепта культа. И когда на поверхность, взламывая наслоения иллюзий, начинает рваться ужасающая правда, оказывается уже слишком поздно. Ловушка захлопнута, спасения нет. Механика процесса описывается Чижовым настолько мастерски, что, в общем-то, никаких вопросов относительно того, что же находили в Сталине или, допустим, в Гитлере европейские интеллектуалы, уже не возникает. То самое и находили. А когда (и если) обнаруживали свою ошибку, неизменно оказывалось слишком поздно".
"Тот, кто выпал из текста, обречен утонуть в океане чернил".
Наталья Осояну. Змейские чары. М.: МИФ, 2025
Я очень люблю "Детей великого шторма" Натальи Осояну, и вот дождалась ее нового фэнтези-романа, основанного на этот раз на румынских мифах. Дочитаю расскажу подробнее (а дочитаю, боюсь, уже сегодня). Скорблю об участи тех, кто поведется на обложку в стиле ромфант и получит вот это все.
Вспомнила, что писала когда-то про "Врата Анубиса" в запрещенном нынче медиа. Ссылку теперь уж и не дашь, поэтому просто выложу текст здесь - благо он короткий, обзорный, вышел в списке рекомендаций на новогодние каникулы 2019 года. Последнего нашего нормального года, как выяснилось при доигрывании. Впрочем, для летних каникул (пока не закончится мой курс про летнее чтение в "Страдариуме", не перестану думать в таких терминах) тоже самое оно, если вы вдруг не читали.
Тим Пауэрс. Врата Анубиса. Перевод Н. Кудряшева, Е. Барзовой. М.: ЭКСМО, 2018.
Головокружительные «Врата Анубиса» Тима Пауэрса устроены таким образом, чтобы максимально плотно упаковать немыслимое число сюжетных поворотов и приключений в относительно компактный объем, поэтому изнутри роман кажется заметно больше, чем снаружи (хотя и снаружи он, надо признать, немаленький — 576 страниц).
Эксцентричный пожилой английский миллионер Уильям Дерроу открывает возможность перемещаться между эпохами — но не произвольно, а сквозь наперед размеченные дырки, проделанные в ткани времени зловещей троицей древнеегипетских магов, мечтающих вернуть Землю во времена господства Осириса и Ра. В одну из таких дыр, ведущую прямиком в 1810 год, миллионер организует дорогостоящую экскурсию - ее участникам представится уникальная возможность поприсутствовать на лекции великого Сэмюэля Кольриджа. Чтобы придать своему увеселению академической весомости, Дерроу приглашает в компанию дипломированного специалиста по творчеству и биографии Кольриджа — американского филолога Брендана Дойля, нерешительного лысеющего человека средних лет, оплакивающего недавнюю гибель возлюбленной.
Однако по завершении экскурсии Дойль не успевает вернуться в родной 1983 год вместе с другими путешественниками во времени: его похищает один из тех самых египетских магов, милостью которых он очутился в 1810 году. Мирный кабинетный ученый оказывается заперт в зловонном, жестоком и безнравственном георгианском Лондоне, один на один с тысячей опасностей — начиная с гигиенических и заканчивая мистическими.
Тим Пауэрс умело аранжирует весь традиционный набор готических ужасов (от вполне диккенсовского предводителя нищих, для пущей жути обряженного в костюм клоуна, до мрачных лондонских трущоб, населенных нечистью всех сортов), ловко миксуя их с ужасами собственного изобретения — вроде, например, безумного маньяка-оборотня, способного менять тела, как перчатки, или хитро переосмысленной египетской демонологии. Пауэрсу не лень сгонять своего героя то в жаркий Египет (и сделать непосредственным участником расстрела мамлюкской конницы), то в малый ледниковый период конца XVII века (и заставить сражаться с чудовищами на льду замерзшей Темзы), познакомить с лордом Байроном и Кольриджем. Как результат, текст Пауэрса превращается в безупречное развлечение — идеальный литературный эквивалент голливудского блокбастера, изобретательный, неожиданный и захватывающий вплоть до самой последней страницы (на которой, к слову сказать, автор удивит вас еще разок — на прощанье).
А вот новости, проходящие по разряду bitter-sweet - вроде как, с одной стороны, распродажа, хорошая возможность купить хороших книг подешевле, а с другой... Ну, в общем, вы, конечно, знаете, что с 1 августа иноагентам в нашей стране запрещено примерно все (дышать, кажется, пока можно, но и это не точно), поэтому их книги издатели будут отзывать из продажи, а книготорговцы - убирать с прилавков. Это значит, что очень скоро наши книжные полочки еще немножко оскудеют. Но пока на дворе беззаботный август, будущее не наступило, и у нас есть немного времени, чтобы, подобно домовитым белкам, сделать запасы на долгую (увы) зиму.
Издательство "НЛО" проводит распродажу книг писателей и исследователей, которых Минюст РФ считает иноагентами, и сейчас у нас примерно последний шанс их купить легально, не подвергая риску ни себя, ни продавцов.
Что бы из этого списка непременно купила лично я? Ну, во-первых, "Хлыста", "Кривое горе" и "Внутреннюю колонизацию" Александра Эткинда*. Во-вторых, "Неудобное прошлое" Николая Эппле*. В-третьих, конечно, "Эзопов язык" Льва Лосева (Лосев с божьей помощью умер, не дожив до нынешнего безобразия, но предпосланная книге большая и, в сущности, самоценная статья Александры Архиповой* переводит эту книгу в разряд запрещенных, стыдоба вообще). Ну, и, наконец, обязательный "Возвратный тоталитаризм" Льва Гудкова* (я не купила в свое время в бумаге, сижу теперь, как дура, со своим пдфом, а там целых два красивых тома).
Это то, что купила бы лично я. Но вообще там есть, из чего выбрать - давайте создадим ажиотаж, поможем издательству, которому стольким в жизни обязаны, и принесем в мир (а главное в собственный дом) немного добра.
*иноагенты
Очень надеюсь, что коллеги смогут продолжить работу без поддержки своего основателя.
Читать полностью…
Зато у нас есть патриотическая премия имени Рубакина за лучший нон-фикшн! Не пропадем!
А если серьезно, то, конечно, Фонд Зимина - в чистом виде сила добра. При нынешнем торжестве сил зла у них просто не было шансов.
С утра пораньше размышляю о том, как же не повезло "Гарри Поттеру" в России. Никто из переводчиков, над ним работавших, его не полюбил.
Ни первые странные переводчики, работавшие для издательства "Росмэн" (Оранский и Литвинова) и нагородившие все те сорок бочек арестантов, с которыми последующим переводчикам пришлось мучиться до самого конца цикла. Ни команда супер-профессионалов (Владимир Бабков, Леонид Мотылев, Сергей Ильин, Майя Лахути), приступившая к работе уже позже, с пятой книги: и они (за вычетом, возможно, Лахути) тоже любили "Гарри Поттера", пользуясь словами несчастной Корделии, "как долг велит, не больше и не меньше", то есть не очень. Ни даже Мария Спивак, вопреки расхожему мнению, "Гарри Поттера" не любила: только первую книгу, а дальше уж так, "Роулинг под давлением начала принимать неправильные решения", "мне вообще фэнтези не очень, я сказки люблю", "зачем все эти сложности" и т. д.
И если раньше была надежда, что все же найдется axios, и что издатели выдохнут, препоясают чресла и что-то, наконец, предпримут, то теперь уж точно нет - правообладатели ушли с рынка, время идет, надежда умирает (да в сущности, уже умерла). Есть в сети перевод Юрия Мачкасова - хороший и изобретательный (особенно вторая, финальная его версия, без перевода имен), но найти его сейчас непросто, и там всего две книги, да и не издаст его в бумаге никто.
Слушайте, короче, своих Дурслей и не выпендривайтесь, дорогие россияне.
Контент выходного дня уже в пятницу - вышел в открытый доступ летний (межсезонный) выпуск нашего с Екатериной Михайловной подкаста "Закладка", также известного как "Клуб знаменитых радионянь". Вновь про Джейн Остин, но на этот раз про "Эмму", потому что ну нельзя же просто так взять и не поговорить про "Эмму", любимый роман Остин у обеих радионянь, а также у Анастасии Завозовой и Джоан Роулинг (чего ж вам боле). Дорогие слушатели в комментариях уже предлагают каждый межсезонный выпуск посвящать одному из романов Джейн Остин - идея кажется продуктивной, будем думать над реализацией.
Летом люди имеют право не показываться публике (дабы скрыть от нее бесстыдно обгоревшие носы и блаженный отпускной вид), поэтому в этот раз только аудио. А с видео вернемся, даст бог, в сентябре.
Если вы в Москве и окрестностях, и у вас нет плана на выходные, то поезжайте на дачный двухдневный фестиваль в Переделкино. Обещают Елену Баевскую (а могла бы дальше Пруста переводить), моих любимых фольклористов Дарью Радченко и Никиту Петрова с рассказами о даче как об особом социокультурном феномене, писателя Леонида Юзефовича (да, мы в родстве) с разговорами об относительности времени, историка Кирилла Светлякова с лекцией о русской даче от Алексея Михайловича до Александра Керенского и много чего ещё.
Ну, и обложку покажу - чтобы в дальнейшем, как говорится, без претензий и завышенных ожиданий.
Читать полностью…
Давно обещала рассказать о цикле Ивана Белова "Заступа" ("Все оттенки падали" и "Чернее черного"), который прослушала с удивительным для меня самой удовольствием и интересом.
Сначала немного ворчания по поводу озвучки, а потом о хорошем.
Итак, озвучка. Рассказчик Илья Дементьев отлично работает с интонацией, персонажи у него живые, узнаваемые и отчетливо разные, и при этом без утомительного "театра у микрофона". Но есть нюанс: в каждом слове, в котором можно сделать ошибку в ударении, она непременно будет сделана. Ну, ладно, слово "стеклярусный" (Дементьев последовательно произносит "стеклярУсный"), оно хотя бы редкое. Но "жЕманный", причем даже скорее "жЁманный"? Серьезно?.. "Заступа" вообще-то большой бестселлер и книга очень заметная, не "Граф Аверин" (пока), но куда-то в ту сторону - почему ж хотя бы нормального аудио-редактора на нее не найти? Всей работы на 20К рублей максимум, неужто ж пожалели.
Но вернемся к собственно "Заступе". Почему свое удовольствие от него я сочла удивительным? Ну, во-первых, я не люблю хоррор (насколько дилогию Белова можно считать хоррорм, обсудим чуть позже). Во-вторых, из всех хорроров хоррор на стыке с фэнтези, да еще и фэнтези славянским, я не люблю, пожалуй, более всего. Я не люблю все, что начинается со слова "дарк" (Аберкромби этого вашего и даже, простигосподи, Джорджа Мартине не люблю, нет), а тут, как следует уже из названия, все чернее черного. Акцентированно амбивалентных главных героев в жанровой прозе люблю умеренно (к Ведьмаку это тоже относится). В общем, просто бинго, казалось бы. Но почему-то "Заступа" все равно показался мне вещью талантливой, изобретательной и при этом какой-то честной - написанной, в отличие от многих нынешних "серьезных" романов, с надеждой на успех, но определенно не ради него.
Выбрав, вопреки всем рекомендациям книжных экспертов, для своего дебюта жанр не романа, но цикла рассказов, Иван Белов поступил эксцентрично - но разумно.
Проступающий постепенно, по мере сюжетной необходимости мир формирует собственную сквозную интригу (что, что же там за углом, ну пошли скорей посмотрим), которая отлично скрепляет отдельные истории, не давая им распасться. В то же время сама отдельность этих историй оставляет простор для жанрового разнообразия и динамики, очень важных для хоррора как такового, который (если ты не Стивен Кинг) в большой форме рискует превратиться в протяжное затухающее "бууууу". А тут вам, пожалуйста, то детектив ("Ванькина любовь" и "Пламень ярый"), то изящная стилизация под гоголевского "Вия" ("Ночь вкуса крови"), то физиологичный, по-настоящему неприятный сплаттер-панк ("Все оттенки падали"), то лихой триллер с поисками проклятого сокровища ("Чуть светлей"), то ностальгический приключенческий роман - только очень компактный ("Уйти и вернуться"), то еще что-то.
То же касается и героя - упыря Руха Бучилы, который от одной истории к другой достраивается - не меняется радикально, но словно бы раскрывается, раскладывается вширь и вглубь. И эта эволюция (или, точнее сказать, "проявление", "проступание") главного героя тоже "собирает" отдельные эпизоды лучше, чем собрала бы единая сюжетная линия.
Ну, и третий элемент, скрепляющий отдельные новеллы, это авторский голос, сверхсметно, я бы сказала, индивидуальный и выразительный. Белов пишет в том самом моем любимом стиле, когда от беспощадной иронии до возвышенного пафоса и обратно - едва половинка вдоха. Ну, а еще да, автор употребляет слова "жеманный", "стеклярусный" и многие другие, которые плохо даются чтецу Дементьеву по нынешним временам выглядят практически кричащей языковой роскошью (матерится он, кстати, тоже весьма изысканно и витиевато, ни в чем себе человек не отказывает).
Однако рецензия предполагает не только похвалу композиции и авторским стилистическим находкам, но и краткий ответ на вопрос, что это вообще такое. Ну, что вам сказать, действие происходит в альтернативной Новгородской республике альтернативного XVII века.
(Это еще не все)
50! Тут бы, конечно, написать что-то проникновенное и глобальное, но я позволю себе немного личного. Несколько лет назад социальные сети, очевидно, начали меня морально готовить к нынешней дате и принялись показывать аккаунты разных не очень молодых (а иногда, скажем прямо, совсем старых) и при этом очень красивых, уверенных в себе и деятельных женщин. Не могу сказать, чтобы тема старения меня так уж сильно беспокоила (слава богу, и без того есть, о чем побеспокоиться), но глядя на этих женщин, я окончательно уверилась в том, что становиться старше вообще не страшно.
Что называется, помогли тебе - помоги другим. Поэтому мой деньрожденный пост в первую очередь адресован женщинам - тем, кто, возможно, смотрит на себя в зеркало и с тревогой ищет в своём отражении признаки старения. Что вам сказать, девочки - у меня морщинки вокруг глаз, много седины, и я не могу читать без очков. И при этом я пребываю с собой и со своим телом в наилучших, пожалуй, отношениях за всю мою жизнь. И да, это легально! А кто начнет вам затирать про то, что женщине за Х чего-то там нельзя, отправляйте их ко мне - мы очень, очень продуктивно с ними пообщаемся.
У меня много красивых профессиональных фото меня, но я специально выбрала для этого поста обычное селфи. Минимум макияжа, ноль фильтров, сижу в своём любимом кафе, с оптимизмом (ну, с разумным оптимизмом, учитывающим обстоятельства) смотрю в будущее. И это тоже легально - да, даже сегодня.
Спасибо, что вы рядом! Вперёд к новым проектам, книгам, пирогам и путешествиям!
Ладно, минутка слабости позади, переходим к новостям, которые нынче могут считаться хорошими (с известными оговорками, но все же).
Мои дети выросли на повестях норвежской писательницы Марии Парр "Вафельное сердце" и "Тоня Глиммердал" - сколько раз я их читала сыновьям вслух, уж и не упомнишь. А вот теперь на русском выходит новая книга Парр "Оскар и я" в переводе лучшей в мире Ольги Дробот. По первому (очень первому, прочла едва десяток страниц) впечатлению чем-то похоже на любимого моего "Эмиля из Леннеберги" Астрид Линдгрен - ну, так не даром Марию Парр часто называют Линдгрен сегодня.
Вот тут издательство "Samtambooks" открывает предзаказ на книгу. Но, как говорится, есть нюанс: в России ее продавать нельзя, и дело не в Марии Парр (она - редкий случай, честь ей и хвала - как раз не против), а в эээ... некоторых деталях цензурного законодательства, не будем уточнять, каких именно. Поэтому если вы не в России, заказывайте скорей. Если вы в России, ищите друзей и знакомых, которые смогут ее купить и вам привезти. Понимаю, что жутко неудобно, но, согласитесь, лучше так, чем совсем никак.
Главная песня сегодняшнего дня. Пол моей жизни назад с идеальной точностью. В целом, у нас сегодня изобилие точек в прошлом, после которых ничто уже не могло быть как надо. Пожалуй, гибель "Курска" - это первая в их ряду.
Читать полностью…
Даже не скажу, что удивительно, хотя что в наши дни удивительно, если рассудить здраво. Но, конечно, жалко "Читай-город" - эта серия очень хорошо всегда продавалась, прямо локомотив.
Читать полностью…
"Возвращаясь с рынка, переходил через Кольцевую дорогу (8 рядов транспорта) с яйцами в пакете, боясь за них, а не за себя. Вообразить себя попавшим под машину мне труднее, чем разбившим вдребезги на последние деньги купленные яйца. Я — слепое пятно в пространстве собственного воображения. Чтобы оно включилось и заработало, мне нужны другие люди".
Умер - утонул в Балтике (что же творится с водой этим летом) - писатель Евгений Чижов, автор "Перевода с подстрочника" - одного из лучших романов, написанных на русском за последние четверть века. Совсем молодой - всего-то 58 лет.
Мы не были друзьями - у меня как-то исторически нет друзей среди писателей, да и знакомы были едва, но мало кто в литературной среде казался мне настолько симпатичным по-человечески. Странным, отстраненным и при этом каким-то, извините за это тривиальное слово, хорошим. Мне очень жаль, что я его больше никогда не увижу.
В журнале "Формаслов" совсем недавно вышла подборка его дневниковых заметок - мне кажется, через них про Чижова можно понять что-то такое, чего никогда не видела - не понимала в нем, например, я. Что-то про его жизнь, про его писательство и, как ни безумно это прозвучит, про его смерть.
Француз Лоран Бине - вы знаете его по книгам "HHhH" (посредственной) и "Седьмая функция языка" (блистательной) - тот редкий автор, который в наши дни ухитряется писать такой олдускульный, буквально умбертоэковский постмодерн, который при этом не выглядит ни архаично, ни утомительно. Дочитала его роман "Игра перспектив/ы" (выйдет вот-вот в "Издательстве Ивана Лимбаха" в переводе, с предисловием и комментариями великой Анастасии Захаревич), прислушалась к себе и поняла, что вся эта игровая ироничность, цитатность и прочая, и прочая, так раздражавшие меня еще на заре 2022, сейчас кажутся скорее милыми и неожиданно уместными.
Задумалась, где же сбились настройки - вовне или внутри. Кажется, и там, и там все поехало, но поговорить имеет смысл в первую очередь о том, что вовне.
Постмодерн, как известно, в свое время родился из духа усталости от формализма, иерархичности и косности тогдашнего литературного (да и вообще культурного) канона. Ирония, игра, отказ от метанарратива и вообще от претензий на сковывающее и принудительное величие стали противоядием от тогдашней тотальной скуки и консерватизма.
На что на что, а на скуку и консерватизм мы сегодня пожаловаться никак не можем. Лично я бы, пожалуй, не отказалась от небольшой их инъекции - чтобы, например, хотя бы в общих чертах знать, что будет через год. Изменения климата, война, чума, правый поворот, борьба с геями, экстремистские сатанисты, традиционные ценности, новая школьная форма - you name it. Нет, все что угодно, только не скучно.
Тогда почему же постмодерн снова обретает актуальность? Моя гипотеза в том, что его второе пришествие (если, конечно, это действительно оно) проистекает из чего-то прямо противоположного скуке, а именно из духа отчаяния. Когда у тебя Трамп зажигает на арене, Путин ядерной бомбой машет, в Китае новая эпидемия, а в Москве тропические ливни, трудно не впасть в состояние "сгорел сарай, гори и хата". И в этой ситуации веселый и циничный постмодерн, в котором нет абсолютных категорий и вообще ничто не свято, оказывается неожиданно созвучен и полезен. Как говорится, "и объявил, что все пропало, и остается одно - как следует повеселиться".
Но это пока так, мысль, надое ее еще подумать повнимательнее.
А сам роман Лорана Бине - о, он вам очень, очень нужен, не пропустите, как выйдет. Представляете, в середине XVI века во Флоренции убит художник Понтормо, расследует его смерть - хаха, вы не поверите - Джорджо Вазари, советы из Рима Вазари подает замшелый пень Микеланджело, а на заднем плане мельтешат и пакостничают Бенвенуто Челлини, Екатерина Медичи и прочие суперзвезды эпохи. И все это в жанре эпистолярного романа. Ну не счастье ли, сами посудите.
А вот на подходе книга, которую я прямо очень жду. Обожаю Тима Пауэрса, борюсь с соблазном (в третий раз) перечитать его "Врата Анубиса", лучший в мире неовикторианский роман (окей, после "Женщины французского лейтенанта" Фаулза и "Квинканкса" Паллисера) и определенно лучшую в мире книгу о попаданцах. В "Стороже брата" обещают приключения Эмили Бронте, что в моих глазах добавляет нынешнему роману Пауэрса примерно сто очков по шкале привлекательности. Буду держать вас в курсе - что называется, ждите с нами, ждите как мы, ждите лучше нас.
PS Да, я знаю, что 1810 г, когда разворачивается основное действие "Врат", это никак не викторианство, а, напротив того, регентство, но роман-то стилистически и эстетически неовикторианский, ничего не попишешь.
Коллеги из "Лайвбук" сообщают, что у них вот-вот выйдет книжка "Эти странные Рэдли" Мэтта Хейга в новом переводе (как по мне, старый тоже был нормальный, но новый так новый).
Мэтт Хейг вообще писатель удивительно странный - все, что детское, у него в диапазоне от хорошо до отлично - мои дети, помнится, обожали у него дилогию "Тенистый лес" и "Сбежавший тролль", а также "Быть котом" (очень поучительная история о том, что если, глядя на уютно свернувшегося кота, подумать о том, как же хорошо быть котом , можно и в самом деле этим котом стать - и не факт, что тебе это понравится). Все, что взрослое, равномерно ужасно.
"Эти странные Рэдли" - где-то между детским и взрослым (я бы сказала, young adult), но по качеству скорее как детское. Семья вампиров в завязке изо всех пытается держать себя в руках, но их все равно никто не любит. А потом оказывается, что - сюрприз! - надо просто перестать себя насиловать, и жизнь наладится.
Забавная пародия сразу и на английский роман воспитания, и на современные книги о важности принятия себя - в общем, милая книжка, для лета и подросткового чтения самое оно.
Организаторы премии Рубакина узнают, что Zimin Foundation признали «нежелательной организацией»
Читать полностью…
Все же фамилии типа "Иванов", "Петров" или вот "Михайлов" невероятно дезориентируют. Три года жила в уверенности, что писатель и математик Роман Михайлов, автор мудреных и выпендрежных книг "Равинагар" и "Изнанка крысы" (не полюбила, но прочла) и Роман Михайлов, успешнейший кинорежиссёр эпохи СВО, это два разных человека. Мало ли в Бразилии романов михайловых, чай, не Дормидонт Пыжиков. А вот поди ж ты, один и тот же оказался. Какая, право слово, многогранная личность. Боюсь, тут не так много читателей "Равинагара" найдется, но если вдруг, то поверьте - это правда абсолютно удивительно.