Telegram-канал zhardushi - Жар души: Unsorted

Жар души

03 February 2026 10:10

Айгуль, ну что это такое

Жар души

01 February 2026 09:06

Когда конституцию переписывают быстро и без широкого обсуждения, меняется не только текст, меняется сам характер негласного общественного договора между обществом и государством.

В Казахстане после 1995 года сложился вполне понятный, хотя и неформальный баланс. Государство обеспечивало стабильность, безопасность и постепенный рост благосостояния. Общество, в свою очередь, принимало ограниченное участие в политике, потому что видело в этой модели предсказуемость и порядок.

Сейчас ситуация иная.

Когда проект новой Конституции готовится за неделю группой специалистов без широкой дискуссии, без участия парламента и без публичного обсуждения на этапе формирования текста, в обществе формируется совсем другое ощущение. Люди начинают воспринимать Конституцию не как общий договор, а как документ, написанный государством для самого себя.

Если читать новый текст не как перечень благих принципов, а как схему управления государством, то постепенно вырисовывается картина, в которой Казахстан уходит от модели, где внутри системы существовали трения, задержки и разные центры влияния, к модели, где эти трения последовательно убираются, а власть становится более прямой, более однородной и, как следствие, более управляемой.

В Конституции 1995 года парламент был институционально слабее президента, но он был сложным, двухпалатным, с разными процедурами и разной логикой формирования палат, что создавало внутри самой законодательной ветви определённые задержки, споры и хотя бы теоретическую возможность для политической динамики, тогда как в новом проекте эта сложность исчезает, а на её месте появляется однопалатный Курултай, формируемый по пропорциональной системе партийных списков, что в условиях президентской республики означает простую и хорошо известную вещь: тот, кто контролирует партийные списки, практически контролирует парламент, и парламент перестаёт быть местом, где может возникать самостоятельная политическая линия.

Особенно показательной на этом фоне выглядит новелла о Халық Кеңесі, который называется консультативным органом, но при этом получает право законодательной инициативы, что является крайне необычной конструкцией для демократических конституций, поскольку право вносить законы обычно принадлежит либо выборным органам, либо правительству, которое несёт ответственность перед парламентом, тогда как здесь вход в законотворческий процесс получает структура, не связанная с электоральной подотчётностью, и это меняет саму природу того, как формируется законодательная повестка.

Возвращение института Вице-президента добавляет к этой картине ещё один важный элемент, поскольку в президентских системах такая фигура почти всегда усиливает вертикаль власти, создавая внутри исполнительной ветви дополнительный центр политической легитимности, который не связан с парламентским контролем и тем самым не создаёт баланс, а, напротив, укрепляет существующую иерархию.

Не менее показательным становится и порядок изменения самой Конституции, из которого фактически исчезает парламент как ключевой участник процесса, а остаётся прямая связка Президент и референдум, формирующая плебисцитарную модель, при которой народ не участвует в выработке норм через своих представителей, а лишь подтверждает решения, уже сформулированные наверху.

Одной из наиболее значимых по последствиям норм оказывается положение о возможности введения специальных правовых режимов для отдельных территорий, включая особенности государственного управления и даже особенности функционирования судебной системы, что означает отход от принципа абсолютного единства правосудия и создаёт конституционную возможность появления зон с иными правилами.

На этом фоне особенно интересно, что раздел о правах человека в проекте действительно становится более подробным и современным, усиливаются процессуальные гарантии, закрепляются цифровые права, подчёркивается ценность личности, что на первый взгляд выглядит как движение в сторону либерализации, однако в более широком контексте соответствует характерной для многих современных управляемых режимов логике.