Что делает Лакана антифилософом (софистом), так это его утверждение, что мы не можем говорить о Реальном (и что нет истины о Реальном), и что Реальное не допускает метаязыка. <...> решающее различие, которое отличает Лакана, например, от витгенштейновской версии этого утверждения - мы не можем говорить о Реальном, потому что речь слишком близка к нему, потому что она никогда не может полностью избежать Реального, удерживается за него. Вот почему вместо запрета невозможного, который мы находим у Витгенштейна («о том, о чем нельзя говорить, следует молчать» — знаменитые строки из его «Логико-философского трактата»), у Лакана мы видим двойное его обращение: продолжайте, говорите о чем угодно, и с небольшой удачей и помощью (аналитика) вы рано или поздно наткнетесь на Реальное и сможете формализовать (записать) его.

Реальное — это не какая-то сфера или субстанция, о которой можно говорить, это присущее речи противоречие, своего рода искажение языка. И именно поэтому существует истина, и именно поэтому невозможно выразить её всю словами.

Аленка Зупанчич, "Что есть секс?"

Читать полностью…

Если и есть самопровозглашеный гегельянец, представляющий я глубоко антигегельянским, то это итальянский философ фашизма Джованни Джентиле (убитый в 1944 году во Флоренции коммунистическими партизанами). Он называл свою философию «актуализмом» или «актуальным идеализмом»:
его основная предпосылка заключается в том, что разум (самосознание индивидов, всегда находящееся в контексте более широкой национальной идентичности) создает всю реальность, духовную и материальную. В своей основе даже государство является не материальной сущностью, воплощенной в своих институтах, а духовной сущностью, которая не противостоит индивидам как высшая сила, а едина с ними. По этой причине мышление едино с практикой, это мышление, которое одновременно является творческим. Таким образом, идеализм Джентиле — это абсолютный имманентизм: нет трансцендентной материальной или духовной (божественной) реальности.

Высшее достижение человечества — это фашистское национальное государство, создающее условия для индивидуальной свободы — Джентиле в соавторстве с самим Муссолини написал «Доктрину фашизма», основополагающий текст итальянского фашизма…
Джентиле использует карикатурную версию абсолютного идеализма, и сразу бросается в глаза, насколько это видение не соответствует гегелевской философии: здесь нет неизбежного развития через антагонизмы и обман, нет «истины, процветающей из аморальности», нет головокружительных диалектических переворотов, только отказ от всех форм материализма, либерального индивидуализма и трансцендентности и видение позитивного государства, в котором дух царит безраздельно и где всё едино (индивиды = нация = государство = Лидер…) в этом духовном единстве. Все интересные события, происходящие в рамках возрождения гегелевских исследований, противоречат видению Джентиле.

Славой Жижек, "Квантовая история: Новая материалистическая философия"

Читать полностью…

Москва, приглашаем на мероприятие.

презентация 3-го тома «Русского дневника» Пьера Паскаля
— «Мое душевное состояние»

28 января — Des Esseintes Library — 19:30

книгу представит переводчик издательства «Владимир Даль», аспирант философского факультета МГУ — Даниил Бабошин.

Даниил расскажет не только о книге, но и о том, как сформировался интерес Паскаля к России, в чем он находил истоки революции 1917 г., о его представлениях относительно русской религиозности.

🛠🛠🛠

записи из «Русского дневника» Пьера Паскаля 1922–1926 годов.
дневник повседневности: города, быта, случайных разговоров, газетных интонаций, общего изменения настроения улицы.

по ходу текста меняется и сам Паскаль. его ранняя вера в возможность соединения христианского идеала справедливости с коммунистическим проектом постепенно растворяется.
на смену энтузиазму приходят усталость и разочарование. НЭП ведет к обуржуазиванию новой элиты, революционная идеология становится языком приспособления и карьерной логики.

Паскаль находится и снаружи, и внутри, размышляет о границах интеллигентского участия и о неустранимом разрыве между интеллектуалами и народом.
собранный из газетных вырезок, статистики, слухов и личных впечатлений, этот текст одновременно документальный и глубоко личный.

вход свободный по регистрации.
также можете присоединиться к нам в зуме.

28 января
19:30
Ленинградский пр-т, 17

Читать полностью…

Когда определенная дисциплина находится в кризисе, предпринимаются попытки изменить или дополнить ее тезисы в рамках ее основной структуры — процедура, которую иногда называют «птолемизацией» (после того, как появились данные, противоречащие геоцентрической астрономии Птолемея, его сторонники ввели дополнительные сложности для объяснения новых данных); тогда происходит истинная «коперниканская» революция, которая, вместо простого добавления дополнительных сложностей и изменения незначительных предпосылок, меняет саму базовую структуру. Поэтому, когда мы имеем дело с самопровозглашенной «научной революцией», всегда следует задавать вопрос: является ли это действительно коперниканской революцией или всего лишь птолемизацией старой парадигмы?
<...>
Вопрос в том: как обстоят дела с психоанализом? Хотя Фрейд представил свое открытие как коперниканскую революцию, фундаментальная предпосылка когнитивных наук заключается в том, что психоанализ остается «птолемизацией» классической психологии, не сумев по настоящему отказаться от своих самых основных предпосылок. Только с современными нейронауками мы имеем истинную революцию, а именно, что впервые мы приближаемся к научному пониманию возникновения сознания. Катрин Малабу делает радикальный вывод с когнитивистской позиции: задача теперь состоит не в том, чтобы дополнить фрейдистское бессознательное церебральным бессознательным, а в том, чтобы заменить первое вторым — как только мы примем церебральное бессознательное, для фрейдистской версии больше не останется места.
Однако у этого простого и ясного решения есть одна проблема: читая классических когнитивистов, нельзя не заметить, насколько их описание сознания на феноменально-экспериментальном уровне является очень традиционным и дофрейдистским. Вспомним повествование Дамасио о постепенном появлении Я: сначала появляется «прото-Я» как агент, регулирующий гомеостаз тела, самоорганизующийся агент, поддерживающий тело в пределах стабильности и самовоспроизводства. Однако это еще не область собственно «ментального»: за «прото-Я» следует появление самосознания, единственного «Я»; и, наконец, «автобиографическое Я». Организация повествовательной истории «того, кто я есть»: Здесь следует отметить два взаимосвязанных момента. Во-первых, простота этого описания, основанная на здравом смысле, идеально соответствует наивно-эволюционистскому представлению о том, как должно было развиваться Я. Во-вторых: как таковое, это описание самодостаточно, оно полностью понятно без его нейробиологической основы (без точного описания нейронных основ психической жизни). Ключевой вопрос здесь заключается в том, что произойдет, если это описание заменить гораздо более неинтуитивным фрейдо-лакановским описанием с его парадоксами «влечения к смерти», формированиями бессознательного и так далее? Нельзя игнорировать тот простой факт, что эпистемологическая функция развития нейронной основы Я состоит в том, чтобы позволить нам избавиться от парадоксов фрейдистского субъекта, чтобы мы могли вернуться к наивной дофрейдистской фигуре Я, на этот раз легитимизированной нейробиологической повествовательной структурой.
В противовес такому когнитивистскому отрицанию, мы должны реабилитировать психоанализ в его философском ядре — как теорию, обязанную диалектике Гегеля и читаемую только на этом фоне. Это вполне может показаться наихудшим из возможных шагов: попытка спасти психоанализ, дискредитированную теорию (и практику), ссылаясь на еще более дискредитированную теорию, худшее из спекулятивной философии, ставшее неактуальным благодаря прогрессу современной науки. Однако, как указывал Лакан, когда мы сталкиваемся с, казалось бы, очевидным выбором, иногда правильным решением является выбор худшего варианта.

Славой Жижек, «Меньше, чем ничто»

Читать полностью…

Мужчина возвращается домой после утомительного рабочего дня, плюхается на диван перед телевизором и говорит жене:

«Принеси мне пива, пока не началось».

Жена вздыхает и приносит ему пиво. Пятнадцать минут спустя он говорит:

«Принеси мне еще пива, пока не началось».

Она выглядит рассерженной, но приносит еще одно пиво и с грохотом ставит его рядом с ним. Он допивает это пиво и через несколько минут говорит:

«Быстрее, принеси мне еще пива, оно вот-вот начнется».

Жена в ярости. Она кричит на него:

«Ты что, всё, что ты собираешься делать сегодня вечером? Пить пиво и
сидеть перед телевизором? Ты всего лишь ленивый, пьяный, толстый бездельник, и
более того…»

Мужчина вздыхает и говорит:

«Началось…»

Финальная фраза неоднозначна, но передаваемый ею смысл — нет. Такая неоднозначная фраза не открывает множества возможных значений; скорее, она вызывает и использует это множество для того, чтобы эффективно зафиксировать и передать конкретную точку (или тупик); и передать её наиболее экономичным способом — не путем полного и исчерпывающего описания, а путем прямого наименования: то есть, именно так, чтобы она функционировала как формула. Конечно, верно, что такие «формулы» «универсально передаются» только в том случае, если человек говорит на языке, «из которого» они сделаны. В отличие от математических формул, они зависят от живых языков, от людей, говорящих на них. Но это не столько ограничение, сколько именно то, что позволяет этим неоднозначностям работать как формулы и работать в целом: «создавать волны», «пробивать дыру» — иметь последствия для реальности, которую они формализуют.

Аленка Зупанчич, «Что есть секс?»

Читать полностью…

Западная Европа vs. Восточная Европа

Читать полностью…

Бог в России–2024 | Public Talk о христианстве

Российское государство позиционирует себя для остального мира как хранителя «традиционных ценностей» и большое внимание уделяет популяризации православия в стране. Но влияет ли в реальности консервативная политика государства на ценности общества? Насколько значимы в России религиозные институты и какие преимущества в XXI веке религиозность может дать социуму? Приглашаем обсудить это со спикерами на дискуссии, а перед ней они прочитают лекции:

«Благая весть христианского атеизма» — философ Антон Сюткин расскажет, как по-разному теология и атеизм смотрят на проблему зла и как сходятся в невозможности ее решить. Почему подлинные христиане на самом деле атеисты, а подлинные атеисты — христиане?

«Катехон и третий Рим» – независимый исследователь Сергей Финогин расскажет об идеях о «сакральном статусе России». Какая рациональность присутствует в таких часто считающихся «мракобесием» концепциях?

«Бог после смерти Бога» — философ, автор канала Порнографические открытки(ия) Анастасия Мерзенина расскажет о возможном «другом» Боге после долгой эпохи рационализации Бога и, наконец, объявления о его смерти. Как «другой» Бог связан с атеизмом, политическим насилием и как он может стать ответом на напряженную обстановку в мире?

📍 Linza loft («Вавилов лофт»), Кадетская линия, 5, корп 2Д
📅 4 мая, суббота, 17:00
📋 Регистрация: https://pro-politika.timepad.ru/event/2869485/

Читать полностью…

Наши добрые друзья из @insolarance запустили замечательный проект "Идея" - рубрику о классических и современных идеях философии в ёмких статьях профессиональных философов. Сейчас уже есть несколько очень интересных и полезных материалов, рекомендуем к прочтению.

А о каких философских идеях вы бы хотели прочитать в подобном формате? Пишите в комментариях 🔽

Читать полностью…

🛗🛗🛗 Славой Жижек:

Есть небольшая деталь, возможно, говорящая о мно­гом в том, что касается различия между Европой и США: в Европе этаж, находящийся на уровне земли считается нулевым, а этаж над ним — первым, тогда как в США «первый этаж» находится на уровне земли. Другими сло­вами, американцы начинают считать с единицы, тогда как европейцы знают, что единица уже замещает ноль. Или, говоря исторически: европейцы понимают, что пе­ред тем как нам начать считать, должна существовать «ос­нова» («ground», как в названии нулевого этажа «ground floor». — Прим, пер.) традиции, всегда-уже данная и как таковая не подлежащая счету, тогда как США, страна без домодернисткой исторической традиции как таковой, не имеет подобной «основы» — там все началось непосредсвенно с само-учрежденной свободы, а прошлое стер­лось (транспонировалось в Европу).

Так какая же из этих двух позиций ближе к истине? Никакая — только в Поль­ше, кажется, нашли настоящее решение этой альтернати­вы: в лифтах в отелях цифра один пропускается вовсе, т. е. они начинают считать с ноля, а затем переходят сразу к двум.

Когда в отеле в Варшаве я спросил портье, как можно сразу же перескочить с ноля к двум, меня ошеломила простая истина его ответа — после минуты размышле­ ний он сказал: «Ну, наверное, если мы начнем считать этажи, нулевой этаж следует считать за первый». Он со­вершенно прав: «один» изначально — не цифра, следую­щая за нолем, но сам ноль, посчитанный за единицу. Только таким образом может серия посчитанных «еди­ниц» начаться вовсе (одна Единица, затем другая Едини­ца и т. д., до бесконечности); изначальную множествен­ность, коррелят пустоты, не следует принимать за эту серию Единиц. Это решение, таким образом, основыва­ется на открытии, развиваемом Бадью в его онтологии: реальность является множественностью, в которой пу­стота и множественное совпадают, т. е. множественное.

Читать полностью…

В комментарии 👇

Читать полностью…

😺😺😺 Аленка Зупанчич:

Делез и его «Различие и Повторение». Название само по себе очень красноречиво: не «Бытие и время», не «Бытие и Ничто», и даже не «Бытие и Событие», а «Различие и Повторение», и тут мутация Бытия в Различие отнюдь не случайна. Центральный аргумент книги Делёза можно резюмировать следующими двумя тезисами:

(1) Бытие, единое (и однозначное) Бытие – это Различие.

(2) Единственный реальный доступ к Бытию-Различию – это повторение (а не представление-репрезентация).

Самый простой способ разработать эти два весьма сжатых положения - сделать это с точки зрения Делёзовского отношения к Кьеркегору и его понятию повторения. Делёз начинает с явно кьеркегоровского понимания, но затем он развивает свой проект на определенном расстоянии от Кьеркегора (и в известной близости к Ницше). Если сводить её к элементарной структуре, концепция повторения Кьеркегора делится на два уровня.

Первый уровень может подытожить тезисом "Повторения не существует" (Кьеркегоровский герой, вступающий на путь попыток повторения, спотыкается, на каждому шагу сталкиваясь с радикальной его невозможностью) и его материалистическим обращением, сформулированным самим Кьеркегором: "Повторяется сама невозможность повторения". Это составляет первый уровень. Второй уровень связан с тем, что Кьеркегор намечает на горизонте, а именно Повторением как сущностном трансцендентным. Есть надежда на повторение Момента (в его уникальности, единственности, исключительности), и эта надежда принадлежит третьему из ряда кьеркегоровских кругов эстетического, этического и религиозного. Повторение не принадлежит порядку законов, будь это законы природные, эстетические или этические: это строго невозможно в рамках закона, и принадлежит регистру чудесного.

По отношению к вышеописанным взглядам Кьеркегора взгляды Делёза можно описать следующим образом. Хотя он и сохраняет идею о том, что повторение чуждо любому закону и принадлежит регистру чудес, он отвергает остальную часть второго шага Кьеркегора (второй уровень) из-за его обращения к трансцендентному. Вместо этого второго уровня Делёз предлагает своего рода (удвоенное) утверждение первого уровня, на первый взгляд негативного, утверждение, которое высвобождает то, что является на этом уровне уже позитивным. Это значит: да, это правда, что то, что повторяется, это невозможность повторения, но вместо того, чтобы увидеть это (через призму репрезентации) как чистую негативность — как повторение, мотивированное неудачей и невозможностью, мы должны сделать еще один сдвиг перспективы и, таким образом, прийти к пониманию того, что тем не менее удается повториться, того, что никогда не перестает быть повторяющимся или, можно сказать, то, что никогда не удается не повторить, а именно различие. Единственное, что повторяется, это различие как таковое.

Читать полностью…

🍌🍌🍌Славой Жижек:

Вы знаете, что если есть хоть малейший намек на непристойность, то я им обязательно воспользуюсь... Однажды я выступал... на тему "Кант и Хитчкок" [Kant and Hitchcock], и сказал сам себе: "Ого, в одной теме оба вместе, надо же".

Читать полностью…

😛😛😛Само Томшич:

...у Лакана и Делеза есть общий знаменатель: существует реальное языка. Это лингвистическое реальное несводимо к грамматической структуре и – здесь можно поправить Мильнера – поддается формализации, не сводясь, таким образом, к исчислению (абстрактному количественному анализу). Остается вопрос: может ли структурная нестабильность, динамика, не-отношение быть чем-то большим, чем литературным опытом? Может ли она стать научным объектом? Положительный ответ на этот вопрос обусловливает возможность материалистической науки о языке.

Лакан, решительно выступавший против всякого сведения лингвистики к грамматике, предложил несколько названий для языкового реального: бессознательное, йазык (lalangue),наслаждение, которые сводятся к концепции структуры как характеристики реального. Его более поздние семинары, где реальное определяется тремя негативными характеристиками, затрагивают эту проблему самым непосредственным образом: отсутствие закона, форклюзия смысла и фрагментация (не-все). Ни одна из этих характеристик не предполагает, что реальное не структурировано – они лишь постулируют, что в нем нет стабильного закона, который сделал бы реальное полностью предсказуемым и неизменным; в нем нет смысла, который поддерживал бы его однозначность и согласованность; и, наконец, части реального не образуют замкнутой тотальности. Однако это не-все уже является привилегированным лакановским названием для структуры реального, для реального как структурированного – структурированного не как язык (эта аксиома применима только к бессознательному, языковомуреальному), а просто структурированного, не будучи необходимым, однозначным или тотализованным.

Чтобы быть ближе к Делезу, можно сказать: структура реального проявляется как становление, и характеристики этой структуры-становления, этой структуры-как-становления схватываются топологией, а не классической лингвистикой – и то же самое относится к лингвистической структуре:

«Топология не “создана, чтобы вести нас в структуре”. Топология и есть эта структура – как ретроактивность последовательного порядка, из которого состоит язык»

Читать полностью…

С днем рождения 🎩

Читать полностью…

🌹🌹🌹Славой Жижек:

Мое отношение к цветам - исключительно в духе Дэвида Линча. Я думаю, что они омерзительные. Просто представьте себе. Разве цветы это не какой то подвид, так сказать, vagina dentata, влагалища с зубами, которое грозит проглотить тебя? Я считаю, что цветы по своей сути отвратительны. Я хочу сказать, что люди ведь даже не задумываются о том, насколько ужасны цветы. Ведь это открытое приглашение ко всем насекомым и пчелкам, "приходи и поимей меня", понимаете? Я считаю, что цветы надо запретить показывать детям.

Читать полностью…

Прежде всего, мы должны разрушить представление о том, что сон — это всего лишь простая и бессмысленная путаница, расстройство, вызванное физиологическими процессами, и как таковое не имеющее никакого отношения к смыслу.
Другими словами, мы должны сделать решающий шаг к герменевтическому подходу и рассматривать сон как осмысленное явление, как нечто, передающее подавленное сообщение, которое должно быть обнаружено с помощью интерпретационной процедуры.
Затем мы должны избавиться от очарования этого ядра смысла, «скрытого смысла» сна — то есть содержания, скрытого за формой сна, — и сосредоточить наше внимание на самой этой форме, на работе сна, которой были подчинены «скрытые мысли сна».

Славой Жижек, "Возвышенный объект идеологии"

Читать полностью…

После революции Хомейни в Иране первым цензором, назначенным режимом для проверки всех новых фильмов и принятия решения об их показе, стал слепой священнослужитель. Поэтому, когда он смотрел фильм, рядом с ним сидел человек, который описывал ему происходящее на экране — возможно, это идеальный цензор, потому что истинная задача цензора — не оценивать само произведение, а то, какое впечатление оно производит на среднестатистического зрителя. <... > Важна не имманентная истина, а её последствия…

Славой Жижек, "Квантовая история: Новая материалистическая философия"

Читать полностью…

Наше затруднительное положение ставит нас перед тупиком современного «общества выбора». Мы гордимся тем, что живем в обществе, где свободно принимаем решения по важным вопросам. Однако мы постоянно оказываемся в ситуации, когда нам приходится решать вопросы, которые коренным образом повлияют на нашу жизнь, но при этом мы не обладаем достаточными знаниями. Такая ситуация, безусловно, вызывает разочарование: хотя мы знаем, что все зависит от нас, мы никогда не можем предсказать последствия своих действий — мы не бессильны, а, наоборот, всемогущи, не в силах определить масштабы своих возможностей. Хотя мы не можем полностью контролировать свою биосферу, к сожалению, в наших силах разрушить ее, нарушить ее равновесие, чтобы она вышла из-под контроля и поглотила нас.

Славой Жижек, "Квантовая история: Новая материалистическая философия"

Читать полностью…

Всем привет! Как вы знаете, в последнее время @radioljubljana была малоактивна потому, что в жизни администрации происходило много чего и во многом мы забросили проект.

В прошлом году мы пытались перепридумать формат и сделать что-то, что работало бы, но в целом это требовало гораздо больше внимания, чем у нас на тот момент было.

Поэтому было принято стратегическое решение вернуться к тому формату, в котором изначально задумывался Zizek Daily (сейчас известный как Radio Ljubljana) - цитаты, кусочки текстов, переводы всего, что имеет так или иначе отношение к Люблянской школе.

Для мемов мы сделали отдельный канал, где теперь будем постить без комментариев, без контекста и без объяснения все, что нам интересно и относится к психоанализу, критике капитализма, исследованиям идеологии и политической и иной философии.

Итак, @radioljubljana (original motherfucka) возвращается к исконному формату.

Все прочее мы будем кидать в мусорный бак идеологии @ideology_can, чтобы вы, как любопытные еноты, могли в нем порыться и найти угощение себе по вкусу.

Нужно ли вам больше читать или больше смотреть картинки, теперь вы можете решить сами.

С 🍌, ваша администрация.

Читать полностью…

💥Дорогие коллеги! 25-26 февраля 2026 приглашаем вас к участию в конференции «Современность психоанализа: вызовы и горизонты»

👩🏻‍🎓Мы ждём заявки от практикующих психоаналитиков и/или исследователей, заинтересованных в критическом осмыслении границ психоаналитической теории, ее отношений с философским и политическим дискурсами, а также всех тех, кому есть что сказать о месте психоанализа в современности с ее вызовами и тупиками.

Для участия заполните Яндекс форму (ссылка)

Дедлайн подачи заявок: 31 января 2026

🪢Обсудим пределы применимости психоаналитической методологии, обратимся к месту и роли логико-топологического аппарата психоанализа в теории и практике, поговорим о современной клинике психоанализа, и, конечно, о взаимности и противоречиях психоанализа и философии.

Предусмотрено очное и онлайн участие

📅 Когда: 25-26 февраля 2026
📍 Где: Европейский университет в Санкт-Петербурге

Читать полностью…

Кабинет мечты для проведения анализов 😍

Читать полностью…

🌟🌟🌟Славой Жижек:

Нам следует перестать бояться, что когда мы уста­новим, что реальность является бесконечно делимой, бессубстанциальной пустотой в пустоте, «материя исчез­ нет». Цифровая информационная революция, биогене­ тическая революция и квантовая революция в физике — все знаменует повторные появления того, что я называю, за неимением лучшего слова, постметафизическим идеализмом.

Таким образом, следует раз­личать Ноль как коррелят онтологической множественности от ноля как часть не-части ситуации «(определенного) ноля» мира; оба связаны как до-символическое Реальное и реальное остатка/неконсистентносги сим­волического порядка. Это схоже с честертоновским пониманием того, как материалистическая борьба за полное утверждение ре­альности, против ее подчинения какому-либо «высшему» метафизическому порядку, доходит до высшей точки в потере самой реальности: то, что начиналось как ут­верждение материальной реальности, заканчивается сфе­рой чистых формул квантовой физики. Но является ли это на самом деле некоей формой идеализма? Так как ра­дикально-материалистический подход утверждает, что Мира нет, что Мир в своем Целом есть Ничто, материа­лизм не имеет ничего общего с влажной, плотной мате­рией: его настоящие действующие лица — скорее созведия, в которых материя, по-видимому, «исчезает», как чистые колебания суперструн или квантовые вибрации. Совсем наоборот — если мы рассматриваем сырую, инертную материю как нечто большее, чем воображае­ мый экран, то мы тайно поддерживаем некоторый вид спиритуализма, как в «Солярисе» Тарковского, в котором плотная пластичная материя планеты непосредственным образом воплощает Разум.

Этот «спектральный материа­лизм» имеет три различные формы: в информационной революции материя сводится к среде чисто оцифрован­ ной информации; в биогенетике биологическое тело сводится к среде воспроизведения генетического кода; в квантовой физике сама реальность, плотность материи, сводится к коллапсу виртуальности волновых колебаний (или в общей теории относительности материя сводится к последствию искривленности пространства). Здесь мы сталкиваемся с другим ключевым аспектом противопо­ставления идеализма/материализма: материализм не яв­ляется утверждением инертной материальной плотности в ее влажной тяжести — подобный «материализм» всегда может послужить в поддержку гностического спиритуа­листического обскурантизма.

Истинный материализм, напротив, радостно предполагает «исчезновение мате­рии», тот факт, что есть только пустота.

Читать полностью…

📺 Политические эмоции | в гостях Николай Нахшунов

Лавина событий, ежедневно влияющая на наши эмоциональные состояния, несётся неумолимо. Каждый день мы оказываемся единовременно участниками и наблюдателями. Мы пытаемся обуздать собственные состояния, однако снова и снова оказываемся под их влиянием.

Критические теории объявили переживаемые нами эмоции результатом условий жизни, общественных отношений и прочего, отрицающего какое бы то ни было личное чувствование.

Можем ли мы вернуть себе эмоции? Всё ли поглотила политика? И можем ли мы подвергнуть сомнению крепкую спайку между личным и политическим? Что об этом нам может рассказать политическая философия и современные исследования?

В гостях Николай Нахшунов, политический философ, участник проекта Post-Marxist studies.

Ваши лайки, подписки и комментарии очень поддержат нас 🧡

Читать полностью…

🤩🤩🤩Аленка Зупанчич:

Делёз формулирует это так: мотором вечного возвращения является одновременно производство повторения на основе различия и отбор различия на основе повторения. Принимая во внимание связь между различием и повторением, мы можем сказать, что ставка здесь сделана на повторение как внутренне различение ("очищение") Различия. В духе своеобразной политической карикатуры, то, как Делёз прочитывает Ницше в этом месте, может быть описано как "Сталин против Мао Дзедуна"; не "пусть растут тысячи цветов различий", а "пусть внутренне различение различий покончит со всеми ложными различиями в пользу единственного реального различия!". Действительно, делёзово отношение к различию в "Различии и Повторении" бесконечно далеко от современного политико-идеологического прославления различий с которым его философия часто ассоциируется.

Читать полностью…

💲💲💲Славой Жижек:

В последние несколько лет мы жили в постоянной предсобытийной ситуации, в которой как будто бы некий невидимый барьер вновь и вновь не допускал производства истинного События, возникновения чего-то Нового. Одним из причин возникновения этого невидимого барьера является позднейший идеологический триумф капитализма: каждый рабочий становится своим собственным капиталистом, «самому себе предпринимателем», решающим, сколько вложить в свое буду-щее образование, здоровье, и т. д., оплачивая эти вложения в долг. Право на образование, медицинскую помощь, жилье, и т. д. таким образом становится свободным решением вложения денег, находящимся на одном уровне с решением банкира или капиталиста вложить в ту или иную компанию, так что на этом формальном уровне каждый является капиталистом и становится должником, чтобы вкладывать деньги. Мы оказываемся на шаг дальше от формального равен-ства между капиталистом и рабочим в глазах закона: теперь они оба — капиталистические инвесторы, но между истинным капиталистическим инвестором и рабочим, вынужденным быть «самому себе предпринимателем», появляется та же самая разница в «физиономиях dramatis personae», которую, согласно Марксу, можно наблюдать, когда обмен между трудом и капиталом завершается: «один многозначительно посмеивается и горит желани-ем приступить к делу; другой бредет понуро, упирается, как человек, который продал на рынке свою собственную шкуру и потому не видит в будущем никакой перспективы, кроме одной: что эту шкуру будут дубить». И он прав — свобода выбора, навязанная ему, ложна и является самой формой его рабства.

Читать полностью…

🤪🤪🤪 Само Томшич:

...ризома...является попыткой Делеза и Гваттари не просто отказаться от понятия структуры, но дать название динамической структуре, которая не имеет ничего общего с трансцендентализмом структуры.

Это, разумеется, не означает, что ризома совпадает с лакановским «не-всем», но она представляет собой попытку сохранить систематический подход. Как настаивает Лесеркль, Делез не был слепым противником системы и не был несистематическим мыслителем. Он всего лишь стремился к децентрализованной и деиерархизированной системе, отсюда и выбор литературы в противовес лингвистике, Анти-Эдипа в противовес Эдипу или становления в противовес структуре. Лакан тоже полагал, что лингвистика принесла много вреда, но, в отличие от Делеза, он стремился «сконструировать лингвистику, которая относилась бы к языку более “серьезно”». Существующая лингвистика не относится к языку достаточно серьезно. Она либо сводит его к langue (Соссюр), отделяя структуру от становления, исключая темпоральность из структуры и устраняя речь из языка; либо обновляет органоническую концепцию языка (Хомский).

К этой разработке следует добавить проблематику, звучащую по-делезиански: «Но разветвляется ли язык до чего-то, что можно было бы признать в терминах некоторой жизни, – вот вопрос, который не мешало бы поставить перед лингвистами». Кажется, мы снова вернулись к дихотомии «абстрактная структура против живого опыта». Но так ли это на самом деле? Нельзя ли рассматривать введение языка в том смысле, который предложил Делез, а именно как именование нестабильности и неуравновешенности языка – того, к чему Лакан обращался через свою концепцию перечеркнутого Другого? Его упорное повторение того, что Другого не существует, указывает на парадокс в структуре, а именно на то, что она не настолько трансцендентна и отделена от тела и реального, как предполагают упрощенные прочтения структурализма.

Читать полностью…

, подписчик/подписчица @radioljubljana

Читать полностью…

🐈‍⬛🐈‍⬛🐈‍⬛Само Томшич:

Преимущественно виталистская и яростно критическая направленность «Анти-Эдипа» говорит о том, что Фрейд не смог предугадать позитивную, производительную и номадическую функцию желания. Возможно, он децентрировал психический аппарат, выдвинув триаду, состоящую из негативности, нехватки и метонимии, но это была лишь видимость бессознательного желания, которое впоследствии было рецентрировано, нормализовано, одомашнено с помощью эдипова семейного треугольника: Отец, Мать, Ребенок. Позитивность, производительность и номадизм отошли на второй план, и полиморфный характер субъекта был реинтегрирован в то, что Фрейд назвал Familienroman des Neurotikers, семейным романом невротика, и что Леви-Стросс описал как величайший миф Фрейда. Лакан, как говорят, последовал этому первородному фрейдовскому греху под видом его рационализации с помощью таких лингвистических понятий, как метафора, метонимия и структура, которым Делез и Гваттари сразу же противопоставили метаморфозу, номадизм и ризому. В рамках этих оппозиций основная задача шизоанализа состояла в том, чтобы выйти по ту сторону гипотезы Spaltung, негативной структуры, которая стала привилегированным отправным пунктом для всего структуралистского движения. Шизоанализ в таком случае означал бы психоанализ без негативности, растворение расщепления. Тем самым можно было бы осмыслить главное фрейдовское достижение – децентрацию мышления, по ту сторону концептуального треугольника, состоящего из фаллоса, кастрации и нехватки. Здесь можно отметить, что Лакан оставался скептически настроенным по отношению к подобным дихотомиям, которые всегда кажутся слишком хорошими, чтобы быть правдой. Однако остается открытым вопрос, действительно ли Делез и Гваттари имели в виду именно это и не могло ли последующее развитие учения Лакана предложить несколько иной взгляд на проблему.

Читать полностью…

Регулярно-непостоянная рубрика "Вставь Ремарку" - в комментариях продолжи высказывание знаменитого руфаша ⬇️

Читать полностью…

Странные времена порождают странных людей. Мы живем среди них и, возможно, сами в той или иной степени входим в их число. Алексей Соловьев и Ольга Календарева составили заметки на полях эпохи, описав героев текучей современности от Homo GPT и жителей карманных вселенных до людей, которые все психологизируют, готовятся к постапокалипсису и живут на пределе своих возможностей.

Читать полностью…