На Марс пока нельзя. Но нанотрубки могут это изменить
Вот проблема, о которой мало кто задумывается. Корпуса большинства космических кораблей сделаны из алюминия. Когда ионизирующее излучение — а в космосе его полно — ударяет в алюминий, он порождает вторичные нейтроны. То есть вместо того чтобы защищать экипаж, обшивка создаёт дополнительную опасность. С нынешними материалами безопасно долететь до Марса, по сути, невозможно.
Учёная из MIT Палак Патель работает над решением — нанотрубки из нитрида бора. Это крошечные цилиндрические структуры с полым ядром, которые обладают двумя ключевыми свойствами: они очень лёгкие и отлично блокируют радиацию. При этом не теряют в механической прочности — а для космических конструкций это критично.
Раньше NASA удавалось добавлять нитрид-борные нанотрубки в композитные материалы только в небольших количествах — 5–10% по массе. Благодаря методу синтеза, разработанному в лаборатории Брайана Уордла в MIT, Патель довела концентрацию до 50%. Разница колоссальная.
Работа ведётся не только в лаборатории. В мае 2025 года Патель провела эксперимент в условиях микрогравитации, на параболическом полёте, чтобы проверить, можно ли производить такие материалы прямо в космосе. Эксперимент удался, и образцы нанотрубок уже доставлены на МКС.
Кстати, сама Патель — человек с необычной биографией. Родилась в США, выросла в Индии. Сейчас заканчивает PhD и параллельно разрабатывает решения ещё для двух космических проблем — термозащиты при входе в атмосферу и борьбы с лунной пылью, которая ещё во времена «Аполлонов» прорезала скафандры и забивала оборудование.
@vselennayaplus
ПРЕМЬЕРА НОВОЙ "ВСЕЛЕННОЙ ПЛЮС"
Что самое сложное для людей в полётах к Луне? И как их преодолеть эти трудности?
Какая лунная программа была сложнее – «Аполлон» или «Артемида»?
И когда была лучше космическая техника – тогда или сейчас?
В новом выпуске канала «Вселенная Плюс» разбираются физик Алексей Семихатов и астроном Владимир Сурдин.
Пожалуйста, поставьте под видео лайк, так выпуск увидит больше людей:
https://youtu.be/h513C10qjqc?si=fAoHo9jSyB9TcksQ
https://youtu.be/h513C10qjqc?si=fAoHo9jSyB9TcksQ
https://youtu.be/h513C10qjqc?si=fAoHo9jSyB9TcksQ
Мир без пауков — вот что по-настоящему страшно
Посвящается всем арахнофобам. Сейчас будет неприятно, но интересно.
Два эколога из Университета Массачусетса решили выяснить, как обстоят дела с охраной насекомых и паукообразных в Северной Америке. Проанализировали данные по 99 312 видам. И вот что обнаружили: у 88,5% из них нет вообще никакого охранного статуса. Ни одного. Учёные буквально не знают, вымирают они или процветают.
Почти девять из десяти видов — в слепой зоне.
Проблема не в том, что эти существа не важны. Пауки, скорпионы, стрекозы, жуки — они опыляют растения, контролируют численность вредителей, служат индикаторами качества воздуха и воды. Без них экосистемы посыплются. Проблема в том, что на них никто не смотрит.
Вот панды, львы, тигры — у них международные программы защиты, фонды, документальные фильмы. А у пауков почти ничего этого нет.
Исследование выявило и любопытные закономерности. Внимание распределяется неравномерно: бабочки и стрекозы изучаются куда чаще — они красивые, их приятно фотографировать. Водные насекомые вроде подёнок и ручейников тоже на виду — их используют для мониторинга качества воды.
А вот паукообразные почти полностью выпадают из природоохранных программ.
@vselennayaplus
Провальный эксперимент изменил фармацевтику
Нам в редакции очень нравятся истории, когда ошибки и случайности приводят к открытиям. Рентгеновские лучи, пенициллин, виагра — всё это побочные продукты неудач. Вот ещё один яркий пример.
Докторант Кембриджа Дэвид Вэйхи тестировал фотокатализатор. В рамках контрольного опыта убрал его из реакции — просто чтобы подтвердить, что без катализатора ничего не произойдёт. А реакция взяла и сработала. Причём в некоторых случаях — лучше, чем с катализатором. Продукт на выходе выглядел как ошибка. Большинство бы его выбросило. Но Вэйхи решил разобраться.
И разобрался. Результат — новый тип химической реакции, опубликованный в Nature Synthesis. Команда назвала его «анти-Фриделя-Крафтса».
Чтобы понять масштаб — немного контекста. Классическая реакция Фриделя-Крафтса создаёт углерод-углеродные связи. Это фундамент органической химии, без которого не обходится разработка практически ни одного лекарства. Проблема в том, что классический метод требует агрессивных условий: токсичные реагенты, тяжёлые металлы как катализаторы, высокие температуры. Из-за этого реакцию приходится проводить на ранних этапах синтеза, а потом долго и мучительно достраивать молекулу до финального вида. Один маленький тест — и месяцы работы.
Кембриджский метод переворачивает эту логику. Вместо токсичной химии — LED-лампа при комнатной температуре. Свет запускает самоподдерживающуюся цепную реакцию, которая формирует новые углерод-углеродные связи в мягких условиях. Никаких дорогих катализаторов. Никаких ядовитых отходов.
Главное преимущество — теперь можно вносить точечные изменения в сложную молекулу лекарства на финальных стадиях разработки. Не разбирая её на части, не пересобирая с нуля. А в фармацевтике даже крошечная структурная правка может радикально изменить эффективность препарата или его побочные эффекты.
@vselennayaplus
Устройство в полмиллиметра объединяет свет 37 лазеров
Оптоволокно — основа современного интернета. Но чем больше данных нужно передать, тем больше мощности надо загнать в одну тонкую нитку. А это непросто: каждый лазер светит по-своему, лучи «расползаются», и при попытке собрать их вместе через линзы теряется яркость. Масштабировать такую систему — мучение.
Израильские учёные нашли элегантный выход. Они напечатали на 3D-принтере микроскопический оптический переходник — фотонный фонарь. Он собирает излучение от массива полупроводниковых лазеров и плавно «вливает» его в одно стандартное оптоволокно. Без потери яркости.
Размер устройства — 470 микрометров. Меньше половины миллиметра. При этом оно справляется с 37 лазерами одновременно, поддерживая до 222 пространственных мод в волокне. Потери — всего -0,8 дБ, это ничтожно мало для такого масштаба. Существующие системы на линзах на порядки крупнее и работают хуже.
Раньше фотонные фонари умели принимать только простые одномодовые источники. Здесь впервые удалось подключить мультимодовые лазеры — каждый работает сразу в шести модах. Именно это делает технологию по-настоящему масштабируемой.
Почему это важно? Мощные лазеры через оптоволокно — это промышленная резка и сварка, медицинское оборудование, дальняя оптическая связь. Везде, где нужно передать максимум энергии по тонкой нити, такой фонарь может заменить громоздкие и дорогие оптические системы.
@vselennayaplus
Коробку нельзя опустошить
В 1946 году физик Вольфганг Паули столкнулся с пугающим выводом из собственных расчётов. Получалось, что в абсолютно пустом пространстве заперто столько энергии, что её гравитация должна была разорвать Вселенную на части. Вселенная, очевидно, цела. Но энергия — никуда не делась. И вот уже почти 80 лет физики не могут объяснить, почему она «молчит».
Речь про так называемую энергию нулевой точки. Штука контринтуитивная. Казалось бы — охлади вещество до абсолютного нуля, убери все частицы, откачай поля. Должна остаться пустота. Но квантовая механика запрещает полный покой. Принцип неопределённости Гейзенберга не позволяет одновременно обнулить и положение частицы, и её скорость. Всегда остаётся какое-то «дрожание». Энергия, которую нельзя отнять.
Кстати, именно этим объясняется одна из странностей жидкого гелия — он не замерзает при обычном давлении, даже если температуру опустить почти до абсолютного нуля. Атомы гелия просто не могут «успокоиться» достаточно, чтобы выстроиться в кристаллическую решётку. Эйнштейн ещё в начале XX века использовал энергию нулевой точки для объяснения подобных явлений.
Но есть и более наглядное доказательство. Эффект Казимира. Берём две электрически нейтральные пластины, ставим рядом. Между ними ничего — ни заряда, ни магнитного поля. И они начинают притягиваться. Почему? Пластины «обрезают» часть колебаний электромагнитного поля в зазоре между собой. Снаружи колебаний больше, чем внутри — и эта разница энергий буквально сжимает пластины друг к другу. Предсказано в 1948-м, окончательно доказано в 1997-м.
А теперь самое головоломное. Физики описывают поля как бесконечный набор осцилляторов. У каждого — своя нулевая энергия. Бесконечное число осцилляторов означает бесконечную энергию. Обычно в физике это решается вычитанием — важны разности, а не абсолютные значения. Но с гравитацией этот трюк не работает. Отсюда и парадокс Паули, который до сих пор не разрешён.
И вот что в этом самое красивое. Вакуум — не отсутствие всего. В нём «зашита» информация о каждом возможном поле и каждой частице. Даже о тех, что мы ещё не открыли. Пустота, которая содержит потенциал стать чем угодно.
Коробку нельзя опустошить!
@vselennayaplus
Печень свиньи спасла человека
56-летний мужчина с острой печёночной недостаточностью. Донорского органа нет. Собственная печень отказывает. Времени — в обрез. Хирурги в китайском госпитале Сицзин решились на процедуру, которую до этого никогда не проводили на живом человеке.
Они подключили пациента к генетически модифицированной свиной печени. Не внутрь тела — снаружи. Через трубки, вшитые в вену на ноге, кровь мужчины перенаправлялась в свиной орган, тот фильтровал токсины и возвращал очищенную кровь обратно. По сути — внешний биологический фильтр, работающий вместо умирающей печени.
Свиная печень содержала шесть генетических модификаций: три свиных гена отключены, три человеческих — добавлены. Всё для того, чтобы иммунная система пациента не атаковала чужеродный орган. Печень поставила компания ClonOrgan Biotechnology из Чэнду.
Система проработала почти трое суток. За это время признаков отторжения не обнаружили, а функция собственной печени пациента начала улучшаться. Затем его отключили от перфузии — чтобы снизить риск инфекций. Через несколько дней мужчина получил донорскую человеческую печень и сейчас восстанавливается.
Подобные подключения к свиным органам проводились и раньше — но только на клинически мёртвых людях. То, что китайские хирурги провели процедуру на живом человеке — это выдающееся достижение.
@vselennayaplus
Мозг мухи ожил в симуляции
Полтора года назад на канале вышла новость про невероятный проект — учёные впервые полностью картографировали мозг плодовой мушки дрозофилы. Больше 125 000 нейронов, свыше 50 миллионов синаптических связей. Тогда в конце поста мы написали: мол, через пару лет наверняка появится технология, способная имитировать эту муху в виртуальном пространстве.
Предсказание сбылось.
Компания Eon Systems продемонстрировала то, чего раньше не делал никто — полная эмуляция мозга дрозофилы, управляющая виртуальным телом. Настоящая копия мозга, собранная нейрон за нейроном по данным электронной микроскопии — и она заставляет цифровое тело двигаться.
Как это устроено. Сенсорный вход поступает в эмулированный мозг, активность распространяется по всему коннектому, моторные команды уходят на выход — и виртуальная муха движется. Петля «восприятие — действие» замкнулась. Причём муха демонстрирует несколько разных типов поведения, порождённых собственной динамикой нейронных контуров.
До сих пор в этой области были либо мозги без тел, либо тела без мозгов. Дальше — больше. Следующая цель Eon — мозг мыши. Это 70 миллионов нейронов, в 560 раз больше, чем у мухи.
А за мышью маячит и человеческий мозг. Попробуем предположить, что такую симуляцию запустят через пару лет.
@vselennayaplus
В Лунном грунте вырастили нут
Ну, почти. Учёные из Университета Техаса вырастили и собрали урожай нута в имитации лунного грунта. Впервые для этой культуры.
Проблема вот в чём. Лунный реголит — это не почва. В нём нет микроорганизмов, нет органики. Зато есть тяжёлые металлы, которые вредят растениям. Выращивать что-то в таком материале напрямую — затея провальная.
Исследователи пошли хитрым путём. Сначала добавили в имитацию реголита вермикомпост — питательную смесь, которую производят красные калифорнийские черви, перерабатывая органические отходы. В условиях лунной базы черви могли бы компостировать остатки еды, хлопковую одежду и прочий мусор. Безотходное производство в космосе — звучит неплохо.
Затем семена нута обработали арбускулярной микоризой — грибами, которые срастаются с корнями и помогают растениям всасывать питательные вещества, одновременно блокируя поглощение тяжёлых металлов.
Результат: нут успешно рос в смесях с содержанием лунного грунта до 75%. При бóльших концентрациях растения гибли, но обработанные грибами — держались дольше. Ещё важная деталь: грибы прижились в реголите и продолжали работать, а значит, их достаточно внести один раз.
Главный вопрос — можно ли это есть. Пока неизвестно. Следующий этап — анализ урожая на содержание тяжёлых металлов и питательную ценность.
Кстати, проект начался на личные деньги двух учёных. Потом подключилось NASA с грантом.
@vselennayaplus
Мягкая робототехника добралась до кардиохирургии
Актуаторы Маккиббена — штука из мира робототехники. Мягкие пневматические «мышцы», которые сжимаются при подаче воздуха. Обычно их ставят в протезы и экзоскелеты. А команда из Университета штата Вашингтон встроила их внутрь стенок 3D-печатного сердца — и получила модель, которая “бьётся”.
Напечатана левая половина: предсердие, желудочек и митральный клапан. Актуаторы в стенках желудочка воспроизводят его сокращение, а клапан двигается благодаря подшитым нитям — они имитируют хорды, те самые сухожильные струны, которые в живом сердце не дают створкам выворачиваться наружу. Материалы мягкие, поведение — максимально приближенное к реальной ткани.
Для обратной связи внутрь встроены гибкие датчики давления. Они фиксируют перепады в камерах в реальном времени — можно изучать, как жидкость движется через модель при каждом «ударе».
Новая модель заточена под конкретную задачу: симуляцию пластики митрального клапана «край-к-краю» — процедуры, которая устраняет обратный ток крови через клапан. Хирург тренируется на копии, которая сжимается и качает жидкость, точно как при реальном кровообращении.
А поскольку модель печатается по данным томографии, её можно подготовить под анатомию конкретного пациента — шаг к по-настоящему персонализированной хирургической подготовке.
@vselennayaplus
Микроскоп, которого раньше не существовало
Представьте, что вы смотрите на живую клетку. Видите, как внутри снуют крошечные пузырьки, перестраиваются мембранные трубочки, работают молекулярные машины. И всё это — без единой флуоресцентной метки. Инженеры из Стэнфорда собрали прибор, который именно это и делает.
Называется он iISM — Interferometric Image Scanning Microscopy. Разрешение — 120 нанометров, это рекорд для безметочных методов. Примерно в 500 раз тоньше человеческого волоса.
Зачем отказываться от меток? Флуоресцентные красители «выгорают» со временем, могут менять поведение структур, которые подсвечивают, и позволяют наблюдать лишь несколько целей одновременно. iISM снимает все эти ограничения разом.
Принцип работы изящный. Лазер направляется на клетку, внутриклеточные структуры рассеивают часть света. Второй луч усиливает этот слабый сигнал. А дальше матричный детектор собирает десятки и сотни «точек зрения» на один участок — как бинокулярное зрение, только вместо двух глаз работают сотни. Алгоритмы сшивают всё в одно резкое изображение. При этом мощность лазера значительно ниже аналогов — клетка меньше повреждается, наблюдать можно дольше.
Прибор уже задействован в трёх коллаборациях: наблюдение за взаимодействием растительных клеток с грибами, отслеживание поглощения противоракового препарата и изучение эритроцитов при малярии.
@vselennayaplus
Альцгеймер начинается за 20 лет до диагноза. И его, кажется, можно остановить
Представьте: мозг уже болен, но вы об этом не знаете. Никаких симптомов, нормальная жизнь — а внутри нейронов уже запущен молекулярный таймер. Именно это и исследовали учёные Северо-Западного университета. И нашли кое-что неожиданное.
Оказалось, что токсичный фрагмент белка — амилоид-бета 42 — накапливается не где попало, а в конкретной точке: внутри синаптических везикул. Это крошечные «пузырьки», через которые нейроны передают сигналы друг другу. По сути, каждая наша мысль, движение и воспоминание проходят через этот механизм. И именно там, в этом узловом месте, всё начинает идти не так.
Самое странное открытие — это так называемый «парадоксальный этап». Прежде чем нейроны начинают гибнуть и появляется деменция, синаптические белки... накапливаются. Их становится больше, а не меньше. Мозг как будто перегревается перед тем, как сломаться.
Теперь о хорошем. Среди уже существующих препаратов нашлось средство, способное вмешаться в этот процесс на самом раннем этапе. Леветирацетам — дешёвый противоэпилептический препарат, одобренный FDA. Он связывается с белком SV2A и замедляет переработку везикульных компонентов. Это заставляет белок-предшественник APP дольше оставаться на поверхности нейрона — и не попадать на «фабрику» по производству токсичных фрагментов.
Анализ медицинских данных из Национального координационного центра по Альцгеймеру показал: у пациентов, принимавших этот препарат, промежуток между постановкой диагноза и смертью был заметно длиннее, чем у остальных групп. Эффект не гигантский — несколько лет — но статистически он есть.
Одна загвоздка: начинать пить препарат нужно за два десятилетия до первых признаков болезни. Когда деменция уже наступила — поздно, мозг прошёл через необратимые изменения.
Именно поэтому в первую очередь исследователи смотрят на людей с синдромом Дауна: у более чем 95% из них к 40 годам развивается ранняя форма Альцгеймера. Ген APP находится на той самой хромосоме, которая у них присутствует в трёх копиях. Это трагично — но для науки это редкая возможность изучить самое начало болезни в человеческом мозге.
@vselennayaplus
Учёные подсмотрели у вирусов трюк и сделали из ДНК перезаписываемую память
У ретровирусов есть хитрый механизм: при считывании генетического кода рибосома может «перескочить» на один нуклеотид и прочитать совершенно другой белок с той же самой РНК. Называется сдвиг рамки считывания. Исследователи из Университета Миссури взяли эту идею и превратили её в способ записи цифровых данных на молекулу ДНК.
Суть метода: к длинной нити ДНК-шаблону прикрепляются короткие фрагменты — микроскрепки. Скрепка длиннее на один нуклеотид — бит равен нулю. Короче — единице. Этот крошечный сдвиг меняет «контрольную последовательность» в точке считывания, и нанопоровый сенсор фиксирует разницу в электрическом токе. Ни синтеза ДНК, ни ферментов, ни химических меток — всё работает на простой гибридизации.
Но главный прорыв — перезапись. До сих пор ДНК-память была одноразовой: записал данные и забыл. Команда применила механизм вытеснения. Новая скрепка цепляется за свободный «хвостик» на шаблоне и выдавливает старую. Происходит при комнатной температуре, занимает минуты, эффективность — около 90%.
Тестировали на геноме вируса M13: 7219 нуклеотидов, 284 микроскрепки, из которых 29 несли информационные биты. Нанопора успешно считала 87% всех скрепок. Скорость чтения — около 10 бит в секунду. Плюс учёные показали мультинарную запись: один бит может хранить не два, а до шести значений, что кратно увеличивает плотность.
ДНК хранит информацию в трёх измерениях, а не на плоском чипе — отсюда фантастическая плотность. А поскольку носитель физический и не подключён к сети, он защищён от кибератак.
@vselennayaplus
Почему мята «холодная»? Впервые увидели, как это работает
Мята не снижает температуру. Мятная жвачка не охлаждает рот. И всё же — ощущение холода абсолютно реальное. Почему? Учёные знали ответ в общих чертах давно: виноват белок TRPM8, рецептор на мембранах сенсорных нейронов. Но как именно он переключается — оставалось загадкой. Теперь её решили.
Команда из Университета Дьюка впервые получила детальные структурные изображения TRPM8 в разных состояниях — от закрытого до открытого. Результаты представлены на 70-м ежегодном собрании Биофизического общества в Сан-Франциско.
Сначала — как работает настоящий холод. TRPM8 сидит в мембранах нервных клеток кожи, рта и глаз. Когда температура падает примерно до диапазона 8–28°C, канал открывается и пропускает ионы внутрь клетки. Возникает электрический сигнал, мозг интерпретирует его как «холодно». Простая и элегантная система.
А ментол — это, по сути, хак. Он цепляется к определённому участку белка и заставляет канал открыться — точно так же, как это делает холод. Мозг получает тот же сигнал, хотя температура не менялась.
Выяснилось, что холод и ментол активируют TRPM8 по-разному, но с перекрытием. Холод в основном меняет структуру поры — той части канала, через которую проходят ионы. Ментол связывается в другом месте и запускает цепочку структурных изменений, которые в итоге тоже открывают пору. А вместе — эффект усиливается синергически. Именно комбинация холода и ментола позволила учёным впервые зафиксировать канал в полностью открытом состоянии.
Практическое значение — прямое. Нарушения TRPM8 связывают с хронической болью, мигренями, синдромом сухого глаза и некоторыми видами рака. Уже существует FDA-одобренный препарат аколтремон — аналог ментола в форме глазных капель, который активирует этот путь для стимуляции слезоотделения.
@vselennayaplus
Веганские дети растут нормально. Доказано на 1,2 миллионов младенцев
Один из самых горячих вопросов в родительских чатах: можно ли растить ребёнка на растительной диете без вреда для его развития? Мнения обычно полярные, а данных — мало. Были маленькие исследования, отдельные случаи, много эмоций. Теперь появился масштаб.
Команда из Университета Бен-Гуриона совместно с Министерством здравоохранения Израиля проанализировала национальные медицинские записи почти 1,2 миллиона младенцев за десять лет — с 2014 по 2023 год. Израильская система мониторинга охватывает около 70% детей в стране, так что выборка — не лабораторная, а популяционная.
Что выяснили? К двум годам дети из веганских и вегетарианских семей растут практически так же, как дети на обычном питании. Вес, рост, окружность головы — различия есть, но они настолько малы, что клинически незначимы (z-score по стандартам ВОЗ меньше 0,2). А после поправки на вес при рождении разница становится ещё меньше.
Нюанс — в первые 60 дней жизни. В этот период у младенцев из веганских семей чуть чаще фиксировался недостаточный вес. Но к двум годам разница сглаживалась и переставала быть статистически значимой. Показатели задержки роста к 24 месяцам были низкими во всех группах: 3,1% у всеядных, 3,4% у вегетарианцев, 3,9% у веганов. Статистически значимых различий между группами не обнаружили.
Ведущий исследователь Керем Авиталь подчёркивает: в условиях развитых стран и при грамотном планировании рациона растительная диета не подрывает физическое развитие младенцев. Ключевые слова здесь — «грамотное планирование». Учёные отдельно отмечают важность нутрициологического консультирования во время беременности и в первые годы жизни ребёнка.
«При правильном подходе — всё в порядке». Разница принципиальная.
@vselennayaplus
Персональная мРНК-вакцина от рака — собранная не учёным, а программистом
Терапевтические вакцины от рака на основе мРНК — направление не новое. Над ними работают десятилетия, а после ковида технология получила мощный толчок (BioNTech, к слову, изначально создавалась именно для противораковых вакцин). Принцип: у каждой опухоли из-за мутаций появляются уникальные белки — неоантигены. Если закодировать их в мРНК и ввести пациенту, иммунная система научится распознавать раковые клетки и убивать их.
Загвоздка — вакцина должна быть строго персональной. Нужно секвенировать опухоль, сравнить с ДНК здоровой ткани, выделить мутации и из длинного списка отобрать те, что дадут самый сильный иммунный ответ. Последнее — самая наукоёмкая часть, тут нет простых правил.
Австралиец Пол Конингем прошёл весь этот путь для своей собаки Рози. Он не биолог — ИТ-предприниматель, аналитик данных. В 2024 году у Рози нашли множественные опухоли. Химиотерапия и операция не помогли, прогноз — от месяца до полугода.
Конингем начал с разговора с ChatGPT — и так вышел на концепцию мРНК-вакцин. Секвенирование опухолей заказал в Университете Нового Южного Уэльса за 3000 долларов. Анализ данных провёл сам — с помощью ChatGPT и AlphaFold для предсказания структуры белков. Нашёл кандидатов в неоантигены. Синтез мРНК и сборку препарата обеспечил Институт РНК того же университета.
Самым долгим этапом оказалась не наука, а бюрократия: этическая комиссия рассматривала заявку три месяца. Но в декабре первая инъекция состоялась. После вакцинации и бустера опухоли уменьшились, некоторые вдвое. Полного излечения нет — опухоль может адаптироваться за счёт генетической пластичности. Конингем уже работает над второй версией вакцины, нацеленной на резистентные новообразования.
Кстати, история наглядно показывает, как изменился мир за последние годы. Человек без профильного образования, вооружённый ИИ-инструментами, смог пройти путь от нуля до работающего экспериментального препарата. Не в одиночку, конечно — без учёных ничего бы не получилось. Но сам факт, что точкой входа стал диалог с чат-ботом... кажется, это что-то говорит о будущем.
@vselennayaplus
Doom — инструмент науки
В Nature вышла забавная статья о том, как легендарный шутер 1993 года стал полноценным научным инструментом. И нет, это не шутка.
Всё началось с мема. Фраза «Can it run Doom?» давно стала интернет-классикой — энтузиасты запускают игру на всём подряд: калькуляторах, цифровых тестах на беременность, тостерах. Но учёные пошли дальше шуток.
В прошлом месяце австралийская команда из биотех-компании Cortical Labs научила нейроны на кремниевом чипе играть в Doom. Живые нейроны. Выращенные в чашке Петри. Ещё в 2021-м эта же группа обучила нейроны играть в Pong, но Doom с его трёхмерным окружением — задача принципиально сложнее. Почему выбрали именно эту игру? Учёный Алон Лёффлер говорит прямо: «Интернет всегда спрашивает — а может ли оно запустить Doom?»
Биоинженер из MIT Лорен Рамлан зашла с другой стороны. Она заставила бактерии кишечной палочки отображать кадры из Doom. К клеткам прикрепили флуоресцентный белок, который включался и выключался — каждая бактерия работала как чёрно-белый пиксель (смотрите фото). Правда, по расчётам Рамлан, полное прохождение игры на таком «дисплее» заняло бы около 600 лет.
А в 2023-м Doom запустили на наноспутнике Европейского космического агентства OPS-SAT-1. Спутник подходил к концу миссии, и инженеры Жорж Лабреш и Олафур Вааге модифицировали код игры, чтобы проверить — не повредило ли космическое излучение бортовую электронику. Логика простая: если игра работает корректно, значит, схемы в порядке. Doom запустился. Всё работало.
Почему именно Doom, а не что-то другое? В 1997 году один из создателей игры Джон Кармак выложил исходный код в открытый доступ. Игра лёгкая, модифицируется под любую платформу, занимает минимум памяти. Идеальный инструмент для экспериментов.
Но за мемами скрывается кое-что поважнее. Игровой формат делает науку заметной. Инженер Лабреш признаёт: его команда проводила серьёзные спутниковые исследования, но ни одно из них не привлекло столько внимания публики, сколько эксперимент с Doom.
@vselennayaplus
Активность мозга впервые превратили в чёткое видео
Нейробиологи годами пытались восстановить изображение из мозговых сигналов. Получалось — но мутно, абстрактно, только статичные картинки. Новая работа, опубликованная в eLife, впервые преодолела этот барьер: из активности зрительной коры мыши воссоздали динамическое десятисекундное видео с точностью более чем вдвое выше предыдущих методов.
Технически всё начинается с записи. Мыши показывают фильмы, а в это время двухфотонная кальциевая визуализация фиксирует отклик тысяч нейронов в первичной зрительной коре — каждая вспышка флуоресценции соответствует нейронному разряду.
Затем данные обрабатывает ИИ-модель DNEM (dynamic neural encoding model). Принцип двухэтапный: сначала модель учится предсказывать реакцию нейронов на произвольное видео, потом процесс инвертируется — модель генерирует видео, которое вызвало бы записанную активность. Стартует с чистого серого кадра и оптимизирует его пиксель за пикселем на протяжении тысяч итераций.
Пиксельная корреляция результата с оригиналом — 0,57 (предыдущий рекорд для статики — 0,24). Качество обеспечил ансамбль из семи моделей: усреднение их реконструкций подавляет высокочастотный шум, который портил результат каждой модели по отдельности. Тесты на синтетических стимулах показали, что система честно упирается в пределы самого мышиного зрения — мелкие детали и очень быстрое движение ей не даются, и это ожидаемо.
Зачем это нужно за пределами лаборатории? Метод позволяет изучать, как мозг трансформирует реальность: что подчёркивает, что игнорирует, как предсказывает следующий кадр. В перспективе — понимание расстройств зрения, более точные нейроинтерфейсы для людей с параличом и, да, возможная визуализация воображаемых сцен у нас в голове.
@vselennayaplus
Замороженный мозг мыши сохранил механизмы памяти
Жидкий азот, минус 196 градусов, стеклоподобное состояние — и через восемь дней нейроны снова проводят сигналы. Это реальный эксперимент из Университета Эрлангена-Нюрнберга.
Главная проблема заморозки мозга всегда была в льде. Кристаллы протыкают мембраны нейронов, ломают синапсы — и после разморозки восстанавливать уже нечего. Команда Александра Германа обошла это через витрификацию: ткань охлаждают так быстро, что вода переходит в стеклоподобное состояние, минуя кристаллизацию. Молекулы застывают хаотично — как в оконном стекле — и структура клеток остаётся нетронутой.
Начали со срезов гиппокампа мыши — 350 микрометров толщиной. Обработка криопротекторами, быстрое охлаждение, хранение при -150 °C до семи дней. После разморозки — мембраны целы, митохондрии работают, нейроны реагируют на стимулы.
Потом перешли к целому мозгу. Протокол пришлось долго дорабатывать — мозг сжимался, криопротекторы давали токсичность. Но после восьми дней в витрифицированном состоянии гиппокампальные нейронные пути снова показали потенциацию. Правда, проверить, сохранились ли сами воспоминания мыши, пока невозможно — записи делались уже на срезах.
Почему это по-настоящему меняет расклад. Впервые показано, что после полной остановки молекулярной активности мозг может восстановить функциональность — не просто выжить на клеточном уровне, а сохранить работу нейронных цепей. Это открывает путь к банкам донорских органов с длительным хранением, к защите мозга при катастрофических повреждениях, к совершенно новому подходу в нейрохирургии.
До криосна по-прежнему далеко — крупные органы ставят другие задачи: неравномерный теплоотвод, механические напряжения, риск трещин. Но фундамент заложен.
@vselennayaplus
Легенды возвращаются
В День космонавтики
Физик Алексей Семихатов, астроном Владимир Сурдин и астрофизик Борис Штерн снова соберутся вместе и обсудят "ГЛАВНЫЕ ЗАГАДКИ ВСЕЛЕННОЙ".
Например, что за неуловимое вещество занимает большую часть Вселенной?
Существуют ли другие разумные цивилизации, кроме нашей?
И ждёт ли Вселенную новый Большой взрыв?
Публичная дискуссия пройдёт в особенный день – 12 апреля и в особенном месте – в московском киноцентре «Октябрь» на Новом Арбате, где проходят все самые громкие кинопремьеры.
КУПИТЬ БИЛЕТЫ
Мультивитамины замедляют старение?
Отношение к мультивитаминам в науке, мягко говоря, неоднозначное. Немало врачей считают подобные добавки обычными БАДами без реальной пользы. В медицинском сообществе для таких препаратов даже есть ёмкое словечко — «фуфломицины».
Однако свежее исследование в Nature Medicine может заставить скептиков как минимум задуматься.
Учёные из Бригамской женской больницы в Бостоне проанализировали образцы крови 958 здоровых людей средним возрастом около 70 лет. Часть из них два года ежедневно принимала мультивитамины, часть — плацебо. Кровь брали трижды: в начале, через год и через два.
Биологический возраст оценивали по так называемым эпигенетическим часам — это биомаркеры, которые отслеживают метилирование ДНК. Проще говоря, на определённых участках генома со временем накапливаются молекулярные «метки». Чем их больше (или меньше — зависит от участка), тем «старше» организм с биологической точки зрения. Причём биологический возраст может отличаться от паспортного — как в меньшую, так и в большую сторону.
Результат: у тех, кто принимал мультивитамины, маркеры старения замедлились примерно на четыре месяца по сравнению с контрольной группой. Эффект проявился на двух из пяти эпигенетических часов — именно тех, что связаны с риском смертности.
Самое интересное — сильнее всего эффект был у тех, кто уже биологически старел быстрее своего возраста. То есть витамины как будто тормозили именно ускоренное старение. Это ставит любопытный вопрос: мы просто замедляем процесс — или в какой-то мере обращаем его вспять?
Геронтолог Стив Хорват из Altos Labs, разработавший один из использованных эпигенетических часов, назвал исследование строгим и убедительным. Но и он, и авторы работы подчёркивают — пока рано связывать эти данные с конкретными клиническими результатами. Непонятно даже, почему именно витамины дают такой эффект, и не даст ли обычная здоровая диета тот же результат.
@vselennayaplus
Картошка фри с меньшим количеством масла — и без потери хруста
Наша любимая и непостоянная рубрика “Безумные исследования” пополнилась новым экземпляром. Учёные решили разобраться с проблемой жарки во фритюре (да, такая проблема есть).
Внутри картофеля полно крошечных пор, и поначалу они заполнены водой — масло туда не проникает. Но по мере нагрева вода испаряется, поры пустеют, и давление внутри становится отрицательным. Картошка начинает буквально всасывать масло, как соломинка втягивает напиток. По оценкам учёных, до 90% процесса жарки проходит именно в таком режиме — масло постоянно стремится внутрь.
Исследователи из Университета Иллинойса нашли способ это изменить. Идея — совместить обычную фритюрницу с микроволновым излучением.
Логика вот в чём. Обычный нагрев идёт снаружи внутрь. А микроволны проникают в толщу продукта и раскачивают молекулы воды повсюду одновременно. Это создаёт больше пара и сдвигает давление в положительную сторону — масло попросту не может просочиться в поры. Меньше масла, меньше калорий.
Но есть нюанс. Если жарить только микроволнами — картошка получается мягкой и невнятной. Хрустящую корочку даёт именно классический нагрев. Поэтому учёные предлагают комбинированный подход: обычная жарка обеспечивает текстуру и вкус, а микроволны снижают впитывание масла. Плюс — время приготовления сокращается.
Команда протестировала два диапазона частот — 2.45 ГГц (как в домашней микроволновке) и 5.8 ГГц. Картофельные полоски жарили в соевом масле при 180°C, отслеживая температуру, давление, текстуру и содержание масла. Результаты подтвердили: микроволновая жарка ускоряет потерю влаги и снижает количество впитанного масла.
А лучше, конечно, просто не употреблять картошку фри…
@vselennayaplus
Почему диабетические раны не заживают
131 миллион человек в мире страдают от хронических диабетических язв. Лечение обходится в $755 миллиардов ежегодно. Эти раны часто приводят к ампутации. И до сих пор медицина не до конца понимала, почему они так упорно не заживают.
Масштабный обзор наконец складывает картину воедино. Проблема — в иммунной системе, а точнее в том, как её клетки работают по времени.
В здоровом организме заживление — чёткий сценарий. Сначала нейтрофилы прибывают на место и уничтожают бактерии. Потом моноциты превращаются в макрофаги, которые переключаются из «боевого» режима (M1) в «ремонтный» (M2) — воспаление утихает, ткань восстанавливается. Каждый тип клеток работает в своё время.
При диабете этот сценарий ломается. Макрофаги застревают в воспалительном состоянии M1 и не переходят в режим починки. Нейтрофилы выделяют слишком много ферментов и разрушают ткань вместо того, чтобы помогать. Тучные клетки гиперактивируются и поддерживают хроническое воспаление. Дендритные клетки перестают убирать мёртвые клетки — те накапливаются и провоцируют новые волны воспаления. Даже Т-клетки, которые должны регулировать процесс, при диабете работают вяло и в недостаточном количестве.
По сути, рана оказывается в замкнутом круге: воспаление повреждает ткань → повреждённая ткань вызывает воспаление.
Хорошая новость — понимание механизма открывает дорогу к новым методам лечения. Учёные уже тестируют препараты, которые «переключают» макрофаги в режим M2, терапию стволовыми клетками и умные перевязочные материалы, доставляющие иммунорегулирующие вещества прямо в рану. Авторы обзора подчёркивают, что ключ — в правильном тайминге: каждый этап заживления требует своей терапии.
В будущем, возможно, лечение будет подбираться индивидуально — на основе иммунного профиля конкретной раны.
@vselennayaplus
Как одна клетка строит целый мозг
170 миллиардов клеток. Каждая — на своём месте, каждая знает свою роль. И всё это выросло из одной-единственной клетки. Как? Десятилетиями учёные считали, что клетки ориентируются по химическим сигналам — молекулярным «указателям», которые подсказывают: ты здесь, значит, становись нейроном такого-то типа. Но у этой теории есть серьёзная дыра.
Химические сигналы слабеют с расстоянием. Для маленькой группы клеток они работают отлично. А вот для миллиардов нейронов в глубине растущего мозга — уже нет. Клетка где-то в толще ткани просто не «слышит» далёкий химический маяк. И тем не менее оказывается ровно там, где нужно.
Нейробиологи из лаборатории Колд-Спринг-Харбор предложили неожиданно простое объяснение. Дело в родословной клеток.
Постдок Стэн Керстьенс приводит наглядную аналогию. Подумайте, как люди расселяются по стране на протяжении поколений. Дети обычно живут недалеко от родителей, внуки — недалеко от детей. Через несколько поколений потомки одной семьи занимают целый район. Никакого центрального планирования — просто каждый держится ближе к своим.
В мозге, похоже, действует тот же принцип. Клетки-потомки одного предшественника остаются рядом друг с другом. Позиционная информация передаётся не через дальние химические градиенты, а через само родство — по цепочке делений. Как выразились авторы исследования: здесь нет «генерала», который командует сверху. Есть локальные группы, которые дробятся и наследуют состояние своих предков.
Команда проверила гипотезу математическим моделированием, затем проанализировала экспрессию генов в мозге мышей и подтвердила результаты на рыбках данио — чтобы показать, что механизм работает в мозгах разного размера.
Авторы считают, что этот же принцип может быть применим к росту опухолей и даже к проектированию самовоспроизводящихся ИИ-систем.
@vselennayaplus
Четыре килобайта до Луны
В 1969 году компьютер, который довёл Apollo 11 до лунной поверхности, работал на тактовой частоте 1,024 МГц. У него было 4 КБ оперативной памяти и 72 КБ постоянной. Программный код буквально вшивали в магнитные сердечники — каждый бит «прошивался» проволокой вручную. Изменить софт после сборки было практически невозможно.
Для понимания масштаба: оперативной памяти Apollo Guidance Computer не хватило бы, чтобы сохранить одно сообщение в мессенджере. Весь объём хранилища — меньше одной фотографии с современного смартфона. При этом именно эта машина рассчитывала траекторию, управляла двигателями и корректировала курс в реальном времени.
С тех пор прошло больше полувека. Современный смартфон превосходит бортовой компьютер Apollo по вычислительной мощности примерно в сто тысяч раз. По объёму оперативной памяти — более чем в миллион раз. Даже USB-зарядка с контроллером внутри — и та мощнее лунного компьютера. А что тогда говорить про смартфоны, которые мы носим в кармане каждый день?
На днях стартовали продажи iQOO 15R — и если сравнивать с Apollo, цифры выглядят почти комично. Snapdragon 8 Gen 5 на 3-нм техпроцессе с тактовой частотой 3,8 ГГц — это примерно в 3700 раз быстрее по частоте, чем компьютер, который сажал людей на Луну. Оперативной памяти — 12 ГБ, то есть в три миллиона раз больше. Хранилище — до 512 ГБ.
И всё это не в шкафу размером с чемодан, а в корпусе шириной 74,42 мм и толщиной меньше 8 мм. С кремниевым аккумулятором на 7600 мАч, испарительной камерой охлаждения на 6500 мм², дисплеем яркостью до 5000 нит и защитой IP68/IP69.
Инженеры MIT в 69-м, наверное, не поверили бы, что через полвека такая вычислительная мощность будет помещаться в карман — и использоваться, чтобы играть в PUBG по дороге на работу.
Почему после ковида пропадает вкус — и не возвращается
Вкусовые рецепторы обновляются каждые две-четыре недели. Полная перезагрузка. Казалось бы, даже если ковид что-то сломал — через месяц всё должно восстановиться. Но у некоторых людей вкус не вернулся и спустя годы. Учёные наконец нашли конкретную причину.
Исследователи из Университета Колорадо и двух шведских университетов изучили 28 человек, которые жаловались на нарушение вкуса больше года после перенесённого ковида. Взяли биопсию вкусовых сосочков у 20 из них — и обнаружили кое-что интересное.
Внутри вкусовых клеток оказался пониженный уровень белка PLCβ2. Этот белок работает как усилитель сигнала — он берёт слабый химический «намёк» от еды и превращает его в чёткий импульс для мозга. Когда PLCβ2 мало, сигнал просто не доходит в полную силу. Мозг буквально не слышит, что вы едите.
Причём пострадали не все вкусы одинаково. Сладкое, горькое и умами — ослабли. А вот солёное и кислое у большинства участников сохранились. Логично: эти два вкуса используют совершенно другие сигнальные механизмы, которые от PLCβ2 не зависят.
Но молекулярными сбоями дело не ограничилось. Под микроскопом у части пациентов обнаружили структурные изменения — вкусовые сосочки выглядели дезорганизованно. То есть проблема двойная: и сигнал слабый, и сама «архитектура» рецепторов нарушена.
Учёные подчёркивают — пока неизвестно, обратимы ли эти изменения полностью и можно ли их как-то лечить. Работа продолжается.
Кстати, а у вас восстановился вкус после ковида? Или до сих пор что-то ощущается не так? Делитесь в комментариях!
@vselennayaplus
Как придумали канал "Вселенная Плюс"
Как продюсер и автор идеи канала, продолжаю рассказ о том, как придумывалась и делалась "Вселенная Плюс".
Начало рассказа - здесь,
продолжение - читайте тут.
Итак, стало понятно: было бы очень здорово сделать YouTube-канал, где ведущими будут одновременно Владимир Сурдин и Алексей Семихатов.
Но что этот канал будет из себя представлять?
Я понимал: темы, касающиеся космоса, конечно, хороши. И помогут каналу стартовать со второй космической скоростью. Но набор этих тем ограничен. Да и чем в этом случае продукт будет принципиально отличаться от «Неземного подкаста»?
А что, если звать в гости представителей других наук, других областей знаний? Учёные будут говорить с другими учёными и просветителями. Наверняка, такие беседы будут заметно глубже, чем с обычным журналистом. А искреннего, почти детского, любопытства и желания узнать больше об окружающем мире (эх, вот бы это словосочетание всегда было актуальным!) нашим ведущим точно не занимать.
Владимир Георгиевич и Алексей Михайлович согласились на новую затею. С первым нас к этому моменту уже связывала многолетняя совместная работа над «Неземным подкастом». А второй, кажется, на примере пары совместных записей понял: получается что-то новое и интересное, зрителям это интересно, а организация - на уровне.
Чтобы проверить новый формат, на первую запись я предложил пригласить учёного максимально далёких интересов. Что находится на противоположном полюсе от космонавтики? Что традиционно противостоит физике? Лирика! Я позвал в гости лингвиста Игоря Исаева и предложил поговорить об языке и словах.
Так что первая, пробная, прото- «Вселенная Плюс» вышла ещё в рамках «Неземного подкаста". Вы можете и сейчас посмотреть её, набрав в поиске YouTube: «Сурдин, Семихатов, Исаев показывают язык Вселенной».
Просмотров было не так много, как у парных выпусков Сурдина и Семихатова. Уж слишком неожиданной была лингвистическая тема для космического канала.
Но мы были уверены: всё получится. Наш поезд (который появится чуть позже) уже было не остановить.
А название канала родилось чуть позже: «Вселенная Плюс».
То есть разговоры о космосе, и не только. Но хотелось вложить и другой смысл: больше, чем Вселенная. Как говорили в одном старом фильме: «чемпион мира и окрестностей». Проект был готов к старту. Но чего-то не хватало. Хотелось сделать яркий, заметно отличающийся от остального научно-популярного контента проект.
Но как? Это ещё предстояло придумать.
Продолжение следует.
Подписывайтесь на канал продюсера "Неземного подкаста" и "Вселенной плюс": /channel/producerpodcastov
Покемонам 30 лет. И о них пишет Nature
Честно говоря, мы никогда бы не подумали, что в Nature — одном из самых престижных научных журналов мира — выйдет статья, посвящённая... покемонам. Но вот она, и внутри — куда больше науки, чем можно ожидать.
27 февраля 1996 года геймдизайнер Сатоси Тадзири выпустил первые игры Pokémon для Game Boy. Его детское увлечение коллекционированием насекомых превратилось в глобальный феномен. А ещё — в неожиданный источник вдохновения для настоящих учёных.
Энтомолог Спенсер Монктон из Университета Гуэлфа в Канаде подмечает: механика покемонов — это буквально то, чем занимается таксономист. Ловишь, классифицируешь, изучаешь. Во время работы в Чили Монктон обнаружил восемь новых видов пчёл. Один из них — с вытянутой мордочкой, похожей на драконью — он назвал Chilicola charizard. В честь того самого Чаризарда.
И это не единственный случай. Род летающих рептилий Aerodactylus получил название в честь покемона Аэродактиля в 2014 году. С 22 мая в Филдовском музее Чикаго откроется выставка, где покемонов разместят рядом с реальными окаменелостями, послужившими для них прототипами — включая знаменитого археоптерикса, который вдохновил покемона Археопса.
Покемоны оказались полезны и в образовании. Ещё в 2002 году опрос британских школьников показал, что дети узнают больше покемонов, чем видов местной дикой природы. Учёных это, мягко говоря, расстроило — и они создали карточную игру Phylo, вдохновлённую покемонами, но с реальными экосистемами. Игроки строят пищевые цепочки, создают устойчивые биомы и учатся, как нефтеразливы и изменение климата их разрушают. Исследование 2019 года показало, что студенты, игравшие в Phylo, запоминали больше видов, чем те, кому показывали обычные слайды.
А вот энтомолог Матан Шеломи из Тайваня использовал покемонов для борьбы с хищническими журналами — теми, что берут деньги за публикацию без рецензирования.
Он писал фейковые статьи с вымышленными соавторами. Например, с профессором Сэмюэлем Оуком. И отправлял их в подозрительные журналы. Несколько «исследований» были опубликованы — в том числе работа о качестве воздуха в вымышленном городе Гринги и о седативных свойствах Джигглипаффа.
@vselennayaplus
А что если материя — иллюзия?
Наткнулись на необычное исследование. Безусловно спорное, но настолько любопытное, что не поделиться было невозможно.
Мария Стрёмме — профессор материаловедения в Уппсальском университете, Швеция. Человек, который всю карьеру изучал материю на наноуровне. И вот она публикует в журнале AIP Advances теоретическую работу, в которой утверждает: материя — не фундамент реальности, а её следствие. Первично — сознание.
Подождите закрывать пост. Тут интересно.
Стрёмме предлагает квантово-механическую модель, в которой сознание — это базовое поле, из которого возникают время, пространство и материя. Не мозг порождает сознание, а наоборот — индивидуальные разумы являются проявлениями единого, общего поля. В такой картине мира явления вроде телепатии или околосмертного опыта — не мистика, а потенциальные следствия взаимосвязанности этого поля.
«Я материаловед и инженер. Я привыкла считать материю чем-то фундаментальным, — говорит Стрёмме. — Но согласно этой модели, материя вторична. Многое из того, что мы воспринимаем, — представление или иллюзия».
Она подчёркивает, что не уходит в эзотерику — модель описана математическим языком физики. И проводит параллель: когда-то люди верили, что Земля плоская, потом — что Солнце вращается вокруг Земли. Каждый раз новая модель казалась безумной, пока не становилась нормой. Стрёмме считает, что мы можем стоять перед похожим сдвигом.
Работа содержит предсказания, которые в принципе можно проверить — в физике, нейронауке и космологии. Также модель предполагает, что индивидуальное сознание после смерти не исчезает, а возвращается в общее поле — и это описано через квантовую механику, а не через религиозный язык.
Заблуждение, красивая спекуляция или просто попытка получить грант – непонятно. Но сама постановка вопроса — захватывает.
@vselennayaplus
Звезда, которая исчезла
Совсем недавно в журнале Science опубликовали кое-что поразительное. В галактике Андромеды пропала звезда. Просто — была и нет. Никакого взрыва сверхновой, никакого космического фейерверка. Массивный сверхгигант M31-2014-DS1, который когда-то был в 13 раз тяжелее Солнца, тихо схлопнулся в чёрную дыру.
Самое удивительное — это произошло ещё в 2014-м. Данные спокойно лежали в публичных архивах NASA больше пяти лет, и никто ничего не замечал. Пока группа астрономов не начала копаться в старых инфракрасных снимках, сопоставлять яркость по годам и буквально реконструировать гибель звезды по оставленным следам.
Они собрали данные с десятка телескопов за 18 лет — и восстановили полную картину того, как ядро звезды сдалось гравитации, а внешние слои медленно закрутились вокруг новорождённой чёрной дыры, словно вода в воронке.
По сути, учёные провели реверс-инжиниринг космического масштаба. Разобрали событие на части, чтобы понять механизм, который раньше существовал только в теории.
А ведь так работает вообще всё познание. От советских инженеров, которые в условиях тотального дефицита разбирали трофейную электронику, чтобы создать собственные ЭВМ, до современных специалистов по кибербезопасности, которые вскрывают чужой код, чтобы, повторив путь хакера, найти уязвимости и устранить их. Разобрать, чтобы понять. Понять, чтобы создать что-то своё — кажется, в этом вся суть инженерной мысли.
Собственно, к чему всё это. Недавно вышел фильм «Как получить доступ ко всему: реверс-инжиниринг». Документалка о людях, для которых «разобрать» — это способ мышления. Там и история отечественной инженерной школы, и эксперты из индустрии, и по-настоящему интересный взгляд на профессию, которую называют одной из самых востребованных в tech на ближайшие десятилетия.
После просмотра начинаешь иначе смотреть на любую технологию — не как на загадку, а как на замысел, который можно разобрать и переосмыслить. Фильм в открытом доступе!
@vselennayaplus
