4463
Институт международных исследований МГИМО: исследования, аналитика и прогнозы ведущих российских экспертов по международной тематике.
🏔 В Центре знаний «Машук» завершилась программа «Кавказский диалог — 2026»
26 июня — 3 июля в Пятигорске на площадке Центра знаний «Машук» состоялась научно-образовательная программа Фонда поддержки публичной дипломатии имени А.М.Горчакова «Кавказский диалог — 2026».
В этом году она объединила 50 молодых специалистов из 10 стран, которые вместе с ведущими экспертами обсуждали Кавказ — регион, находящийся на пересечении интересов мировых центров силы. Научным руководителем «Кавказского диалога — 2026» выступил директор Института международных исследований МГИМО Максим Сучков.
Научно-образовательную программу предваряла двухдневная экспертная сессия, посвящённая вопросам безопасности и устойчивого развития Южного Кавказа, влиянию современных конфликтов на региональную архитектуру, экономическому сотрудничеству, роли внешних игроков и взаимодействию государств региона со странами Ближнего Востока.
Отдельная лекция научного руководителя программы Максима Сучкова была посвящена теме «Турбулентность как норма? Модальности формирующегося миропорядка». В выступлении эксперт рассмотрел ключевые характеристики современной международной среды, факторы нестабильности и особенности формирующейся многополярности.
«Кавказский диалог» — ежегодная научно-образовательная программа Фонда Горчакова, созданная для развития международного сотрудничества и обсуждения геополитических, экономических и социальных процессов в Кавказском регионе.
🇺🇸 Циничная утопия с продолжением: холодная война, многополярность и окно возможностей для России. Часть 2
Продолжаем публиковать ключевые тезисы интервью директора Института международных исследований МГИМО Максима Сучкова журналу «Историк», посвящённого 250-летию США.
Во второй части — о мифе победы Америки в холодной войне, новой трактовке многополярности в Вашингтоне и о том, что сегодня может быть содержанием российско-американских отношений.
▪В американской политической мифологии Рональд Рейган остаётся человеком, который «победил» Советский Союз. Аргументы о внутренних причинах распада СССР или о роли советского руководства в реформировании системы для массового восприятия значения почти не имеют: важен «счёт на табло», а он, как полагают в США, оказался в пользу Америки.
▪Представление о победе в холодной войне лежит в основе внешнеполитического позиционирования США. Для относительно молодого государства это главный опыт успешного великодержавного противостояния: не коллективная победа на одном фронте, а единоличная, системная, глобальная победа над иной идеологической моделью развития.
▪Именно поэтому разговоры о «новой холодной войне с Китаем» в американских СМИ не случайны. Для США это отсылка к позитивному историческому опыту — если удалось победить Советский Союз, значит, можно «повторить» и с Китаем.
▪Когда Марко Рубио говорит, что однополярный мир был аномалией, а многополярность является нормой, он вкладывает в это не российское понимание многополярности. Для администрации Трампа однополярный мир плох не потому, что американское доминирование создавало кризисы, а потому, что, по их мнению, союзники получали от этой системы больше, чем сами США.
▪Трамп разделил понятия лидерства и доминирования. Он хочет, чтобы Америка сохраняла доминирование в ключевых областях, но не стремится быть лидером в прежнем смысле — то есть брать на себя ответственность за вопросы, в которых США не видят прямой выгоды. Новая логика проста — если союзники хотят пользоваться благами американского всесилия, они должны платить.
▪Для России вопрос о том, что такое Америка сегодня, должен стать центральным при выработке новой философии отношений с США. Россия хорошо понимает, чего она не хочет от Вашингтона: расширения НАТО, втягивания Украины в западный пояс влияния, вмешательства во внутренние дела и дела близких партнёров. Но не менее важно сформулировать, чего Россия хочет от США в позитивном смысле.
▪Без участия США невозможно решать вопросы стратегической стабильности, нераспространения ОМУ и ряд крупных глобальных проблем. Кроме того, без американского участия вряд ли возможна нормализация отношений России с Европой. При всех сложностях лучшего шанса на снижение числа конфликтных сюжетов, чем при Трампе, в ближайшей перспективе у России может не быть — как минимум до 2028 года, а возможно, и до 2030-го.
🎙🌐 Игра в Ассоциацию: куда влекут АСЕАН соседние гиганты — подкаст с Екатериной Колдуновой @aseancentremgimo:
▪На разных этапах существования АСЕАН страны региона удерживали вместе разные факторы. В 1967 году логика создания Ассоциации была прежде всего антикоммунистической: Таиланд, Сингапур, Индонезия, Филиппины и Малайзия стремились усилить друг друга и найти вариант коллективного выживания в международных отношениях.
▪Страх перед коммунизмом имел и внешнее, и внутреннее измерение. Самым значимым «другим» для стран-основательниц была прежде всего Китайская Народная Республика, а уже во вторую очередь — Советский Союз. При этом внутри самих стран Юго-Восточной Азии действовали коммунистические партии, многие из которых были серьёзными социальными силами.
▪У создания АСЕАН был и важный внутренний драйвер: через международную организацию страны стремились легитимировать свои политические режимы и показать альтернативу тем группам населения, которые поддерживали коммунистов. Позднее удерживающим фактором стала камбоджийская проблема, вокруг которой АСЕАН усиливала свою региональную роль.
▪После распада биполярной системы возник новый страх — не коммунистической экспансии, а угрозы остаться никому неинтересными. В этих условиях источником вдохновения стали идеи региональной интеграции и стремление утвердить центральную роль АСЕАН, выстроив такую систему внешних связей, при которой внешние игроки были бы заинтересованы в сотрудничестве с Ассоциацией.
▪Юго-Восточную Азию можно рассматривать как исторический регион, где воспроизводятся типологически близкие социальные структуры — особенности семьи, образования, социальных отношений, нежёсткая иерархичность связей и подвижность пространства. При этом вопрос о том, можно ли считать АСЕАН цивилизационной общностью, остаётся открытым: регион сочетает религиозный синкретизм и доминанты разных религий.
▪Внутри АСЕАН есть несколько стран с амбициями регионального лидерства. Индонезия выделяется демографическим потенциалом и масштабом, Таиланд исторически играл важную роль в период камбоджийской проблемы, Вьетнам после вступления в АСЕАН демонстрирует стремление двигаться вперёд, Сингапур остаётся «тихим» и теневым лидером, Малайзия также претендует на более заметные позиции.
▪Регион уже является ареной противоборства США и Китая, но страны АСЕАН стараются поддерживать динамичный баланс. Китай часто предлагает конкретные инфраструктурные решения, тогда как Соединённые Штаты делают ставку на рамочные инициативы и государственно-частное партнёрство, которое не всегда приводит к практическим результатам. Для России важны культурное, образовательное и экспертное сотрудничество — итоги саммита в Казани показывают, что в этом направлении уже начинается движение.
🇺🇸🏙 Многоэтажная Америка: жизнь в мегаполисах США становится всё сложнее — статья Максима Сучкова @postamerica:
▪Американские мегаполисы долгое время были идеальной декорацией для рассказа о мрачном будущем. Детройт, Лос-Анджелес, Нью-Йорк и Чикаго в кино 1980–1990-х годов становились пространством постиндустриального упадка, уличной преступности, корпоративной жадности и социальных страхов.
▪В 1990-е уличная преступность действительно была бичом крупных городов США. Майами считался лидером по насильственным преступлениям, Вашингтон — «столицей убийств» в относительных показателях, а Нью-Йорк — в абсолютных: ежегодно там происходило свыше 2100 убийств.
▪Нью-Йорк и, в частности, Гарлем стали примером того, как американские власти пытались бороться с криминалом через джентрификацию. Район стал безопаснее, туда пришли частные застройщики, крупные бренды, новые жители и средний класс, но вместе с этим изменилась его социальная и расово-этническая структура, а старожилы заговорили о размывании уникальной идентичности района.
▪По сравнению с 1990-ми уровень преступности во многих американских городах заметно снизился: в целом по стране — на 46%, а в Нью-Йорке — на 87%. Однако с ростом населения в мегаполисы пришли другие проблемы — недоступность жилья, износ инфраструктуры, коммунальные расходы, вывоз мусора и ухудшение качества городской среды.
▪Главной проблемой современных мегаполисов остаются цены на покупку и аренду жилья. С 2020 года аренда в США выросла на 30,4%, тогда как зарплаты — только на 20,2%, а цены на недвижимость в среднем подскочили на 50%. Особенно тяжело приходится молодым выпускникам с образовательными кредитами: даже при хорошей работе аренду и долги ещё можно оплачивать, но о покупке жилья часто не приходится мечтать.
▪На этом фоне растёт число бездомных: с 580 тысяч человек в 2020 году до 770 тысяч в 2024 году. Причины — недоступность жилья, прекращение части дотаций после пандемии, рост числа нелегальных мигрантов и последствия чрезвычайных ситуаций. Особенно заметен рост бездомности среди семей с детьми, а также среди людей с наркотической зависимостью и психическими расстройствами.
▪Над всеми этими проблемами нависает износ городской инфраструктуры. Детройт остаётся одним из главных примеров — значительная часть дорожной сети находится в бедственном состоянии, водопроводные магистрали регулярно прорываются, мосты стареют, а качество воды вызывает опасения. Чикаго, в свою очередь, сохраняет репутацию криминальной столицы США и демонстрирует тревожные признаки общего самочувствия страны — высокий уровень убийств, расовую сегрегацию, имущественное неравенство и высокие налоги на недвижимость.
🌐 Центральная Азия: исторические мифы и политическая реальность — интервью с Александром Князевым @orientalreviewAK:
▪История является неотъемлемой частью более широкого информационного пространства — событие существует в публичной памяти, если оно зафиксировано. В странах Центральной Азии многие факты и события недавней истории игнорируются национальными историографиями либо не получают необходимого внимания и оценки.
▪Постсоветское историческое знание в странах Центральной Азии в высокой степени сервильно — оно обслуживает интересы новых властных элит и по-своему понимаемые национальные цели. Поэтому недавняя история обрастает мифами не меньше, чем история более отдалённых времён.
▪Развал СССР и необходимость строить самостоятельные государства стали для республик Средней Азии и Казахстана неожиданностью. Одной из первых задач новых государств стала консолидация общества и формирование новых наций с новой идентичностью, а история в любом случае является частью этой идентичности.
▪Новые государства пошли по пути поиска древних истоков собственной государственности: в Таджикистане — через династию Саманидов, в Узбекистане — через образ Амира Тимура, в Киргизии — через упоминания в китайских источниках, в Казахстане — через Казахское ханство и Золотую Орду. Такой процесс можно считать «болезнью роста», но он содержит риски, если прошлое интерпретируется через травмы, претензии и исторические обиды.
▪Рост антироссийских настроений в Казахстане во многом связан с событиями на Украине и мифом о российских претензиях на так называемые северные территории, запущенным ещё в начале 1990-х годов. В Киргизии, Таджикистане, Туркменистане и Узбекистане восприятие России как угрозы остаётся скорее уделом не очень широкого круга сторонников демократии по западным образцам.
▪Многовекторность во внешней политике по своей сути не стратегична. Это искусство лавирования в условиях, которые создаются внешними акторами, и постоянный риск оказаться перед необходимостью выбора между партнёрами. Глобальная турбулентность расширяет возможности для манёвра, но одновременно многократно повышает риски.
▪Молодые республики Центральной Азии избежали экономического коллапса благодаря советскому заделу — от промышленности и транспортной инфраструктуры до подготовленных кадров и геологоразведки, предпринимательской активности населения, внешним инвестициям и отсутствию заинтересованности внешних игроков в хаотизации региона. Разговоры о региональном лидерстве Казахстана или Узбекистана во многом абстрактны и могут быть деструктивны для интеграции и укрепления единства Центральной Азии.
🏔 Открытие «Кавказского диалога — 2026» в Центре знаний «Машук» — приветственное слово научного руководителя программы, директора Института международных исследований МГИМО Максима Сучкова
Читать полностью…
🗣 В ИМИ прошла конференция по проблемам Организации тюркских государств
25 июня в Институте международных исследований состоялась конференция «Организация тюркских государств: стратегии Турции и пространство для манёвра России». Мероприятие прошло в формате ситуационного анализа.
Со вступительным словом к участникам обратился кандидат исторических наук, заместитель директора ИМИ Александр Чечевишников. В работе конференции приняли участие представители подразделений МГИМО, Института востоковедения РАН, ИМЭМО РАН и НИУ ВШЭ.
Модератором ситуационного анализа выступил кандидат исторических наук, руководитель программы перспективных азиатских исследований «Новое востоковедение» Павел Шлыков. Организационное сопровождение мероприятия обеспечили научные сотрудники ИМИ Адлан Маргоев, Кирилл Суриков и Александр Люльчак.
Проведённый ситуационный анализ продолжил серию мероприятий востоковедной программы ИМИ, посвящённых актуальным вопросам международных отношений в Азии. Такие встречи направлены на консолидацию усилий исследователей и практиков и создают основу для комплексного понимания динамики в ключевых странах и субрегионах Азии.
🌐 25 лет ШОС: достижения, проблемы, взгляд в будущее — дискуссия с участием Юлии Никитиной:
▪Ключевой вопрос для будущего ШОС — эффективность. При этом вариант «малых коалиций» по вопросам low politics может не вывести организацию из риска «СНГизации», а, напротив, воспроизвести практику договорённостей между ограниченным числом государств по отдельным вопросам.
▪ Расширение часто воспринимается как главный критерий эффективности ШОС и БРИКС: если организация расширяется, значит, она востребована. Но эффективность можно понимать и иначе — как способность ШОС быть механизмом региональной социализации, где малые и большие страны с разными культурами регулярно встречаются, разговаривают и вырабатывают привычку к диалогу.
▪Оценить эффективность ШОС извне крайне сложно. Доступная экспертам информация, как правило, носит административно-отчётный характер — стороны встретились, обсудили, приветствовали инициативу. Без работы внутри структур ШОС или профильных министерств невозможно увидеть, как эти механизмы функционируют на практике.
▪ШОС не стоит рассматривать только через призму институтов. Вокруг организации сложилась широкая сеть диалоговых форматов — рабочих групп, регулярных встреч и отраслевых инициатив. Для описания этой структуры можно использовать образ «большого дома ШОС» — не только формальные институты, но и расширенная сеть связей, которая сама по себе представляет ценность.
▪Следующий шаг к проектной работе требует честной оценки того, что было сделано за 25 лет. По примеру системы ООН можно было бы развивать механизмы внутренней оценки эффективности — с нормами, стандартами, независимой экспертизой и пониманием того, какие направления действительно работают, а какие остаются на уровне диалогов.
▪В сфере безопасности ШОС в своё время опередила многие региональные организации — ещё в 2001 году она приняла совместное определение международного терроризма. Но организация остаётся прежде всего механизмом согласования, а не структурой постоянного реагирования; если считать доверие ключевым результатом, за 25 лет оно выросло, но измерять эффективность ШОС только количеством предотвращённых терактов было бы неверно.
⚡️Президент России объявил благодарность директору и заместителю директора ИМИ МГИМО
Президент Российской Федерации В.В. Путин объявил благодарность директору Института международных исследований МГИМО МИД России М.А. Сучкову и заместителю директора ИМИ И.В. Болговой.
Максим Сучков и Ирина Болгова отмечены за заслуги в научной деятельности и многолетнюю добросовестную работу. Соответствующее распоряжение Президента Российской Федерации от 26 июня 2026 года № 234-рп «О поощрении» опубликовано на официальном интернет-портале правовой информации.
Благодарность Президента стала признанием личного вклада Максима Александровича и Ирины Вячеславовны в развитие отечественной науки, подготовку качественной внешнеполитической экспертизы и многолетнюю добросовестную работу в системе МГИМО.
Поздравляем коллег с заслуженной наградой!
🔗 Подробнее
#ИМИ50 #50летИМИ
🇦🇲 Парламентские выборы в Армении в двух измерениях — статья Сергея Маркедонова @DonskoyCossack:
▪Парламентские выборы 2026 года в Армении нельзя сводить ни к прокси-конфликту между Россией и Евросоюзом, ни к обычному внутриполитическому противостоянию власти и оппозиции. В одной точке сошлись борьба за власть, трансформация национально-государственной идентичности и конкуренция внешних игроков.
▪«Гражданский договор» Никола Пашиняна третий раз подряд выиграл парламентские выборы и получил возможность сформировать однопартийное правительство. Однако партия власти лишилась конституционного большинства, а значит — возможности самостоятельно менять Основной закон, что особенно важно на фоне требований Азербайджана о конституционной реформе как условии мирного соглашения.
▪Кампания 2026 года стала тестом для системы, созданной после «бархатной революции» 2018 года. За восемь лет команда Пашиняна устранила основные источники потенциальной «фронды» — от парламента, муниципалитетов и судебной системы до силового блока и политических оппонентов. Революционная целесообразность по-прежнему определяет стиль власти.
▪После выборов вся парламентская оппозиция фактически рассматривается премьером как угроза армянской государственности. В этом можно увидеть попытку окончательно гомогенизировать внутриполитическое пространство и в перспективе добиться такого расклада, при котором «Гражданский договор» сможет не считаться с оппонентами и менять Конституцию по собственному усмотрению.
▪«Дух революции» всё больше работает не на перемены, а на пролонгацию политической монополии одной партии и одного лидера. Если «Гражданский договор» доработает до 2031 года, Никол Пашинян превзойдёт по продолжительности пребывания у власти не только Левона Тер-Петросяна, но и двух бывших президентов — Роберта Кочаряна и Сержа Саргсяна.
▪Внешнеполитический разворот Армении на Запад не был одномоментным и не повторяет автоматически украинский, молдавский или грузинский сценарии. Его ключевой причиной стала карабахская катастрофа и последовавший отказ от прежней идеологии «миацума» в пользу доктрины «Реальной Армении» — государства в границах Армянской ССР.
▪Катастрофический обвал отношений Еревана и Москвы не был предопределён. Его ускорили просчёты армянских властей: переоценка проблем России на Кавказе и Украине, недостаточно критический подход к перспективам сотрудничества с США и ЕС, а также отсутствие западных гарантий безопасности и интеграции Армении в западные структуры. Для России армянское направление становится сложным, но не непреодолимым вызовом — важно расширять круг контактов внутри Армении и не инициировать разрыв оставшихся связей в экономике и безопасности.
🌐 Центральная Азия: политическая эволюция, внешние акторы и интересы России — пресс-конференция с участием Александра Князева @orientalreviewAK:
▪Пять стран Центральной Азии нельзя рассматривать как однотипные. При общих чертах — фрагментированности обществ и незавершённости формирования гражданских и этнических наций — внутреннее устройство стран различается: в Казахстане, Киргизии и Туркменистане сохраняют значение элементы трайбалистского деления, а в Узбекистане и Таджикистане более заметна региональная и географическая фрагментация.
▪Политические и экономические модели государств региона складывались по-разному. Киргизия пошла по пути большей либерализации и открытости, Узбекистан сделал ставку на закрытую экономику и импортозамещение, Туркменистан выбрал наиболее изолированную модель, а Таджикистан формировал систему управления в условиях последствий гражданской войны.
▪Центральноазиатские элиты после распада СССР не были готовы к полной самостоятельности — независимость стала для них неожиданностью. Там, где к власти пришли бывшие руководители советского периода, управленческая система сохранилась более устойчиво. Позднее началась смена поколений: на первый план выходят люди без советского опыта, часто получившие образование за рубежом, с иным отношением к управлению и внешней политике.
▪Российская политика в регионе после распада СССР менялась. В 1990-е годы она была скорее реактивной, но понимание того, что стабильность Центральной Азии является фактором национальной безопасности России, сохранялось. Особое значение имело участие России в запуске процесса мирного урегулирования в Таджикистане — без российской дипломатической, экономической и военной роли этот мир было бы трудно представить.
▪С начала 2000-х годов Россия стала активнее возвращаться в регион. Важными рубежами стали первая киргизская революция 2005 года и андижанские события того же года, которые подчеркнули значение Центральной Азии для российской безопасности. Параллельно развивались ОДКБ и ШОС, а регион постепенно становился пространством взаимодействия России, Китая и других внешних игроков.
▪В отношениях России и Китая по Центральной Азии сложился определённый консенсус. Китай играет значительную роль в экономике региона, но не стремится брать на себя функции обеспечения безопасности. Россия остаётся ключевым актором в сфере безопасности, при этом её экономическое влияние не стоит недооценивать — переводы трудовых мигрантов также являются важным вкладом в экономики стран региона.
▪Конкуренция внешних игроков в Центральной Азии неизбежна, но её формы различаются. Турция заметна в сфере малого и среднего бизнеса, образования, однако не сопоставима с Россией и Китаем по экономическому весу и не может выступать гарантом безопасности региона. Западные страны сохраняют интерес к Центральной Азии как к пространству у границ России и Китая, но после событий 2005 года отношение к ним со стороны региональных элит стало более осторожным и прагматичным.
▪Афганистан долгое время был для России и Центральной Азии источником угроз — наркотрафика, миграционных рисков, нестабильности и присутствия террористических группировок. Сегодня, несмотря на неопределённость дальнейшего развития, Афганистан может рассматриваться и как окно возможностей — прежде всего как пространство для выхода к внешним рынкам и коммуникациям на южном направлении.
🇺🇦🇪🇺 Почему шансы Украины на вступление в ЕС остаются минимальными — статья Егора Сергеева:
▪Дискуссии о потенциальном вступлении Украины в Европейский союз активизируются в моменты, когда отдельным участникам политического взаимодействия кажется, что в украинском конфликте наступает важный рубеж. Очередной всплеск обсуждений накануне саммита «Группы семи» сопровождался заявлениями о возможном особом формате членства с ограничениями в принятии решений.
▪Перспектива членства используется прежде всего как инструмент воздействия на международную ситуацию, самого кандидата и баланс интересов внутри ЕС. Важно, чтобы подвешенная в воздухе возможность вступления выглядела осязаемой, хотя реальная и техническая сторона вопроса значительно сложнее.
▪Уже на уровне политических заявлений возникают серьёзные противоречия. На предложение предусмотреть для Украины особое членство с политическим представительством, но без участия в принятии решений, Зеленский ответил требованием полноценного вступления, притом что юридических процедур для подобного «членства лайт» в Евросоюзе пока не существует.
▪В экспертном и бюрократическом сообществе ЕС вопрос украинского членства стал одним из идеологических элементов общей политической конструкции. Аргументы сторонников расширения преимущественно сводятся к тезисам о военном потенциале Украины, запасах редкоземельных металлов и экспорте зерна, тогда как оценки стоимости её присоединения варьируются от €150 млрд до почти €3 трлн за пять лет.
▪Предусмотренные в проекте многолетнего финансового плана ЕС на 2028–2034 годы €100 млрд на подготовку Украины к вступлению вряд ли соответствуют масштабу задачи с учётом состояния её экономики. Формальное открытие переговорных кластеров также не гарантирует быстрого продвижения: опыт Албании показывает, что даже после запуска всех предусмотренных процедур прогресс может оставаться весьма скромным.
▪Потенциальное вступление Украины и Молдавии пока остаётся преимущественно предметом политической дискуссии. Сами эти обсуждения демонстрируют, что в Евросоюзе понимают: в нынешнем виде, без изменения интеграционной конструкции, объединение не сможет принять новых участников.
🗣 Итоги саммита Россия — АСЕАН в Казани — круглый стол с участием Екатерины Колдуновой @aseancentremgimo:
▪Саммит Россия — АСЕАН в Казани показал, что отношения развиваются в режиме нормальной стабильной работы. От них не стоит ожидать резких прорывов, но сама устойчивость диалога уже является значимым показателем: сотрудничество не подвержено серьёзным геополитическим флуктуациям.
▪Среди итогов саммита можно выделить преемственность и инновации. С одной стороны, сохранились ключевые направления, заложенные в стратегическом диалоговом партнёрстве России и АСЕАН с 2018 года. С другой — на существующие механизмы сотрудничества нанизываются новые сюжеты и практические задачи.
▪По итогам саммита были приняты четыре документа: Казанская декларация, документы о сотрудничестве в сфере энергетики и культуры, а также комплексный план сотрудничества на ближайшие пять лет. Последний документ особенно важен как рамочный ориентир, который позволит сторонам отслеживать продвижение взаимодействия.
▪В диалоге России и АСЕАН сохраняется общая позиция по движению к многополярному миру. Для Ассоциации это не просто декларативная формула: без многополярности АСЕАН сложно претендовать на роль самостоятельного игрока в региональных и глобальных вопросах.
▪В энергетике на первый план выходит атомная повестка. При этом для России важной задачей остаётся выход на долгосрочные контракты, а для всех сторон — решение финансово-расчётных вопросов. Национальные платформы уже существуют, но то, как их сопрягать для работы бизнеса, остаётся одним из ключевых практических вопросов.
▪Среди заметных итогов Казанской декларации — отражение морской тематики и вопросов биологической безопасности. Морская повестка является важным шагом навстречу партнёрам по АСЕАН, а сотрудничество в сфере биобезопасности стало одной из новых и значимых точек консенсуса России и Ассоциации.
▪Гуманитарное направление остаётся одним из наиболее устойчивых. Подписание документа о сотрудничестве в сфере культуры закрепляет уже достигнутые результаты и может стать ориентиром для дальнейшей работы на годы вперёд.
▪Участие премьер-министра Сингапура в саммите объясняется не только экономическими, но и геополитическими и региональными соображениями. Саммит проходил не в двустороннем формате, а в формате стратегического партнёрства России и АСЕАН, поэтому участие Сингапура было частью общей региональной логики. Сотрудничество с Сингапуром по линии Россия — АСЕАН в последние годы не прерывалось.
⚡Презентация книги Максима Сучкова «Пост-Америка. Как и почему меняются США»
В ходе презентации обсудим:
Как меняется Америка? Какие внутренние противоречия и идеи формируют её новое состояние? Почему разговор о США сегодня важен не только для американистов, но и для всех, кто следит за международной повесткой?
⚡Уже сегодня в МГИМО состоится презентация книги директора ИМИ Максима Сучкова «Пост-Америка. Как и почему меняются США».
Поговорим о том, как меняются Соединённые Штаты, какие внутренние противоречия и идеи формируют их новое состояние и почему разговор о США сегодня важен не только для американистов, но и для всех, кто следит за международной повесткой.
🇷🇸 Чем обернётся манёвр с отставкой президента и досрочными выборами в парламент Сербии — статья Артёма Соколова @GeRussia:
▪Решение Александра Вучича уйти в отставку и объявить о досрочных парламентских выборах не воспринимается как начало серьёзных перемен в сербской политике. Вероятнее всего, речь идёт о манёвре, который позволит Вучичу сохранить влияние и занять кресло премьер-министра по итогам выборов, где его партия рассчитывает на победу.
▪Ограниченность ожиданий связана не только с фигурой Вучича или особенностями внутренней политики Сербии. Белград действует в сложном международном окружении и вынужден осторожно балансировать между внутренними ограничениями и внешними центрами силы.
▪Для Европейского союза Сербия остаётся едва ли не единственным потенциально ценным приобретением на Балканах. Однако косовский вопрос, тесные отношения Белграда с Россией и Китаем, а также внутриполитические факторы делают переговоры с ЕС сложными и сбивчивыми.
▪Сербская евроинтеграция началась ещё в 2009 году, но международная обстановка с тех пор изменилась. Обещание стать частью «цветущего сада» уже не выглядит безальтернативным путём к «правильной стороне истории»: на смену голосованию сердцем пришло соревнование моделей сотрудничества в практическом ключе.
▪Формирующаяся многополярность усиливает тренд на многовекторность малых и средних государств. Для Сербии это означает необходимость выверенного курса, который позволяет сохранять пространство для манёвра и не делать резких внешнеполитических поворотов.
▪Отставка Вучича укладывается именно в эту логику: сербское руководство стремится сократить риски, укрепить внутриполитический фундамент и сохранить управляемость внешнеполитического баланса.
🇺🇸 Циничная утопия с продолжением: Америка между исключительностью, страхом и ностальгией. Часть 1
К 250-летию независимости США директор Института международных исследований МГИМО Максим Сучков дал интервью главному редактору журнала «Историк» Владимиру Рудакову о прошлом и настоящем Америки, истоках американской исключительности, политике страха и поисках «золотого века».
Публикуем первую часть ключевых тезисов:
▪Американская исключительность изначально была связана с ощущением особой ответственности. В проповеди Джона Уинтропа 1630 года Америка описывалась как «град, сияющий на холме», «маяк надежды» и новый проект, призванный оправдать Божественное провидение. Однако довольно быстро исключительность как ответственность сменилась исключительностью как правом — ощущением, что не Америка должна миру, а мир должен Америке.
▪Уже в XIX веке эта логика получила геополитическое и идеологическое оформление. Доктрина Монро закрепляла стремление США сделать Американский континент ресурсной базой собственного развития, а идея Manifest Destiny оправдывала территориальную экспансию как «предначертание судьбы». С этим же была связана метафора фронтира — способности американцев осваивать новые пространства и перестраивать их под себя.
▪Дилемма «чтобы любили или чтобы боялись» сопровождает американскую политику постоянно. При Дональде Трампе к ней добавились ещё два принципа: главное — чтобы платили, и главное — чтобы уважали. Трамп исходит из того, что невозможно вернуть величие, если Америка не заставит себя уважать и не полюбит саму себя.
▪После терактов 11 сентября страх стал одним из главных средств управления американским обществом. Расширение полномочий правительства и спецслужб по слежке за гражданами ограничило привычные свободы, а значительная часть американцев сегодня считает, что именно 11 сентября изменило страну к худшему.
▪Главный страх, который американцам «скармливают» ещё со времён холодной войны, — страх незащищённости. К нему добавляется страх утраты величия: для США почти невозможно представить приемлемую форму существования вне статуса сверхдержавы. Третий страх — усиление конкурентов, прежде всего Китая и России.
▪Образ «золотого века», к которому апеллирует лозунг Make America Great Again, внутри США чаще всего связан с 1950-ми годами: послевоенным экономическим бумом, ростом среднего класса, массовым строительством пригородов, телевидением и классиками американской массовой культуры. Но этот образ разделяют далеко не все: для многих демократов, женщин, чернокожих и леволиберальных групп 1950-е — это также эпоха дискриминации, «охоты на ведьм» и социального консерватизма.
▪В американской политической памяти особое место занимают Франклин Делано Рузвельт и Рональд Рейган. Первый через «Новый курс» вернул стране уверенность в себе и ввёл нетипичную для США социальную ответственность государства. Второй предложил новые ориентиры — свободный рынок, сокращение роли правительства и примат власти штатов над федеральным центром.
🇪🇺 О чём договорились Армения и ЕС во время визита еврокомиссаров в Ереван — комментарий Николая Силаева:
▪За счёт турне по Южному Кавказу европейские политики пытаются усложнить жизнь России чужими руками. Брюссель рассчитывает использовать для этого, в том числе, армяно-азербайджанский мирный процесс, который в ЕС рассматривают как инструмент давления на Москву.
▪Евросоюз уже попробовал разные способы навредить России, но ни один из них пока не достиг своих целей. Поэтому теперь Брюссель пытается эксплуатировать периферийные вопросы, включая армяно-азербайджанское урегулирование.
▪ЕС, США или Турция не смогут стать полноценным альтернативным рынком сбыта армянских товаров. Ассортимент армянского экспорта интересен преимущественно российским потребителям, а европейская помощь Армении явно недостаточна для реальной диверсификации направлений экспорта.
▪Ереван сегодня пытается найти способы урегулирования российско-армянского кризиса, понимая ограниченность альтернативных рынков. Однако проблема выходит за пределы торгового спора: ранее армянское руководство не придавало конфликту большого значения, полагая, что он связан с недавними парламентскими выборами.
🗺 Дипломатическая география России: карта внешней политики и региональной активности — пресс-конференция с участием Игоря Окунева и Яны Поляковой:
Игорь Окунев:
▪Презентация первого дипломатического атласа России стала одновременно презентацией новой дисциплины — дипломатической географии. У дипломатии, как и у многих других явлений, есть пространственное измерение: даже выбор места переговоров может быть не менее важен, чем их содержание, поскольку удачная локация способна настроить стороны на конструктив.
▪Идея проекта началась с карты российских посольств и консульств в мире, однако быстро стало понятно, что дипломатическое присутствие — динамичный процесс: где-то консульства закрываются, где-то открываются новые. Поэтому возникла необходимость создать атлас с исторической ретроспективой и собрать исчерпывающую базу данных с 1917 года о размещении советских, а затем российских посольств и консульств.
▪Дипломатическую географию можно рассматривать на трёх уровнях: глобальном — через размещение посольств, консульств, представительств, торгпредств и корреспондентских пунктов; национальном — через представительства зарубежных стран в российских городах и регионах; локальном — через дипломатические кварталы в Москве и Санкт-Петербурге.
▪Атлас имеет не только демонстрационное, но и научное, образовательное и экспертно-аналитическое значение. Карты позволяют увидеть, что страны по-прежнему в первую очередь связаны со своими соседями, а дипломатические сети помогают понять, какие государства ведут более близкую политику, где сходятся экономические интересы и как меняется иерархия центров мировой дипломатии.
▪Если посольства в России в основном отражают административную карту страны, где ключевая концентрация приходится на Москву, то консульская инфраструктура больше напоминает карту экономической географии. Консульства концентрируются там, где сосредоточены люди, товары, бизнес, деньги и инвестиции.
▪Среди важных центров дипломатической инфраструктуры в российских регионах выделяются Екатеринбург, Казань и Новосибирск, а также «ворота России» и крупные логистические узлы — Владивосток, Калининград, Новороссийск и Южно-Сахалинск. Отдельное значение имеют локальные центры компетенций: Астрахань для Каспийского региона, Мурманск для арктической и балтийской проблематики, Иркутск как точка входа на Байкал и площадка бизнес-коммуникации в северо-восточной Сибири.
▪Консульская инфраструктура обеспечивает высокий уровень коммуникации, деловых переговоров и доверия между экономическими субъектами. Особенно важна она в условиях перестройки внешнеэкономических потоков, создания новых логистических маршрутов и поддержания оперативного диалога по локальным вопросам, которые не всегда доходят до федерального центра.
🇪🇺 21-й пакет санкций ЕС: позиции внутри Евросоюза и возможные ограничения — комментарии Екатерины Араповой и Егора Сергеева:
Екатерина Арапова:
▪21-й пакет санкций, в который могут войти 170 пунктов, не содержит радикально новых механизмов. В частности, Еврокомиссия предлагает отключить от системы SWIFT 31 российский банк, а также 20 банков, криптоплатформ и нефтетрейдеров в третьих странах, но глобального влияния эти меры не окажут.
▪Потенциальной темой нового пакета может стать запрет на оказание услуг по морским перевозкам российской нефти. ЕК первоначально планировала добиться одобрения этой меры в составе 20-го пакета, но потом отказалась от этой идеи. Ущерб для самого ЕС от подобных ограничений может оказаться существенным, особенно для Греции, Мальты и Кипра. Поэтому даже в случае одобрения морского запрета возможны длительные исключения либо отсроченный период реализации для отдельных стран.
▪За новые ограничения против России активно выступают малые европейские страны и значительная часть государств Центральной и Восточной Европы. Однако необходимого единогласия по этому вопросу нет, поэтому сроки принятия нового пакета санкций могут сдвинуться.
🇻🇦🇺🇸 Меч и престол: что стоит за спором Дональда Трампа с папой Львом — статья Екатерины Шебалиной:
▪Напряжённость в отношениях между папой Львом XIV и администрацией Дональда Трампа начала накапливаться с самого начала понтификата. Вашингтон ожидал, что «американский папа» займёт более удобную для республиканцев позицию, однако Лев XIV сделал ставку на универсальный характер своего правления и независимость от американского политического контекста.
▪Папа не стал выбирать чёткую линию в конфликте между консервативными и либеральными группами католиков США. Он защищает устои традиционалистов, но при этом не скрывает готовности к дозированным нововведениям. Такую же независимую позицию понтифик занял и на международном треке.
▪Одним из ключевых поводов для обострения стала война США и Израиля против Ирана и публичная антивоенная позиция папы. Для Святого престола мир не достигается угрозами и оружием — устойчивое урегулирование возможно только через прекращение огня, гуманитарные гарантии, переговоры и включение всех сторон конфликта.
▪Американский подход при администрации Трампа строится на иной логике. Вашингтон рассматривает давление на Иран как инструмент достижения политической сделки — санкции, угроза военного удара и демонстрация силы должны вынудить Тегеран к уступкам. Для США «прочный мир» означает прежде всего сдерживание Ирана, ограничение его ядерной программы и сохранение стратегического преимущества союзников Вашингтона.
▪Второй важный блок противоречий связан с миграцией и защитой религиозных свобод. Для Льва XIV помощь мигрантам и беженцам является частью социальной миссии Церкви, а защита их достоинства — продолжением христианского учения. Американская администрация, напротив, связывает миграционную политику прежде всего с контролем границ, национальной безопасностью и внутренним политическим запросом.
▪Встреча госсекретаря США Марко Рубио с папой 7 мая должна была продемонстрировать стремление к деэскалации и сохранению институционального канала связи. Однако её результат оказался ограниченным: она зафиксировала не прорыв, а состояние управляемого расхождения позиций между сторонами, которые используют схожую лексику мира и защиты верующих, но вкладывают в неё разное политическое содержание.
▪Святой престол не выступает прямым оппонентом США как государства, но объективно ограничивает легитимность силовой дипломатии Вашингтона. Политическое значение позиции Льва XIV состоит в том, что Ватикан, не располагая сопоставимыми силовыми ресурсами, способен формировать моральные рамки, в которых применение силы оценивается не только с точки зрения эффективности, но и с точки зрения допустимости.
🏔 В Пятигорске стартует «Кавказский диалог — 2026»
29 июня в Центре знаний «Машук» в Пятигорске стартует научно-образовательная программа Фонда Горчакова «Кавказский диалог — 2026». Научным руководителем программы в этом году выступает директор Института международных исследований МГИМО, советник Фонда Максим Сучков. Открытию программы была посвящена пресс-конференция в Региональном информационном центре ТАСС Кавказ.
В пресс-конференции приняли участие:
▪директор Института международных исследований МГИМО, научный руководитель программы Максим Сучков;
▪заместитель исполнительного директора Фонда поддержки публичной дипломатии имени А.М.Горчакова Сергей Орлов;
▪руководитель программ Центра знаний «Машук» Григорий Мхитарьян;
▪основатель научно-исследовательского института SIKHA Foundation Арчил Сихарулидзе.
В рамках «Кавказского диалога — 2026» участники обсудят роль региональных и нерегиональных игроков, интересы России, США, Ирана, Турции, Индии и других стран, а также практические вопросы развития безопасности, сотрудничества и коммуникаций на Большом Кавказе.
🇪🇺 Почему переговоры ЕС — Россия маловероятны в ближайшее время — статья Артёма Соколова @GeRussia:
▪Внутриевропейская дискуссия о перспективах переговоров с Россией выявляет новые противоречия между странами ЕС и евробюрократией. Сообщения о том, что глава Евросовета Антониу Кошта негласно формировал канал для диалога с Москвой, вызвали резкую реакцию во Франции и Германии.
▪В вопросе об организации коммуникации с Москвой ЕС разделён на три условные группы: франко-германский тандем вместе с Великобританией, малые и средние государства ЕС, среди которых особую позицию занимают страны Балтии и Польша, а также евробюрократия.
▪В основе этого разделения лежит не столько разница в подходах к России, сколько спор о праве представлять интересы ЕС на международной арене. Главный вопрос — кто именно определяет европейскую внешнюю политику: сильнейшие национальные государства, конгломерат малых и средних стран или наднациональные структуры.
▪Франция, Германия и Великобритания могут претендовать на ведущую роль в переговорах, поскольку обладают значительным дипломатическим весом. Однако эта схема вызывает вопросы у других стран ЕС — Италия может воспринимать оттеснение от переговоров как удар по национальной гордости, а восточноевропейские государства — как игнорирование интересов стран, наиболее уязвимых перед эскалацией украинского конфликта.
▪Евробюрократия, в свою очередь, может заявлять о себе как о силе, призванной гармонизировать интересы государств ЕС. Формально это соответствует логике «европейского проекта», но в критические моменты национальные правительства часто отодвигают Брюссель на второй план и действуют по принципу «ЕС — это я».
▪В условиях такого «троевластия» последнее слово обычно остаётся за тем, кто обладает прочной ресурсной опорой. Поэтому позиции треугольника «Париж — Берлин — Лондон» выглядят наиболее перспективными, однако затянувшийся спор о «дипломатическом приоритете» может усилить дезорганизацию внутри ЕС и отложить переговоры с Москвой в долгий ящик.
🇷🇺🇨🇳 Россия + Китай: лучшие не значит идеальные | Иван Зуенко, Софья Бабкина
Почему нынешние отношения России и Китая называют лучшими в истории — и почему "лучшие" не значит "идеальные"? Как две страны прошли путь от первых контактов, столкновений, трудностей перевода и чайной торговли до современного партнёрства — и что сегодня делает его устойчивым?
00:06 Интро
01:21 Почему «Россия + Китай», а не «Россия — Китай»?
04:39 Зачем рассказывать всю историю отношений с самого начала?
06:10 Что в разные эпохи называлось Китаем? Маньчжуры, империя Цин и вопрос Дальнего Востока
08:23 «Китайская грамота», Нерчинский договор и трудности перевода
11:28 Чай в обмен на меха: торговля как основа отношений
13:07 Хайшэньвай, Владивосток и исторические мифы
15:11 Советская помощь Китаю и разные версии общей памяти
19:15 Горбачёв, нормализация отношений и наследие 1990-х
22:59 Лучшие отношения в истории: почему партнёрство не обязано быть союзом
26:06 Блиц: «хэ», любимые очерки, взаимные заблуждения и размышления о будущей книге
🇦🇲 Почему Армения отправилась на форум по Украине — комментарий Николая Силаева:
▪Участие Армении в конференции по восстановлению Украины — сознательный вызов Москве ради одобрения Брюсселя. Армянское руководство последовательно выбирает одобрение Евросоюза, даже ценой отношений с Россией.
▪Необходимо разграничивать интересы армянской власти, рядовых граждан и Армении как государства. Армянское руководство рассчитывает получить выгоду от поездки, поскольку объёмы помощи Евросоюза Украине увеличиваются и большая часть этих объёмов «оседает» где-то рядом с армянским начальством. Армения как государство такой выгоды не получает.
▪Для армянского руководства «похлопывание по плечу» со стороны Урсулы фон дер Ляйен или Эммануэля Макрона гораздо важнее добрососедских, партнёрских и союзнических отношений с Россией.
🇪🇺 Что означает возможный отказ Урсулы фон дер Ляйен переизбираться на пост главы Еврокомиссии — статья Артёма Соколова @GeRussia:
▪Возможный отказ Урсулы фон дер Ляйен переизбираться на третий срок в 2029 году дополняет набор сигналов о перебалансировке политических сил внутри ЕС и крупнейших европейских государств. Многие из этих процессов так или иначе завязаны на действующей главе Еврокомиссии — представительнице правоконсервативных трансатлантических политических сил.
▪Урсуле фон дер Ляйен удавалось воплощать европейский политический мейнстрим, контуры которого подчас трудно определить. Выработанная за годы работы в Министерстве обороны ФРГ «тефлоновость» пригодилась ей и в брюссельских коридорах.
▪Фон дер Ляйен органично дополняла правоконсервативную «немецкую» ось европейской политики вместе с Ангелой Меркель, Фридрихом Мерцем и председателем Европейской народной партии Манфредом Вебером. После 2022 года она стала одним из основных сторонников курса на «стратегическое поражение» России в украинском конфликте и одним из бенефициаров этой линии, лоббируя интересы предприятий немецкого ВПК.
▪Сейчас позиции главы Еврокомиссии заметно слабее, чем в первые годы её работы. На фоне социально-экономических проблем и украинского конфликта христианские демократы теряют поддержку избирателей, а ХДС в Германии рискует опуститься в рейтингах ниже 20%. Следом может пострадать и Европейская народная партия, долгое время удерживавшая лидерство в Европарламенте.
▪В непростом положении находится и сам европейский проект. Евроинтеграция застопорилась в промежуточном состоянии, оставив евробюрократию и национальные правительства в хрупком и противоречивом балансе. Импульс «однополярного момента» утрачен, а придать ЕС новые смыслы политики формата фон дер Ляйен уже не способны даже через секьюритизированную риторику.
▪Уход фон дер Ляйен может символически поставить точку в одном из этапов существования Европейского союза. Её преемникам придётся расстаться с напористой самоуверенностью и доказать, что европейцы в принципе нуждаются в руководстве наднационального уровня.
📘 Презентация книги Максима Сучкова «Пост-Америка. Как и почему меняются США» в МГИМО
22 июня в МГИМО состоялась презентация книги доцента кафедры истории и политики стран Европы и Америки, директора Института международных исследований Максима Сучкова «Пост-Америка. Как и почему меняются США». Модератором встречи выступил заместитель главного редактора журнала «Профиль», научный редактор ИМИ Артём Кобзев.
Максим Сучков рассказал о замысле книги, её структуре и исследовательской логике, а также о том, почему Соединённые Штаты важно рассматривать не только как политический, но и как социокультурный феномен. Книга стала результатом многолетних наблюдений автора за разными сторонами американской жизни — от политики, общественных институтов и идеологических дискуссий до языка, культуры, спорта, кино, повседневных практик и представлений о будущем.
Отдельное внимание было уделено тому, как меняется изучение США в российской американистике. Максим Александрович отметил, что при исследовании любой страны важна эмпатия к объекту анализа, но она не должна превращаться в некритическое восприятие: для понимания современной Америки необходимо видеть не только её политические институты и внешнеполитические стратегии, но и внутренние противоречия, социальные изменения и культурные коды.
🇬🇧 «Человек без свойств»: Кир Стармер уходит в отставку — статья Евгения Панкова @moreiceland:
▪Британский народ любит решительных премьер-министров, американские президенты — лояльных. Кир Стармер не удовлетворил ни одному из этих критериев и, не найдя общего языка с Дональдом Трампом, стал воплощением кризиса лидерства, который переживает Великобритания.
▪Летом 2024 года Стармер пришёл к власти с внушительным мандатом: лейбористы получили 411 мест в парламенте, на 290 больше, чем консерваторы. Однако неконтролируемая миграция, громкие этнические и религиозные скандалы, а затем беспорядки после нападения суданского мигранта на жителя Белфаста усугубили политический кризис: миграционная проблема перешла из количественной плоскости в качественную.
▪Отношения Стармера с США также ухудшились. Премьер не поддержал нападение на Иран, сначала не позволил американцам использовать архипелаг Чагос для ударов, а когда передумал, было уже поздно. Если Тони Блэр поплатился репутацией за излишнюю покорность Вашингтону, то Стармер стал жертвой перегиба в другую сторону и пострадал за отсутствие лояльности.
▪По премьеру били многочисленные скандалы и внутрипартийные неурядицы: бывший посол в Вашингтоне Питер Мандельсон оказался замешан в «деле Эпштейна», недовольный финансированием армии министр обороны Джон Хили ушёл в отставку, а бюрократы в правительстве по ошибке освободили большое число заключённых. Всё это ударило по личному рейтингу Стармера: для партии он стал обузой.
▪Борис Джонсон и Риши Сунак показали, что даже при низком рейтинге можно ещё долго оставаться у власти, но Стармер не стал долго сопротивляться. Он утратил поддержку ближайших сторонников в руководстве Лейбористской партии, а его место, вероятнее всего, займёт бывший мэр Большого Манчестера Эндрю Бёрнэм, недавно вернувшийся в парламент после победы над кандидатом от «реформистов».
▪Стармер, на протяжении двух лет принимавший половинчатые решения, хорошо вписался бы в образ распадающейся империи из романа Роберта Музиля «Человек без свойств»: шум, суета, интриги и отсутствие реальных событий. Обладатель имиджа офисного клерка войдёт в историю как «серый человек» британской политики и встанет в один ряд с премьерами, чьи имена время от времени вспоминают лишь въедливые историки.
🇦🇲 Почему давление на оппозицию в Армении может дать обратный эффект — комментарий Николая Силаева @liad_mgimo:
▪После парламентских выборов давление на армянскую оппозицию, скорее всего, продолжится. Власти рассчитывают добиться признания результатов голосования и прекращения споров об их легитимности, а также ослабить оппозиционные фракции.
▪Программа-максимум может заключаться в расколе одной из оппозиционных фракций и переходе части её депутатов в правящую партию. Однако усиление давления способно привести к обратному эффекту: чем сильнее оно будет, тем больше поддержки могут получить силы, за которые проголосовали свыше 500 тысяч человек.
▪На внутриполитическую ситуацию может повлиять и состояние экономики. Дальнейшее ухудшение отношений с Россией способно сыграть на руку оппозиции, поскольку многие жители Армении уже негативно воспринимают охлаждение связей с главным торговым партнёром страны и одним из основных направлений трудовой миграции.
🇪🇺🇧🇬 Почему санкционное давление ЕС становится новой нормой — комментарий Егора Сергеева:
▪Санкционное давление со стороны Европейского союза становится новой нормой и, вероятно, будет сохраняться независимо от того, как будет развиваться ситуация по другим направлениям.
▪Отказываться от этой политики в ЕС не намерены. Санкции превратились в новый инструмент конкуренции и удобное средство воздействия на контрагентов. Позиция Болгарии не способна существенно изменить общий курс. Страна не располагает достаточным влиянием на процедуру принятия решений в Европейском союзе.